Знаете, что общего у едкого телевизионного критика, который рубит правду-матку с экрана, и маленького мальчика, который боится темноты? Оба нуждаются в маме. Только первый получает за это деньги, а второй — теплый борщ и чистые носки. История 57-летнего Сергея Соседова, который до сих пор живет с 87-летней мамой, — это не трогательная сага о сыновней преданности. Это наглядное пособие по тому, как можно прожить полвека, так и не повзрослев.
Ситуация: мужчина, который на телеэкране раздает советы артистам с видом вселенского гуру, дома скромно выслушивает замечания от мамочки: «Опять блистал! Слишком витиевато сказал!». Это это реальная жизнь Соседова.
Двухкомнатная московская квартира превратилась в театр двух актеров: пожилой женщины, которая до сих пор воспитывает своего взрослого сына, и самого сына, который играет роль послушного мальчика.
После смерти отца в 2009 году Сергей принял «судьбоносное» решение — остаться жить с мамой. Не переехать в соседний дом, не нанять сиделку, а именно поселиться в одной квартире. Объяснение звучит трогательно: «Если бы я ушел, ей стало бы совсем тяжело». Мило, не правда ли? Если не задумываться о том, что большинство взрослых людей как-то ухитряются заботиться о престарелых родителях, не переселяясь к ним обратно в детство.
Самое забавное в этой истории — реакция самой Антонины Петровны. Женщина, которая должна бы наслаждаться покоем на заслуженной пенсии, вынуждена выполнять роль жены и матери одновременно: готовить, убирать, следить за поведением своего взрослого сына. Она до сих пор критикует его телевизионные выступления, как когда-то ругала за двойки в дневнике. Разница лишь в том, что тогда ему было 10, а теперь — 57.
Откровение Соседова о своем главном страхе тоже, прямо скажем, выглядят нелепо: «Боюсь остаться брошенным в старости». Это говорит мужчина, который сознательно отказался от создания собственной семьи! Это все равно что бояться утонуть, принципиально не подходя к воде.
Психологи, конечно, находят этому оправдание: «тесная эмоциональная связь», «высокий уровень ответственности». Но давайте называть вещи своими именами: это обычный инфантилизм, прикрытый сыновним долгом. В 57 лет нормально иметь собственных детей и внуков, а не бояться, что мама не одобрит твое высказывание в телеэфире.
История с братом добавляет этой картине пикантности. Оказывается, Сергей разорвал отношения с родным братом и племянниками. Теперь он несет ответственность за мать в одиночку. Удобно, не правда ли? Когда ты один — ты герой. Когда брат помогает — уже не так эффектно.
Что же мы имеем в итоге?
Взрослого мужчину, который играет роль идеального сына, пока камеры выключены, и циничного критика, когда они включены. Женщину, которая в 87 лет не может спокойно доживать свой век, потому что должна опекать своего вечного ребенка. И армию поклонников, которые умиляются этой истории, не понимая, что перед ними — классический случай нездоровых отношений.
Где грань между заботой о престарелых родителях и бегством от взрослой жизни? Можно ли считать героем человека, который посвятил себя матери, но при этом сознательно отказался от создания собственной семьи? И самое главное — что будет с этим 57-летним мальчиком, когда его 87-летняя мама действительно не сможет больше о нем заботиться?
Вся его жизнь — это одна большая, бесконечная, утомительная борьба со своим главным страхом: страхом одинокой старости. Он сам в этом признается. Он боится остаться "брошенным". Но ведь он уже брошен. Он сам, своими руками, бросил свою собственную жизнь.
Он говорит, что "хотел бы иметь семью, но сомневается, что достоин такого счастья". Это, конечно, звучит очень трогательно. Но давайте будем честными. Какая женщина захочет жить с мужчиной, который в 57 лет до сих пор не может оторваться от мамы? Который панически боится потерять ее заботу? Который разорвал отношения с родным братом?
Он мечтает о человеке, который будет о нем "заботиться". Не о любви. Не о партнерстве. А о заботе. Как о ребенке. Он сам себя называет "домашним", "заботливым", "приготовлю, уберусь".
Только это не подвиг, дорогие мои. Это норма. Так живут миллионы мужчин. Но он преподносит это как нечто особенное. Как будто он достоин памятника за то, что убирает за собой.
Вся эта ситуация — это идеальный пример того, как человек, который боится жизни, сам создает себе тюрьму. Сергей Соседов сам построил ее из "материнской любви", из "домашнего уюта", из "борьбы с одиночеством". И теперь он заперт в ней. И пока она рядом, он чувствует себя "нужным и любимым". Но что будет, когда её не станет?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: