Забудьте о скучных учебниках. Реальная история наших предков — это триллер с элементами абсурда и жестокости, которые сейчас трудно представить. Перенесемся в саратовское Заволжье, на берега речки Багай, где разворачивались драмы, достойные мрачного сериала.
Ногайский след и «скотские» истоки
Всё началось не с мирных хлебопашцев, а с воинственных кочевников. В 1556 году Большая Ногайская Орда, почувствовавшая силу после распада Золотой Орды, официально заявила о своей независимости от Москвы. Именно ногайцы, кочевавшие в степном Заволжье, основали в устье реки Верхняя Малыковка (будущий Вольск) первые загоны для скота — «маки». Отсюда гнали скот на правобережье Волги на продажу. Они же дали названия урочищам и речкам: Алай («пегий»), Балтай («топор»), Донгуз («кабан»), Карабулак («чёрный источник») и, конечно, Багай.
Легенда о происхождении названия «Багай» прекрасна. Где-то в 1690-1700 годах группа беглых крестьян, измученных бесплодьем своих земель, добралась до этих мест и ахнула. Один из них, не веря своим глазам, воскликнул: «Ба, гай!» («гай» — устаревшее слово для «леса»). Так и родилось название. Но есть и более прозаичная версия: «багай» с тюркского может означать «козёл» или «небольшой холм», что также соответствует местности.
Земельная круговерть: от монастыря до «Брюханова»
Земли эти были лакомым куском, и за них шла настоящая подковёрная борьба с участием первых лиц государства.
- 1693 год: Первое документальное упоминание Багая в «Межевой книге отвода земель Чудову монастырю».
- 1695-1697 годы: Симбирские и корсунские казаки основывают Малыковку (Вольск) и Терсу. К ним подселяются крестьяне Новоспасского монастыря.
- 1711 год: Царь Петр I жалует эти земли своему ближайшему сподвижнику, светлейшему князю Александру Даниловичу Меншикову.
- 1728 год: После опалы и ссылки Меншикова, всё его имущество конфисковывают. Образуется «Малыковская дворцовая волость», то есть личная собственность императорской фамилии. В неё входят: Малыковка, Терса, Рыбное, Белогородня, Юловая Маза.
- Конец XVIII века: Екатерина II щедро раздаёт казённые земли фаворитам. Так, 100 душ мужского пола из деревни Багай с участком земли достаются статскому советнику Леонтию Ивановичу Мясницкому.
Целые деревни с людьми были разменной монетой в руках сильных мира сего. Ещё один известный помещик этих мест — Матвей Матвеевич Матвеев. Служивший в Царскосельском (Павловском) полку в Гатчине, он получил в дар от императора Павла I крестьян за верную службу. За свою тучность он получил от них меткое прозвище «Брюханов». По иронии судьбы, именно он позже, в 1830-х годах, отпустил своих крепостных на волю за выкуп, сделав их «вольными хлебопашцами». А на оставшиеся после его смерти 20 тысяч рублей (огромные по тем временам деньги) по его завещанию была основана Владимирская женская община в Вольске.
Рай, кишащий медведями, и притон на Осыпанной горе
Описание здешних мест в XVIII веке звучит как набросок к приключенческому роману. Пространство между Волгой и Терешкой представляло собой:
- Девственные леса, где водились лоси, волки и медведи.
- Степи, где гуляли табуны диких лошадей и можно было встретить стада дроф, тетеревов, глухарей, диких гусей и даже лебедей.
- Болота и озёра, кишащие дичью.
Но была и обратная, опасная сторона этой «дикой свободы». Предание гласит, что на Осыпанной горе, в 7 верстах (около 7,5 км) от Барановки, был легендарный разбойничий притон со своим атаманом. Путешествие в одиночку по этим дорогам было сродни русской рулетке. Власти организовывали карательные экспедиции, но укромных мест в гущих лесах и оврагах было много.
Быт и нравы: побоища, бунты и порка розгами от губернатора
Жизнь здесь была суровой и порой дико жестокой.
«Побоище» русских с мордвой. Основание Барановки — это не история мирного сосуществования. Сначала мордва из села Печур Хвалынского уезда и русские из хвалынской же Барановки поселились отдельно. Мордва — на месте нынешней Барановки, а русские — в 6 верстах, на «Журавлинском участке». Но когда русские увидели, что участок у мордвы получше, они силой выгнали их с насиженных мест. Это событие так и вошло в историю под простым и ёмким названием — «побоище». Несколько семей мордвы остались, но вскоре полностью обрусели.
«Освобождение» по-царизму: розги вместо воли. Когда в 1861 году крестьян «освободили», это оказалось ловушкой. Лучшие земли остались у помещиков и удела, а крестьянам выделили худшие, да ещё и заставили за них платить кабальный выкуп.
Удельным крестьянам деревни Багай установили плату — 7 рублей 30 копеек с души ежегодно в течение 49 лет! Для нищего крестьянина, чей годовой доход редко превышал 10-15 рублей, это была неподъёмная сумма. Уже к 1868 году образовалась чудовищная задолженность. Власти начали принудительно распродавать имущество крестьян.
Терпение лопнуло. Крестьяне взбунтовались: отказались платить и сеять хлеб. Это был акт отчаяния. 7 июня 1868 года в Багай лично прибыл начальник Саратовской губернии, князь Владимир Алексеевич Щербатов. С ним был карательный отряд — 160 штыков от Гурийского пехотного полка. Чем закончилось? Князь Щербатов, потомок Рюриковичей, приказал выпороть розгами непокорных мужиков. Жестокую экзекуцию провели солдаты. Это был показательный акт устрашения, чтобы выбить из них и долги, и саму идею о сопротивлении.
Жизнь в цифрах и фактах: от безысходности к первым росткам цивилизации
- По ревизским сказкам 1795 года: В селе Барановка — 169 дворов, в деревне Багай — 82 двора.
- В 1859 году: В Барановке уже 200 дворов и 1767 душ обоего пола. Действует православная церковь и 4 мельницы. В Багае — 53 двора и 835 душ.
- Образование: Первая школа в Барановке открылась только в 1872 году «за общественный счёт» и могла принять всего 34 ученика. Почти 10 лет власти не могли решить, на чьи деньги её содержать — земства или церкви, и она постоянно меняла статус.
Медицина: Первая земская больница на всю округу открылась в деревне Багай аж в 1880 году. На одного фельдшера приходилось 55 селений в радиусе 40 километров. Представьте путь телеги с больным от дальней деревни до фельдшера зимой или в распутицу...
История Багая и Барановки — это не параграф из учебника. Это живая, грубая и полная противоречий хроника выживания. Это история о том, как райский уголок мог стать местом жестокой борьбы за клочок земли, где личная воля помещика или решение чиновника значили куда больше, чем человеческая жизнь. Это наша общая, сложная и непричесанная история.