— Наследство деда мы поделим поровну. Твой муж к нему не имеет отношения, — отрезала сестра, даже не подняв глаз от документов.
Тамара замерла на пороге нотариальной конторы. За столом сидела Лариса, ее младшая сестра, и перебирала какие-то бумаги вместе с нотариусом. Словно хозяйка положения.
— Лара, привет, — растерянно сказала Тамара. — А что здесь происходит? Мы же договаривались встретиться завтра.
— Передумала, — пожала плечами Лариса. — Решила пораньше приехать, чтобы во всем разобраться. Марина Петровна уже объяснила мне все детали наследования.
Нотариус, женщина лет пятидесяти, смущенно кашлянула.
— Простите, но я думала, что вы обе в курсе. Ваша сестра вчера звонила и просила перенести встречу на сегодня.
— Никто мне не звонил, — сказала Тамара, усаживаясь на свободный стул. — Лара, ты могла бы предупредить.
— Забыла, — буркнула Лариса. — Да какая разница? Главное, что мы здесь. Марина Петровна, давайте продолжим.
Тамара почувствовала, как у нее сжимается желудок. Что-то было не так. Лариса вела себя слишком уверенно, слишком по-хозяйски.
— Итак, — продолжила нотариус, — согласно завещанию вашего деда, Петра Ивановича Кузнецова, все его имущество наследуют две внучки. Дом в деревне, земельный участок и денежные средства на счете.
— Сколько денег? — сразу спросила Лариса.
— Около двух миллионов рублей, — ответила Марина Петровна.
Тамара ахнула. Она не ожидала такой суммы. Дед всегда жил скромно, в старом деревенском доме, держал огород. Откуда у него такие деньги?
— Петр Иванович последние годы сдавал часть своих земель в аренду, — пояснила нотариус, видимо, прочитав удивление на лице Тамары. — Плюс продал участок под строительство дачного поселка. Человек он был экономный.
— Значит, по миллиону каждой, — быстро подсчитала Лариса. — А дом?
— Дом тоже подлежит разделу, — сказала Марина Петровна. — Либо продажа и раздел средств, либо кто-то выкупает долю у другого.
— Я хочу оставить дом себе, — заявила Лариса. — Выкуплю долю сестры.
— Погоди, — остановила ее Тамара. — А почему ты решаешь за меня? Может, я тоже хочу этот дом.
— Зачем он тебе? — удивилась Лариса. — Ты же в городе живешь, у тебя своя квартира. А мне дом пригодится.
— Пригодится для чего?
— Это мое дело, — отрезала Лариса.
Тамара внимательно посмотрела на сестру. Лариса всегда была практичной, даже жестковатой, но сейчас в ее поведении чувствовалась какая-то нездоровая жадность.
— Лара, а твой Виктор в курсе наследства? — осторожно спросила Тамара.
— При чем здесь Виктор? — вспыхнула Лариса. — Наследство деда мы поделим поровну. Твой муж к нему не имеет отношения.
— Я и не говорила про своего мужа, — спокойно сказала Тамара. — Я спросила про твоего.
Лариса замолчала и отвернулась к окну.
— Давайте пока оформим документы на получение наследства, — предложила нотариус. — А дальше вы между собой решите, как поступить с домом.
Следующий час прошел в оформлении бумаг. Лариса торопила нотариуса, явно хотела побыстрее покончить с формальностями. Тамара молчала, но мысли у нее крутились с бешеной скоростью.
Когда они вышли на улицу, Тамара остановила сестру за рукав.
— Лара, давай зайдем в кафе, поговорим нормально.
— О чем говорить? — нахмурилась Лариса. — Все ясно. Деньги пополам, дом я выкупаю.
— А если я не захочу продавать свою долю?
— Не захочешь? — Лариса уставилась на нее. — А зачем тебе деревенский дом? У тебя есть где жить.
— Может, я хочу его дедушке на память оставить, — сказала Тамара. — Мы там детство провели.
— Память в сердце носят, а не в старых досках, — фыркнула Лариса.
Тамара вздохнула. Сестра явно была настроена решительно.
— Хорошо, — сказала она. — Но сначала давай съездим в деревню, посмотрим на дом. Я давно там не была.
— Зачем ехать? — заволновалась Лариса. — Дом как дом. Старый, требует ремонта.
— Тем более. Мне нужно оценить, во что обойдется его восстановление.
Лариса помялась, потом неохотно согласилась.
— Ладно, завтра поедем. Но недолго.
В деревню они добирались на автобусе два часа. Тамара смотрела в окно на знакомые места и вспоминала, как они с Ларисой ездили к деду на каникулы. Дед любил их одинаково, баловал, возился с ними в огороде.
— Помнишь, как дед нас учил рыбу ловить? — сказала Тамара.
— Помню, — буркнула Лариса, не отрываясь от телефона.
— А помнишь его коронную фразу? «Что заработал честным трудом, то и твое навсегда».
Лариса дернула плечом, но ничего не сказала.
Дом встретил их заброшенным видом. Краска облезла, забор покосился, сад зарос бурьяном. Но основа была крепкая — дед строил на совесть.
— Ужас какой, — сморщилась Лариса. — Сколько денег нужно, чтобы это все в порядок привести.
Тамара обошла дом, заглянула в окна. В комнатах еще стояла дедушкина мебель, на стенах висели его фотографии.
— А знаешь, — сказала она задумчиво, — я тут хочу дачу сделать. Приезжать с внуками на лето.
— Какую дачу? — испугалась Лариса. — Тома, ты что, серьезно? Тебе же город привычнее.
— Почему привычнее? Я здесь выросла, как и ты.
Лариса забегала вокруг дома, заглядывая в сарай, в погреб.
— Слушай, — сказала она вдруг, — а где дед деньги-то держал? В банке только два миллиона, а наверняка еще что-то было.
— Какие еще деньги? — удивилась Тамара.
— Ну, он же земли продавал, аренду получал. Не мог же он все в банк класть.
Тамара внимательно посмотрела на сестру.
— Лара, ты что-то знаешь?
— Ничего я не знаю, — быстро сказала Лариса. — Просто логично подумать.
Они еще полчаса бродили по дому и огороду. Лариса что-то искала, но вида не подавала. А Тамара все больше убеждалась, что сестра ей что-то недоговаривает.
Вечером, уже дома, Тамара рассказала мужу о поездке.
— Странно она себя ведет, — сказал Михаил. — Будто что-то скрывает.
— Вот и мне так кажется, — согласилась Тамара. — Может, стоит с соседями дедушкиными поговорить? Узнать, что они знают.
На следующий день Тамара снова поехала в деревню, но уже одна. Лариса сказала, что занята на работе.
Соседка деда, тетя Клава, встретила ее радостно.
— Томочка, родная! Как выросла-то, не узнать. Проходи, чай пить будем.
За чаем тетя Клава рассказывала о последних годах дедушкиной жизни.
— Хороший был мужик, — вздыхала она. — Умный, хозяйственный. Жаль, что болеть стал.
— А часто к нему кто-то приезжал? — осторожно спросила Тамара.
— Ну как сказать... Лариска твоя последний год почти каждые выходные бывала. Ухаживала за дедом, продукты привозила.
Тамара удивилась. Лариса ей об этом ни слова не говорила.
— А еще кто-то приезжал?
— Да всякие. Земельщики разные, покупатели. Участки-то дедушка продавал. Деньги, говорил, внучкам оставлю.
— Тетя Клава, а вы не знаете, дед где деньги хранил? В банке или дома?
Старушка задумалась.
— Он мне как-то говорил, что не доверяет банкам полностью. Мол, часть денег дома держу, часть в банке. На всякий случай. А где дома — не знаю.
Тамара поблагодарила соседку и пошла обратно к дедушкиному дому. Теперь она понимала, почему Лариса так странно себя ведет. Сестра явно что-то знает о дедовых деньгах.
Дом был заперт, но ключ Тамара знала где искать — под большим камнем возле крыльца. Дед всегда его там прятал.
Внутри было тихо и пахло старостью. Тамара методично обошла все комнаты, заглянула в шкафы, проверила под матрасами. В спальне деда, за старым комодом, она нашла небольшую щель в полу. Доска была подвижной.
Под доской оказался металлический ящичек. А в нем — плотная пачка денег и записка дедушкиным почерком: «Томочке и Ларисе поровну. П. Кузнецов».
Тамара пересчитала деньги. Восемьсот тысяч рублей. Значит, кроме двух миллионов в банке, дед припрятал еще и эти.
Она сфотографировала записку, деньги положила обратно и закрыла тайник. Нужно было поговорить с Ларисой.
Сестру она нашла дома, Лариса готовила ужин и выглядела нервной.
— Где ты пропадала? — набросилась она на Тамару. — Звонила тебе, не отвечаешь.
— Ездила в деревню, — спокойно сказала Тамара. — С соседями поговорила.
Лариса побледнела.
— Зачем?
— Хотела узнать, как дед последние годы жил. Оказывается, ты к нему часто ездила. Почему мне не рассказывала?
— А зачем рассказывать? — дерзко ответила Лариса. — Я ухаживала за дедом, а ты в городе сидела.
— Я не знала, что он болеет, — тихо сказала Тамара. — Ты могла предупредить.
— Мог и сам позвонить, если хотел тебя видеть.
Тамара достала телефон и показала Ларисе фотографию записки.
— А это что такое?
Лариса взглянула на экран и осела на стул.
— Где ты это нашла?
— В дедушкином доме. Там же, где ты их искала вчера.
— Я ничего не искала, — слабо сказала Лариса.
— Лара, не ври. Ты знала про эти деньги. Дед тебе говорил?
Лариса молчала, разглядывая свои руки.
— Говорил, — наконец призналась она. — В последний мой приезд. Сказал, что припрятал деньги на черный день, и если что с ним случится, я должна их найти и поделить с тобой поровну.
— И ты собиралась их взять и не сказать мне?
— Не собиралась! — вспыхнула Лариса. — Просто... Просто у меня проблемы. Виктор напился, карточный долг наделал огромный. Угрожают ему. Мне нужны деньги срочно.
Тамара вздохнула. Вот в чем дело. Муж Ларисы всегда был слабохарактерным, но до карт не опускался.
— Сколько он должен?
— Полтора миллиона, — прошептала Лариса. — Том, я не знаю, что делать. Они серьезные люди.
— И ты решила присвоить дедушкины деньги?
— Не присвоить, а взять взаймы! — заплакала Лариса. — Я бы тебе потом отдала, честное слово.
Тамара смотрела на сестру и не знала, сердиться или жалеть. Лариса всегда была импульсивной, но до обмана раньше не опускалась.
— Лара, — сказала она мягко, — дед нас просил деньги поровну поделить. Значит, так и сделаем. По четыреста тысяч каждой.
— А остальное где возьму? — всхлипнула Лариса.
— Продашь свою долю дома мне, — предложила Тамара. — За миллион сто тысяч. Тогда у тебя будет полтора миллиона.
Лариса подняла на нее удивленные глаза.
— Ты не сердишься?
— Сержусь, — честно сказала Тамара. — Но ты моя сестра. И дед любил нас обеих.
Через неделю они снова встретились у нотариуса. Лариса оформила отказ от своей доли дома в пользу Тамары, а та заплатила ей обещанные деньги.
— Спасибо, — сказала Лариса, когда они выходили из конторы. — Ты настоящая сестра.
— А ты долги мужа оплати и разберись с ним серьезно, — строго сказала Тамара. — Если он не изменится, подумай о разводе. Дед говорил: что заработал честным трудом, то и твое навсегда. А чужие долги — это не твоя ноша.
Лариса кивнула и обняла сестру.
— Я постараюсь, — пообещала она.
Тамара осталась единственной хозяйкой дедушкиного дома. Летом она приехала туда с внуками, сделала небольшой ремонт, привела в порядок огород. Дети с восторгом бегали по тому же двору, где когда-то играли их бабушка и ее сестра.
А Лариса развелась с Виктором и устроилась на новую работу. Теперь она звонила Тамаре каждую неделю и даже планировала следующим летом приехать в деревню с детьми.
— Будем внуков воспитывать, как дед нас воспитывал, — сказала она в последнем разговоре.
— Обязательно, — согласилась Тамара. — Дед бы этому радовался.