В Центральной Азии разворачивается напряженная, но негласная гонка за лидерство в области энергетического перехода. Два ключевых игрока региона – Казахстан и Узбекистан – активно включились в глобальный тренд декарбонизации, поставив перед собой амбициозные цели по развитию возобновляемых источников энергии. Новый аналитический отчет «Энергетическая трансформация Евразии: анализ Казахстана и Узбекистана», подготовленный международной консалтинговой компанией PwC, проливает свет на текущий прогресс, ключевые вызовы и инвестиционный климат в обеих странах, определяя, кто же задает темп в этом марафоне.
На фоне усиливающихся климатических рисков и международных обязательств, переход к «зеленой» экономике стал для обеих стран не просто отдаленной целью, а насущной необходимостью. И Казахстан, и Узбекистан приняли национальные стратегии, направленные на устойчивое развитие, и ратифицировали ключевые международные соглашения. При этом цели стран различаются по уровню амбиций: Казахстан планирует довести долю ВИЭ в энергобалансе до 15% к 2030 году и достичь углеродной нейтральности к 2060 году. Узбекистан, в свою очередь, ставит более смелую задачу – достичь 40% доли ВИЭ уже к 2030 году, демонстрируя стремительное желание сократить разрыв и вырваться вперед.
Однако, как показывает исследование, путь к чистой энергетике сопряжен со значительными трудностями. Обе страны по-прежнему сильно зависят от ископаемого топлива, которое остается основой их энергетической безопасности. Согласно прогнозам, даже к 2035 году уголь будет составлять около 40% энергобаланса Казахстана, а природный газ – почти 60% в Узбекистане. Эта зависимость создает серьезные барьеры для более быстрой интеграции ВИЭ и требует колоссальных инвестиций не только в новую генерацию, но и в модернизацию существующей инфраструктуры. Изношенные электросети, недостаток маневренных мощностей для балансировки прерывистой генерации от солнца и ветра, а также нехватка квалифицированных кадров являются общими «болевыми точками» для обеих республик.
Несмотря на препятствия, прогресс очевиден, и его главным двигателем выступают инвестиции. В Узбекистан было вложено около 6 миллиардов долларов в проекты ВИЭ, в то время как Казахстан привлек более 2,6 миллиарда. Ведущую роль в финансировании играют международные институты, такие как Европейский банк реконструкции и развития, Азиатский банк развития и Всемирный банк, а также крупные международные энергетические компании, включая Masdar и ACWA Power. Эти вложения поддерживают широкий спектр проектов – от строительства солнечных и ветровых электростанций до модернизации сетей и развития инфраструктуры для электромобилей.
В отчете подчеркивается, что энергетический переход – это не только технологический, но и социально-экономический вызов. Он требует комплексного подхода, включающего не только строительство новых объектов, но и создание стабильной нормативно-правовой базы, реформирование тарифной политики и развитие «зеленого» финансирования. Как отмечает Динара Кумашева, автор сценариев декарбонизации АО «Самрук-Энерго», «регуляторная среда существенно влияет на развитие энергетического перехода, имея как стимулирующие, так и сдерживающие аспекты». Сложность административных процедур и не всегда предсказуемая тарифная политика остаются сдерживающими факторами для частных инвесторов.
Анализ опыта ведущих мировых компаний, таких как Orsted, Shell и Rio Tinto, показывает, что успех трансформации во многом зависит от гибкости стратегии, партнерств и государственной поддержки. Их путь от традиционной энергетики к низкоуглеродным решениям, включая развитие офшорной ветроэнергетики, технологий улавливания углерода, водорода и альтернативных видов топлива, таких как биотопливо и синтетическое топливо, включая электротопливо, служит ориентиром для компаний региона.
В итоге, хотя Казахстан начал свой путь к «зеленой» энергетике раньше, Узбекистан в последние годы демонстрирует более высокие темпы и более амбициозные цели. Однако гонка далека от завершения. Обе страны сталкиваются с аналогичными системными вызовами, и успех каждой будет зависеть от способности создать привлекательный инвестиционный климат, обеспечить стабильность регуляторной среды и эффективно модернизировать свою энергетическую систему для будущего.