Это случилось, когда я согласилась на то, чего на самом деле не хотела
Потребовалось несколько минут, прежде чем вопрос до меня дошёл — я жила в отрицании. Мы с мужем ходили на терапию, чтобы попытаться улучшить наши отношения. Когда до меня наконец дошло, меня спрашивали, не против ли я, если мы откроем наш брак. Я была слишком поражена, чтобы мыслить ясно. То, как я ответила, изменило траекторию моей жизни.
«История в деталях» — телеграм канал для тех, кто любит видеть прошлое без прикрас, через неожиданные факты и забытые мелочи. Погружайтесь в историю так, как будто вы там были. Подписывайтесь!
Разговор развивался слишком быстро для такой серьёзной темы. Мы были женаты 30 лет и воспитывали двоих детей. Пятнадцать лет назад у меня был инсульт, после которого я стала человеком с инвалидностью, и теперь мой муж хотел знать, не буду ли я против, если он «исследует свою физическую сторону».
Выражение на моём лице выдало растерянность и отвращение.
«Что вы имеете в виду?» — спросила я.
«Он имеет в виду, что хочет понять, не против ли вы открыть брак», — быстро пояснила терапевт.
«А если я скажу “нет”?» — спросила я.
«Я всё равно это сделаю», — вмешался мой муж.
«Как вы думаете, это поможет?» — спросила я у терапевта.
«Ну, некоторым парам это действительно помогает», — сказала она.
Я сказала: «Я готова сделать всё, что нужно, чтобы уладить это».
Мне становилось не по себе, и я хотела поскорее закончить этот разговор. После 36 лет моногамных отношений открытый брак меня не интересовал.
«Я не хочу этого», — с опаской произнесла я.
«Ну, я всё равно это сделаю», — перебил муж. «Но у меня никого на примете нет», — добавил он без всяких подсказок, словно у него была грязная маленькая тайна. Теперь я могу так сказать: задним умом мы все крепки.
«Итак, Виктория, похоже, Марк уже всё решил, вы согласитесь на это?» — спросила терапевт.
«Если у меня нет другого выбора, я сделаю всё, чтобы сохранить брак», — нехотя призналась я.
Вопрос был решён. Я чувствовала, что меня вынудили принять решение, меняющее жизнь. Мы должны были вернуться через несколько недель, чтобы обсудить детали нашего открытого брака.
Имея на руках это новенькое разрешение, уже через неделю мой муж оказался в постели с «той женщиной, которой у него не было на примете». Должна признаться, при всей моей двусмысленности мне самой было любопытно, что такое свидания — ведь я не была на свидании с тех пор, как встретила мужа в шестнадцать лет.
Если вы не хотите, чтобы ваш супруг попробовал то, чего, возможно, ему не хватает с вами, не соглашайтесь на открытие брака. Как только человек увидит, что там, за пределами ваших отношений, вряд ли он вернётся обратно.
Некоторые пары действительно находят в этой договорённости ценность, но во многих случаях это становится съездом с магистрали. Это не помогло восстановить мой брак — лишь подбросило дров в костёр его конца.