Бату в ярости метался по юрте. Носком узорчатого гутула пнул китайскую вазу империи Цзинь. Та разлетелась на куски. В центре горел очаг. Рядом с ним на коленях стоял человек с перевязанной головой. Хорошо начинался задуманный поход на Северо - Восточную Русь. Ураганом неслись тумены, захватывая и уничтожая города и княжества: Рязань, Владимир, Москва, Коломна, Ярославль, Торжок. Разгромили и основные силы противника на реке Сить.Немного осталось дойти до богатейшего города, жемчужины Руси - Новгорода.
Но в это плохое для него утро начальник охранной тысячи принёс чёрную весть, неведомая сила разбила его обоз со стенобитными орудиями: деревянными деталями, креплениями, узлами и запасными частями. Теперь нечего было и думать о захвате мощной твёрдыни.
- О Вечное Синее Небо, зачем ты караешь меня?!
Встань! Загремел его голос.
Но человек только ещё сильнее ткнулся лицом в войлок, на который стекали крупные капли пота.
- Тысячник Хорчи, я знал тебя как умного и мужественного война, доверил тебе лучших багатуров для охраны столь важного для нас обоза.
А ты сейчас живой находишься здесь и рассказываешь сказки о злых мангусах?
Несмотря на твои прежние заслуги, ты завтра умрёшь перед всем войском. Пусть для других это послужит уроком!
Два рослых кешиктена уже направились к стоящему на коленях, как из глубины юрты донёсся скрипучий и властный голос.
- Думаю, мы несправедливы к тысячнику.
Голос принадлежал пожилому войну, чье лицо было испещренно шрамами. Изуродованная рука держала деревянную фигурку, которую Субэдей, прославленный полководец и наставник Бату, невозмутимо собирал и разбирал сидя на войлоках.
Бату свирепо обернулся. Он не привык, чтобы его решения оспаривали.
Из всех соратников, кроме Гуюка, его он ненавидел больше всех. Но учитывая опыт и авторитет "Барса с отгрызенной лапой" с ним приходилось считаться.
- Нам нужно лучше разобраться в случившемся. Я уже поговорил с войнами, они подтверждают его слова, спокойным голосом продолжал Субэдей.
- Сейчас от этого зависит судьба всего похода.
Он вновь посмотрел на деревянную фигурку, таившею в себе ему лишь понятную тайну и смысл.
- Прошу умерить свой гнев, Джихангир.
Бату еле сдержался, но вспомнил своего деда. Вспомнил и курултай, Совет, на котором Угэдэй, ставший новым Верховным Каганом назначил его командующим западным походом.
Да, Хорчи подождет. Ещё раз посмотрим на обстоятельства произошедшего. Возможно, напал другой отряд Евпатия Коловрата.
- Принесите найденное, приказал Барс.
Бату с удивлением смотрел на раздробленные детали камнеметов, расплющенные металлические узлы, мощные наконечники копий тяжёлой конницы согнутые под немыслимым углом, куски знаменитой дамасской сабли Хорчи, подаренной его отцу самим Чингисханом, сломанной словно ивовый прут.
- Джихангир, ты видишь. Не время принимать поспешные решения. Завтра мы принесем богатые жертвы богу Тенгри. Он укажет нам путь!
* * *
Утром после обильного жертвоприношения шаман камлал, гадал на почерневшей бараньей лопатке. Его лицо внезапно тоже почернело, голос изменился.
- Вы убили лесного человека, слугу древнего бога. Вы нарушили равновесие, хотя Величайший завещал беречь его. Бойтесь, он будет мстить. Его зовут Велес.
щаман упал обессиленный, слуги подхватили его.
Да, войны Бурундая встретили в лесу высокого крепкого старика с посохом. Несмотря на угрозы и запугивание он отказался показать им путь на реку Сить. Сказал, что небо и боги против них. Бурундай приказал его убить. Отбиваясь посохом, вращая им со страшной силой, тот перебил и покалечил несколько крепких багатуров, пока лучники не пронзили его стрелами.
Умирая, тот произнес какое - то заклинание, в лесу потемнело, наступила зловещая тишина.
Нашли других проводников.
Но сейчас выводы были неутешительными. Обоз разбит. Тенгри не явил им свою волю.
Бату вышел из походной юрты. Неподалеку стеной стояла мрачная и загадочная лесная чаща, полная ненависти к ним, как и вся эта земля на которую они пришли.
* * * Лейтенант Семенов устало спрыгнул с брони танка. Враг рвался к Москве. Поступил приказ выдвигаться в район Варшавского шоссе. На пути сделали остановку в Коломенском. Машину загнали в овраг, замаскировали. Лучшего укрытия в случае налёта вражеской авиации не найти.
Совсем недавно Алексей закончил танковое училище, сразу на БТ - 5 вступил в бой. Подбили, госпиталь.
Потом Т-26. Снова попал в засаду , самоходка Штуг низкий силуэт которой он не увидел. Чудом выжил.
Теперь Т- 34. Вот это машина. Вооружение, броня, с прежними не сравнить. Будем бить врага дальше.
Но сейчас обстановка оптимизма не вызывала. Поговорив с шофёром полуторки, который ехал с ними с канистрами дизеля, узнал что передовые отряды немцев - мотоциклистов видели уже в районе Сокола.
С плохим настроением он проснулся, вылез из танка, наспех поев с экипажем приказал завести мотор. В овраге стоял плотный туман. Выезжая из него наткнулись на высокого старика в меховой безрукавке. Весь татуированный, с посохом. Что за ряженый!?
- Дед, уйди. Немец прет.
Тот лишь молча махнул посохом, словно благословляя и исчез.
Танк двинулся дальше.
* * *
Смотря на деревянную фигурку, Субэдей вспоминал как она ему досталась. Дело было в Рязани. Пять дней длился отчаянный штурм!
Наконец проломили стену. Положив тысячи людей хашара и присоединившихся союзных племён, Бату бросил напролом отборных войнов монгольской империи. Обессиленные непрекращающимся нападением днем и ночью защитники не могли устоять. Тем более, ранее на реке Воронеж погибла вся Рязанская дружина. Бату было важно взять быстро первый город на Северо - Восточной Руси. Поэтому с потерями не считался. Вместе с мужчинами сражались и умирали русские женщины. Но силы были слишком неравны!
Субэдей с удовлетворением наблюдал результаты вторжения.
Он знал - это их судьба, как и его сейчас побеждать. С детства познавший горечь поражений и смерть утраты близких - он не ведал пощады!
Впереди кешиктены расчищали завалы.
Около избы рядом с телом её матери он увидел сидящую маленькую девочку. Она подняла на него свои большие серые глаза.
От её отрешенного, безумного и одновременно спокойного взгляда он, опытный войн, внезапно остолбенел.
Вихрем нахлынули воспоминания.
На их племя урянхаев напали враги. Крики, ржание лошадей. Его сестра выскочила в метель, он побежал за ней. Нашел со стрелой в груди.
В её взгляде был такой же гнев и неведомое спокойствие!
Он сошёл с коня, поднял её. Та зачем - то передала деревянную фигурку.
- Нукер! Напои и накорми её. За её жизнь ты отвечаешь головой!
.* * *
Семёнов ехал вперёд и не узнавал местность. Привычные ориентиры исчезли. И здесь лежал снег, плотной, сложившейся массой.
Стой, Дамдин. Он отдал команду двумя ногами по плечам. Когда грохот движения стих, спросил,
- Что думаешь, таёжный охотник?
Тот высунулся,
- Да странно все! Весной пахнет!
Точно, выглянуло солнце
На полутора километрах впереди около леса стояла группа всадников на лошадях в блестящих на солнце попонах!
- Кто это Дамдин, калмыки?
- Не знаю, одеяния больно чудные.
- Дамдин, ты должен знать! ?
- Ладно, давай к ним, хоть дорогу спросим.
* * *
Хорчи с авангардом наблюдал, как к ним движется странная черепаха.
Что это? По всем правилам нужно выслать переговорщика. И где лошади? Видимо, внутри. Но слишком быстро движется.
- Всем приготовиться. Карусель лучников. Тяжёлой Коннице быть наготове!!
* * *
Семёнов посмотрел в перископический прицел, как группа всадников выстроилась полумесяцем. Вновь двигаясь вперёд, высунувшись из люка он увидел, как те внезапно вскинули луки!
- Дамдин закрывай, заорал он.
И сам еле успел захлопнуть люк , как броне забарабанили стрелы!
- Что за черт, за немцев приняли?
Но кто на Т - 34 будет нападать?
- Стой, Дамдин. Группа всадников в попонах начала свой разбег. Он очнулся только тогда, когда они с треском ткнулись в машину, серьезно пошатнув танк. Зря подпустил, сейчас гранатами закидают.
- Стрелок Игорь, Огонь!
Танк, словно бультерьер нападал и сбрасывал войнов в малахаях. Отрывисто стучал пулемёт.
Но те лезли и лезли на танк, пытаясь колоть саблями и копьями.
Оставшиеся в живых рысью уходили по просеке в лес.
- За ними. Посмотрим кто это.
Двигаясь вперёд экипаж выехал на огромную поляну, сбоку стояли обозы покрытые шкурами.
- А вот и матчасть, подумал Алексей.
Фашистам подвозят орудия, судя по силуэтам, взять Москву.
Ну, держитесь! Осколочно - фугасный по первому обозу. Выстрел!
По замыкающему, Выстрел! А теперь проутюжим хорошенько.
* * *
Хорчи, которого обезумевшая лошадь вынесла с поля боя с ужасом смотрел как неведомый железный мангус разрушает и уничтожает самое дорогое то, что было доверенно ему самое дорогое!
С резервной сотней войнов пошел в атаку, но рядом разорвавшийся снаряд отправил его на время в небытие!
* * *
А теперь отходим назад. Если подойдут основные силы фрицев - не выдержим.
Вернувшись обратно, приказал замаскировать позицию. В горячке боя не взяли языка.
Пока в лесу поставили растяжки. Дамдин посоветовал. Ждем утра.
* * *
В стане шатра Бату вновь собрался Совет. Присутствовали чингизиды, Бурундай и шаман.
Поднялся Бату.
- Вы знаете все. Я собрал вас здесь узнать ваше мнение. Я выслушаю каждого!!
- Но сначала, вмешался Субэдей, пусть они увидят детали того, что случилось!
И вот тут у самых дерзких голов случился ступор. Смотрели, думали.
Но самый нетерпеливый Гуюк сказал.
- А почему мы должны слушать моего брата?
Никто не отпускает животных из загнанных на облавной Охоте!
Никто не отпускает тетиву натянутого Лука! Делаешь - не бойся! Боишься - не делай!
Многие встали, криками выражая своё одобрение.
- А что скажет прославленный Бурундай, победитель Коназей на реки Сить?! С насмешкой сказал он!
- О, Славный Гуюк, сказал Бурундай! Я не чингизид и даже не имею права присутствовать на этом Совете, скромно сказал он. Но ты спросил, я - отвечу!
Глупо так класть славных войнов в лобовых атаках. Каждый из них стоил троих! Нужно найти другой путь! Я сказал все!
Вновь повисла вязкая тишина!
Темник, чужой Булгарин. Ему показалось ли, но на внешне невозмутимых лицах Субэдея и Бату промелькнуло явное одобрение его словам.
Бату спокойно поднялся и вновь продолжил свою словесную
шахматную партию!
- Никто не отпускает тетеву натянутого лука.
Никто не отпускает зверя загнанного на облавной Охоте.
А если загнанный тигр убьет тебя?
Мы все будем печалиться. Подумай, о Родной Гуюк!? Что я скажу Верховному Кагану!? Кюлькан. Его настигла стрела русича. Это Моя Вина!
И если и ты еще влезешь куда - нибудь, за твою судьбу я не ручаюсь.
Субэдей молча кивнул. Его этот самоуверенный наглец тоже не устраивал.
- Мы все увидели Вызов Нам! И с ним может справиться только один.
Вы все знаете его. Это - "Барс"!
Мы все Знаем о его Силе и Подвигах, и только он победит.
А я и мы все будем у его стремени!
Урагша.
- Да, Научил на Свою Голову!
Скрежетнул зубами Субэдей, если бы не воля Чингиза, "удушил" бы его еще давно!
Если проиграет он - будет виноват только он. Если победит, то победит в итоге Бату, как главнокомандующим походом. Но приказ - есть приказ!
Ничего, стрела уже выпущена!
- Завтра выступают все два тумена.
Один главный, другой резервный!
Выделить мне двести человек лучших следопытов.
Я даю из обозов всем дополнительные куяки и бронебойные стрелы.
Допоздна объезжал войска.
Привычно потянулся на матрешкой.
Её не было - потерял!
* * *
Лейтенант Степанов поставил часовых. С утра ему привели странного человека. Дамдин сказал, шел по лесу, шумел.
Когда он откинул капюшон, Алексей похолодел! Это был тот самый Дед!
Привели к танку. Странно, но от него исходила очень мощная сила и уверенность, пронзающая даже землю рядом, что Алексей удивился.
- Разожги костёр.
- Нельзя.
- Сейчас можно !
- Кто Ты?
- Тебе сложно понять, но я Путь, который тебе неподвластен!
И дальше пошла такая тарабарщина, которую комсомолец был не в силах осмыслить.
Тот уговаривал, убеждал.
Костёр догорал.
- Ладно, пойду спать, скоро утро. Сказал Семёнов.
Тот протянул ему деревянную фигурку.
- Зачем она мне?
Тот лишь многозначительно промолчал! И опять исчез!
Лейтенант ушёл в танк, набрав в ведро углей - импровизированная печка.
Под утро ему снились кошмары. Угроза шла от странно одетого человека со страшным взглядом.
* * *
Взвыли сигнальные стрелы.
Сотня за сотней уходили в предрасветную темноту тумены!
Субэдей, как сова, нахохлившись сидел на коне!
Ранее передовые алгинчи доложили, врага нашли.
Дополнительно в обход направил лучших следопытов окружить мангуса.
Продолжение следует.