Часть 14. 14 марта. Война чапанная переходит в рельсовую?
Все иллюстрации и документы находятся в свободном доступе. При указании даты по старому стилю даётся примечание.
Основная литература и материалы приведены в первой части.
При использование материалов я стараюсь сохранять сокращения и орфографию источника, если это не мешает пониманию.
Содержание, увы, предназначено только для 18+. Гражданская война, она такая…
Данные по населению приводятся, конечно, примерно на тот период 1919 года.
Приведённые изображения строго соответствуют названному месту. Прошу извинение за возможное неправильное указание волостей. Начиная с января 1918 года они дробились, менялись названия и т. д.
Надо отметить, что и красные, и восставшие, действовали, не взирая на границы губерний. Лёгкость перемещения с берега на берег объясняется тем, что Волга (и не только она) до второй половины апреля в 1919 году была скована льдом.
с. Усинское Усинской. Восстание закончилось после вооружённого сопротивления.
Жегулевская волость. 14 марта спали везде заставы и караулы и выпустили всех арестованных, чем и было ликвидировано восстание.
Трубетчинская волость. Выступление ликвидировано отрядом Левицкого.
с. Шигоны Шигонской. Сдались по соглашению с вооружённым отрядом.
И вновь, вторые сутки, пытаются договориться с Новодевичьем.
Из переговоров по прямому проводу заместителя председателя Симбирского губисполкома, секретаря губкома РКП(б) И. М. Варейкиса со штабом повстанцев в с. Новодевичье
«Варейкис:] — Я — Симбирск: [от] комитета партии большевиков, заместитель председателя губернского исполкома Иосиф Варейкис. Кто говорит?
[Поручиков:] — Я — председатель волсовета Поручиков. Что угодно?
[Варейкис:] — Первое, дайте немедленный ответ о положении вашей волости и о настроении; второе, немедленно дайте ответ о количестве восставших кулаков и дезертиров; третье, довожу до сведения, что я прислан специально по данному контрреволюционному восстанию для следствия виновников. Ввиду того, что следствие возможно вести лишь после данных определенных, предлагаю срочно Вам собрать материалы и через 2 часа выехать для личных донесений в Сенгилей. Варейкис. Все.
[Поручиков:] — У нас кулацких восстаний нет и не было. Контрреволюционеров нет. [Мы] против неправильной реквизиций хлеба и скота. Приветствуем партию большевиков и против них не идем, мы идем против насилия коммунистов. Вообще же контрреволюции нет, мы идем против неправильной реквизиции хлеба и скота. Кулацкого восстания нет, все крестьяне — трудовики. Число восставших — все села и деревни. Мы желали бы, чтобы вы сами к нам приехали, дабы вы сами видели, кто восстал. Народ просит вас самих приехать сюда, ввиду того, что народ не хочет посылать делегатов. Он просит вас самих приехать сюда. Ведь, товарищ Варейкис, мы не саботажники, нам бы хотелось с вами самим поговорить; вы сами увидите, что мы правы и народ с удовольствием выслушает вас. Ответьте сейчас же, приедете к нам или нет…
[Варейкис:] — Пока что к вам не еду, потому что высланы соответствующие ораторы, то есть пушки. Второе, я, конечно, у вас буду, иначе бы не приезжал в Сенгилей. Третье, вы не правы, что заставляете нас возиться с вами, причем, применять заставляете орудия. Контрреволюционный бунт, в котором вы, Поручиков, тоже, по-видимому, являетесь участником, дает повод нам в корне на будущее время устранить всякие причины. Лично наша партия и губисполком, опирающиеся на трудящихся крестьянской массы, должна в этом случае в дальнейшем обезопасить их. Предупреждаю, что если вы не приложите все меры к ликвидации и не выполните этого сегодня же, то тогда, когда я буду в селе вашем, то будете... (Поручиков перебил Варейкиса).
[Поручиков:] — ...Товарищ Варейкис. Мы просим нам эти вещи не говорить, а вот скажите нам: приезжайте сюда и сами узнаете, кто тут виноват. Я, Поручиков, сам не могу ничего говорить. Вот просим вас приехать, крестьяне не думают выступать против вас.
[Варейкис:] — Я тоже самое, не говорю о таких вещах, сейчас сделаю их. У вас я буду с условием, если вы сложите оружие.
[Поручиков:] — Вот что, товарищ Варейкис, но собрание решило вызвать вас, дабы поговорить с вами, и вот тогда, возможно, [конфликт] будет улажен. За целость вашу, товарищ, даем слово. Вот если сами приедете — будет лучше, чем ваши пушки. Они только озлобят народ. Если хотите — приезжайте сюда и переговорим обо всем.
[Варейкис:] — Ваших гарантий мне не нужно, потому что и без гарантий никто из тов[арищей] крестьян меня не тронет, это вполне ясно. Второе, кто лучше: пушки или я? Для меня, конечно, лучше пушки, а для вас — я. Предупреждаю, что если вы пойдете навстречу и сами успокоетесь, я всячески постараюсь со своей стороны, чтобы не было кровавых последствий. Вы это передайте крестьянам. Пока я кончил.
[Поручиков:] — Напрасно посылаете пушки, потому что они нам не страшны, а вот если вы не хотите кровопролития и идете рука об руку с нами, крестьянами, то приезжайте сами, если вы действительно справедливы, понятно? Я кончил.
[Варейкис:] — Больше никаких переговоров я не веду, а из ваших речей понял, что необходимо действовать. Варейкис.
[Поручиков:] — Значит не приедете? Плохо, а мы вас ждем, чтобы вы пролили нам свет. Приезжайте, товарищ Варейкис, и все уладится. Мы вам выскажем, что у нас на душе и вы нас поймете».
с. Головино (Покровское — не путайте с близлежащим Канасаевым) Головинской волости Сызранского уезда Симбирской губернии. Около 300 дворов, около 1300 жителей.
Председателем Головинского сельского исполкома Сачкиным было созвано общее собрание граждан с. Головино для объявления гражданам полученного приказа № 1 об объявлении г. Сызрани и уезда на осадном положении; по объявлении приказа собрание было закрыто и председатель со своим товарищем и секретарем намеревались уйти, но граждане, узнав где-то, что секретарем сельского совета Тумановым получена копия с протокола общего собрания граждан с. Канасаево от 13 марта о выступлении против партии коммунистов, потребовали выдачи таковой и приступили к обсуждению таковой. Было открытое недовольство крестьян против Советской власти. Протест произошёл на почве реквизиции запасов зерна, домашнего скота и мобилизации лошадей. 8 активно выступавших. Расстреляны впоследствии отрядом воздухоплавателей. Так в документах для краткости назывался отряд Волжской флотилии.
с. Еделево Еделевской. Закончилось под страхом перед вооружёнными силами.
с. Поповка (Трубетчино) Трубетчинской. Восставшие, заполучивши от кого-то сведения, что в соседнем с. Беклемишеве Карсунского уезда имеется оружие (винтовки), бывше присланное для обучения, нарядила отряд для отобрания этого оружия, каковой отряд и выполнил эту задачу. Обезоружил находящихся там красноармейцев-продовольственников, забрал несколько штук винтовок «гра» и патроны к ним, а равно забрав в плен и самих красноармейцев (около 9 — 10 человек)
Деревня Старо-Тимошкино. Население высказало полное недоверие старому совету, но применительно к тому, как это делается в других селах, все же воздержалось от замены его новым составом, а лишь влило новых депутатов в равном числе старым. Этим самым совет остался верен своим принципам; принял оппозиционную форму, стараясь, поскольку это возможно, умалить пылкость освиреповавших крестьян. Добились того, что всех арестованных коммунистов освободили из-под ареста и дали им полную свободу, после чего старый совет, не желая иметь никакого дела с новым, сложил с себя власть и всю ответственность за последствия. Вечером этого же дня предъявил новое предложение в ультимативной форме, что «старый совет не прочь принять власть лишь при условии, если новый состав гарантирует безопасность от населения в лице общего собрания», что также добились, ибо пылкость в населении стала охлаждаться; с этого времени следует и считать ликвидированным восстание. Отмечу, что население стремилось создать реальную силу, а военный руководитель сумел дезорганизовать этот план, в чем также принимал участие и старый совет.
Наконец и в армии поняли значение пропаганды.
«Коммунисты и большевики». Листовка политического отдела РВС Восточного фронта (март 1919)
«Крестьяне восставших волостей говорят, что ничего не имеем против большевиков, мы идём против коммунистов.
Кто же такие большевики и кто такие коммунисты?
Большевики - это те, которые в октябре 1917 года сбросили с плеч рабочих свору богачей, фабрикантов и купцов и передали в руки рабочих все фабрики и заводы.
Большевики - это те, которые уничтожили власть помещиков над крестьянами, вырвали из рук помещиков и передали в руки крестьян всю землю безвозмездно - без всякого выкупа.
Большевики - это те, которые уничтожили в России власть богачей и установили власть рабочих и крестьян - власть Советов.
Большевики - это Ленин, Свердлов и другие.
Кто такие коммунисты?
А коммунисты и есть большевики.
Это большевики с прошлого года стали называться коммунистами.
Почему же они переменили своё название?
Да потому, что слово большевик - неясное. Оно означает то, что людей, называющихся большевиками, было в партии большинство, но из самого слова «большевик» не видно, как большевики хотят устраивать жизнь и чего они добиваются. И вот решили они назваться коммунистами. Из самого слова «коммунист» видно, что кто себя так называет, тот стоит за коммунизм, за коммуну.
Что такое коммуна?
Коммуна - это такой устройство общества, где все должны работать. Всякий человек должен в поте своего лица добывать хлеб свой.
В коммуне не место бездельникам.
В коммуне кто не работает, тот ничего не получает.
В коммуне тот не ест, кто не работает.
В коммуне все равны.
В коммуне нет власти богачей и помещиков.
Коммуна - это то, что хотят устроить на земле большевики.
А большевики - это и есть коммунисты.
Коммунисты - это Ленин, Свердлов и много, много других.
Против кого же борются восставшие крестьяне? Кто же их обидел? На кого они ополчились? Накопились в крестьянстве обиды на тех, кто в деревнях коммунистом назывался, а коммунистом на самом деле не был. Обижала бедноту всякая сволочь, присосавшаяся к Коммунистической партии.
Принимать в Коммунистическую партию нужно очень осторожно. Нужно, чтобы человек прежде всего на деле показал, что он коммунист, а потом уже записывать его в партию.
Перед вступлением в партию коммунистов нужно отказаться от своих личных интересов. Идя в партию коммунистов, нельзя думать о своих личных выгодах. Коммунист должен заботиться об общем благе. Кто думает о себе и о своих выгодах - тот не коммунист, того палкой нужно гнать из партии.
Коммунизм - это святое дело. Коммунистом должен быть всякий трудящийся, ибо только в коммуне он будет свободен, только в коммуне не будет богачей и помещиков, только в коммуне будут все равны и все братья.
Нужно зорко следить, чтобы в Коммунистическую партию не записывались люди для своих выгод, нужно выбрасывать таких людей из партии, как паршивую овцу выбрасывают из стада.
Если крестьяне-бедняки видят, что те, которые называют себя коммунистами, не защищают интересов трудящихся, а только заботятся о своих выгодах и своем кармане, крестьяне должны сообщать о таких коммунистах губернскому комитету Коммунистической партии.
Так нужно бороться с этим злом, а не бороться с ним восстанием. Кто же устраивает восстания и кому они играют на руку? Восстания почти во всех деревнях начинались так: появлялся какой-то человек и начинал набатом созывать сход, потом произносил речи против коммунистов, говорил против реквизиций скота и хлеба, вспоминал все ошибки, которые допускали местные власти, говорил, что обижают не только богачей, но и бедняков.
На эти речи, прежде всего, откликались кулаки, ибо закон о реквизициях у них предлагает излишки хлеба и скота отнимать.
Восстание начиналось.
Беднякам рассказывали, что это борьба не против Советской власти и не против большевизма, а борьба против коммунистов. И бедняки, обманутые этими речами, шли за кулаками. Восстание разгоралось.
Теперь уже известно, кто руководит этими восстаниями. Руководят ими бывшие графы и генералы. Из Сызрани пришло известие, что там командовали восставшими граф Орлов и генерал Бердичев. Уж коли дело до графов дошло, так и до царя недалеко осталось!
Те, которые начинают восстание, царя-то и добиваются.
Сговорились они с нашим врагом. Враг на Уфу нажимает, а они здесь, в тылу волнения крестьянские устраивают, надеются, что с двух-то сторон они раздавят нашу Красную армию, разобьют защитницу трудящихся и голыми руками возьмут тогда русский народ, и устроят в России жизни так, как им хочется. Опять будут помещики, опять будут фабриканты и опять будет царь.
Кто восстаёт против Советской власти, тот должен знать, что он этим самым ярмо себе на шею надевает.
Кто восстаёт - тот предатель трудящихся!
Кто восстаёт, тот предаёт Красную армию - защитницу трудящихся!
Бедняки, восставшие против Советской власти, предают прежде всего себя самих. Бедняки должны идти в ряды Коммунистической партии, должны изгонять из нее пробиравшихся туда кулаков и всякую дрянь, которая затем только и записывается в коммунисты, чтобы позорить святое дело коммунизма.
Да здравствует Российская Коммунистическая партия!
Да здравствует её вождь товарищ Ленин!
Да здравствует Советская власть!»
Руководство РККА также старалось вникнуть в суть происходящего. Вот что докладывал о восстании в Симбирской губернии в конце марта сотрудник политотдела Восточного фронта.
«Согласно выданному мандату политотделом Востфронта произвести обследование и контроль деятельности политкому коммунистических ячеек, полков железнодорожной обороны, военных представителей железных дорог и военных комиссариатов, 13 марта с. г. я поехал на ст. Инза.
Прибыл 14-го числа в 10 час. утра, через два часа была получена телеграмма на имя комиссара ЖЧК Инзы т. Богомазова от старшего рабочего ст. Майна т. Кузькина о предполагавшемся выступлении крестьян в районе Майна… я вместе с… двумя отрядами отправился на ст. Майна…
Прибывшая конная разведка из отряда Симбирского губчека задержала вооруженных крестьян из дер. Вязовки в количестве 15 человек на 7 подводах. Вооружены были крестьяне вилами и топорами, часть винтовками.
После произведенного опроса выяснилось, что они отправлялись на ст. Майна для разоружения охраны означенной станции и для разбора железнодорожного полотна. Наутро под руководством т. Лапшаева была послана его пехота в дер. Вязовку для подавления повстанцев… Выяснилось, что зачинщиком восстания был учитель той же деревни Самойлов Иван Михайлович, бывший подпоручик, который скрылся во время прихода нашего отряда. На квартире его был произведен обыск и взяты все имеющиеся документы… После обысков и арестов некоторых лиц дер. Вязовки мной был устроен митинг на тему: «Значение и задачи Советской власти и кто такой коммунист».
Настроение крестьян было в пользу Советской власти, за исключением немногих. После митинга была прислана мирная делегация из дер. Карцевки из трех человек (с белым флажком), изъявившая желание сложить оружие, с просьбой разъяснить крестьянам о коммунистах.
Одновременно же прибыла наша разведка, находившаяся около дер. Карлинской, которая сообщила, что в овраге находится около 6000 человек повстанцев. /На самом деле это село Карлинское (Покровское, Карлинская слобода), Карлинская (или Чертановская?) волость Сенгилеевского уезда Симбирской губернии. Более 600 дворов, более 2000 жителей. Я думаю, количество в овраге сильно преувеличено. Представьте такой овраг и возможность всех сосчитать. Тем более и тогда овраги укрепляли, не давали расти - С.Т./
Двое из делегатов были оставлены нами как заложники, третий послан к повстанцам с оповещением о нашем согласии на их предложение. Но во время подхода к дер. Карлинской начальник отряда, т. е. т. Лапшаев, чуть не был заколот повстанцами, и со стороны их было несколько выстрелов, и задние ряды повстанцев с криками «ура» бросились на Лапшаева, но это было своевременно замечено, и с нашей стороны был открыт огонь по повстанцам. В перестрелке было убито трое, и в панике все повстанцы бежали, бросая оружие. По распоряжению командира стрельба была прекращена, был собран митинг, который прошел неудачно. Объясняется это тем, что главари повстанцев, хотя открыто и не выступали, но были слышны возгласы: «Что нам коммунисты, мы знаем их»./Впоследствии, по непроверенным данным, в этом селе было расстреляно 10 человек — С.Т./ Видя, что повстанцы волнуются, а поддержки со стороны бедняков не было заметно, так как таковые боялись, что их убьют, красноармейцы же просили отдыха, и отряд двинулся обратно на ст. Майна. /Вот такие отголоски партизанщины ещё встречались у местных формирований — С.Т./ По прибытии на ст. Майна отряд т. Вашнева на станции отсутствовал, так как была получена телеграмма со ст. Охотничья о выступлении крестьян в районе Охотничьей…
Через 3 же часа была получена телеграмма от комиссара ЖЧК ст. Чуфаровка (Чуфарово) с просьбой о посылке вооруженных сил на станцию, так как в районе станции происходят брожения и полотно железной дороги находится в опасности со стороны повстанцев.
Я тотчас же сообщил т. Вашневу, чтобы он разрешил послать часть войска на ст. Чуфаровка, на которую был получен ответ от помощника т. Вашнева т. Орлова: «Это дело наше и мы знаем, следует или не следует послать».… В ночь на утро получаю известие, что полотно железной дороги около ст. Чуфаровка было разобрано повстанцами на протяжении 10 саж[еней]… им послан отряд Казанского губчека под руководством т. Стародуб, но этот последний мне никаких известий не давал, и что он там делал — неизвестно. Через сутки был восстановлен и отправлен пассажирский поезд № 3, с которым поехал помощник ЖЧК ст. Инзы т. Левин. Поезд отправлялся со ст. Майна по направлению к ст. Чуфаровка, который дошел до разъезда Безвыходный и был там расстрелян повстанцами и возвращен обратно на ст. Майна. (По сообщению т. Левиным была обрисована картина деятельности т. Стародуб, который сидел у телеграфного аппарата и никаких распоряжений своему отряду не давал… как выяснилось после, полотно и мосты были разобраны и сожжены между ст. Чуфаровка и Вешкайма, и что эта последняя была в руках повстанцев… На утро приезжает отряд т. Лапшаева, причем часть его является в нетрезвом виде… /Не идеальные люди, но других не было… - С.Т./
Проезжая по пути в Соплевку через дер. Березовку /село!/, я справился о настроении крестьян этой деревни.
Крестьяне стояли на нашей стороне и выступления с их стороны на нас не было, а если и было, то лишь под давлением крестьян дер. Соплевки. /Здесь и далее описываются более поздние события, во всяком случае, после 15 марта, но доклад, составленный после 23 марта, я разрывать не стал. И вновь ошибка — Соплевка село (Козмодемьянское ныне Красный Бор) — С.Т./
Настроение же крестьян Соплевки, находящейся в наших руках, было скорее антисоветское: в ней производились до меня расстрелы зачинщиков восстания т. Мешковым и Семеновым. Во время моего пребывания в деревне приходила мирная делегация из деревень, окружающих дер. Соплевку, сдавала оружие и выдавала зачинщиков восстания, которые по приговору крестьян были расстреляны.
Далее прибывали освобожденные из-под ареста коммунисты и красноармейцы, вид которых представлял совершенно изнуренных людей, которые рассказывали о всех тех мучениях, которые производили над ними повстанцы; так, например, один из коммунистов, инструктор по организации ячеек и внешкольного образования, рассказывает: хотели ему в горло вонзить штык, предлагали раздеть его и облить холодной водой, и выбросить на снег, и разные другие мучения. Также прибывали арестованные жены убитых красноармейцев повстанцами, тоже измученные и избитые, которые рассказывают, что их все имущество было разграблено. Далее были найдены трупы изуродованных советских работников, как, напр., т. Тарасова, который находился командиром продовольственного отряда, и других товарищей красноармейцев. Отмечаю печальное явление о том, что в деревне абсолютно нет ни литературы, ни печатного слова, нет подразделения деревни, т. е. классов, и неправильна постановка наших советских организаций, от которых происходят все восстания. Г. Смуров»
Из более позднего отчёта команд. всеми военсилами Ставропольского района — Шевердина.
«14 марта к 6 час. вечера восстание «чапанов» в Ставропольском районе ликвидировано. По восстановлении порядка и советских учреждений, разгромленных повстанцами в гор. Ставрополе, Самарские отряды мною были отправлены обратно в Самару. 1-й — 17 марта и 2-й — 19 марта. Оставив три гарнизона 1-й в Н. Сенчелеево 35 чел. пехоты, 5 чел. кавалерии, 2-й в селе Ягодном в таком же составе и 3-й—в городе Ставрополе 20 чел. пехоты при 2-x пулеметах и 20 чел. кавалерии, после чего вместе с Ревштабом выехал в Самару, куда и прибыл в ночь на 23-го марта с. г.
Есть пленные. Пойманные помощник коменданта Белоусов и военный советник полковник колчаковской армии Сперанский допросу не подвергались. Первый пристрелен при попытке к бегству, второй спонтанно повешен кем-то на базарной площади. Коменданту Долинину и его сподвижнику Горбунову по кличке Коновод удалось скрыться. Преследование повстанческих групп, поиски и аресты участников чапанки в уезде продолжаются».
Отчитывается и ЧК по своей линии.
Сообщено по прямому проводу из Самары 14 марта в 7 час. 40 мин. т. Левитиным:
«Контрреволюционное движение в [районе] Сызрань—Обшаровка ликвидировано... остальные люди 14 марта совместно с отрядом рабочих Тонеля /здесь описка в документе и ошибка в сборнике документов (где предполагали, что это имя собственное), на самом деле следует читать — "тоннель", который так и не был построен, этот отряд именно как тоннеля упоминается и в других документах— С.Т./ и сызранских коммунистов… была вновь послана в с. Усинское, где завязался бой в течение пяти часов, а так как восставшие кулаки стреляли большей частью из домов, то пришлось с. Усинское зажечь с четырех сторон. Затем 9-й же ротой было занято с. Шигоны». Так что Усинское подожгли не из мести…
Небольшое отступление. Неоднократно в документах упоминается село и станция Обшаровка (Новые Костычи). Мне не удалось, тем не менее, обнаружить степень участия в «чапанке» её жителей. А тогда это было крупнейшее село — около 1200 дворов и около 5500 жителей. Похоже, активного участия и не было. Поскольку в том же марте 1919 года в торжествах по поводу восстановления моста через Волгу здесь побывали М. В. Фрунзе, заместитель наркома путей сообщения В. И. Ксандров, председатель Самарского губкома РКП (б) Ю. К. Милонов и многие другие. Наверное, не случайно, в 1919 году по решению Самарского Губкома партии в Обшаровке создаётся районный партийный комитет и проходит первая районная партийная конференция. В этом же году в селе была учреждена комсомольская организация, первым секретарём которой стал Михаил Козлов. Да и раньше, во времена КОМУЧа, сельский сход вынес постановление, согласно которому все призванные, живущие дома, не должны являться в свои части, а находящиеся в "народной армии" обязаны вернуться домой.
Соседняя губерния, где был центр Приволжского округа, тоже бдила.
«14 марта 12. час. передано по прямому проводу из. Казани предгубчрезвыкомом т. Карлсоном о положении в Симбирской губ.
...Отряд повстанцев силой 300 человек при одном пулемете, который был поставлен из с. Ягодное. По рассказам перебежчиков, в бою под Хрущевой потери выражаются убитыми и ранеными около 200 человек. Убиты один офицер и один главарь повстанцев. На фронте Елаур-Вростайкино со стороны кулаков редкий оружейный огонь. Силы восставших кулаков сосредоточены в с. Сосновка, Жащенка (?), Мусорка и тянутся к с. Александровка. По сведениям перебежчиков в с. Кирилловке были повстанцы из с. Мусорки, численностью около 200 человек, вооруженных шестью винтовками и хотели заставить кирилловцев присоединиться к ним, но они отказались. Части нашего отряда, пройдя дер. Городище, заняли дер. Перемшак, Васильевку, Рязановку и Кирилловку. Другой частью отряда заняты дер. Почка, Мусорка. Противник отступил в дер. Башевка, потеряв убитыми и ранеными 25 человек. Средней колонной заняты дер. Ивановка, Кондаковка, Александрово и Никольское. После занятия Бирмы /где-то ошиблись, конечно село Борма, почему-то это название неоднократно искажали — С.Т./ замечена перемена настроения крестьян с. Кондаковки, они явились к начальнику отряда с повинной».
Продолжение следует…
Предыдущую часть вы можете прочитать здесь: https://dzen.ru/a/aMV17LcyXECewMo6