30 лет назад мир увидел культовый анимационный киберпанк «Призрак в доспехах» от Мамору Осии. Его события развивались в тогда ещё далёком 2029 году, когда благодаря прогрессу в кибернетике люди смогли роботизировать своё тело. Картина крепко обосновалась в культуре и многие годы влияла на кинематограф. Благодаря мультипликации появились «Матрица» Вачовски, «Аватар» Джеймса Кэмерона и «Искусственный разум» Стивена Спилберга. Кажется ли сейчас «Призрак в доспехах» таким же новаторским и актуальным сегодня? Разбираем философский подтекст картины в материале.
Будущее сегодня
«Призрак в доспехах» снят по мотивам одноименной манги 1989 года Масамунэ Сиро. Для полного метра режиссёр Мамору Осии немного видоизменил оригинал: теперь события развивались в Гонконге вместо Токио, а главная героиня стала безэмоциональной. Он считал, что переплетение архитектур и ландшафтов в Гонконге лучше передаст атмосферу города будущего. Отстраненность героини же должна была подчеркнуть конфликт её человеческого сознания и роботизированного тела.
Завязка сюжета осталась прежней. Фильм начинается с «рождения» Мотоко Кусанаги — майора Девятого отдела службы безопасности. В 2029 году общество тесно связано с машинами. Настолько, что частично или полностью интегрировано в них. С помощью кибертехнологий человечество может улучшить или заменить любую часть тела. А ещё — взламывать сознание других людей и даже провоцировать мировые конфликты. Одного из таких хакеров по прозвищу Кукловод пытается поймать Девятый отдел во главе с Кусанаги.
Киборг ли я дрожащий или разум имею?
На момент выхода «Призрака в доспехах» в 1995 году мировой интерес к киберпанку поутих. Тогда зрителям казалось, что на тему пугающего технологичного будущего уже всё сказано. Будто после андроидов в «Бегущем по лезвию» и детей со сверхспособностями в «Акире» общество отрефлексировало страх перед машинами. Но «Призрак в доспехах» предложил новый взгляд на жанр и задал философский вопрос: чем человек отличается от машины? Ответ на него зритель ищет вместе с главной героиней Кусанаги.
Красные мотоциклы и подростки со сверхсилой: «Акира» в российском прокате
В цифровом мире анимации общество не боится болезней и смерти. Его пугает невозможность самоидентификации. Когда воспоминания и размышления могут быть ненастоящими, а искусственный интеллект кажется более человечным, чем люди. Как понять, что существуешь, если твои мысли могут происходить извне?
Экзистенциальные проблемы Мотоко перекликаются с проблемой креативности в реальности. В эпоху ИИ каждая идея на вес золота, поскольку культура стагнирует, цитируя саму себя из раза в раз. Всё, что кажется свежим веянием — лишь очередной привет из прошлого. То ли из чувства ностальгии, то ли в попытке собрать новое из лоскутов старого, творцы сейчас редко привносят в поп-культуру что-то новое.
Почему мы любим аниме: рассказывают Анкорд, блогер и косплеер
Кризис идей порождает спрос на уникальность. Люди устали от ремейков, сэмплов, каверов и всего, что сгенерировал ИИ. Потому тревоги героини из «Призрака в доспехах» 1995 года так отзываются у зрителей спустя 30 лет. Ведь сейчас, в 2025-м, люди тоже ищут себя и собственные мысли в обилии нейросетей.
И пока мы подобно «призракам» из мультфильма наращиваем физические «доспехи» благодаря прогрессу, в них появляются «бреши» — разъедающие сомнения в собственной индивидуальности и проблемы с самоопределением. В момент выхода «Призрака в доспехах» режиссёр считал этот подтекст научно-фантастическим. Но сегодня картина выглядит пророческой и куда более актуальной, чем когда-либо.
А вы смотрели «Призрака в доспехах»? Считаете фильм культовым? Делитесь впечатлениями в комментариях!
Анастасия Скалдина-Котлярова