Эта история началась с рапорта старшего опер. уполномоченного ОТО НКВД станции Волховстрой Кировской ж/д младшего лейтенанта госбезопасности Лапина В. в адрес военного отдела при обкоме ВКП(б) по Ленинградской области тов. Сергееву (г.Тихвин), цитирую:
"Довожу до вашего сведения, что в г. Волхов по проспекту Трудовик № 45 и Северная ул. д.№ 9 уже длительный период времени проживают: Прожевальский А.А. - уполномоченный штаба партизанского движения по Ленинградской области (награжденный орденом "Красной Звезды"), Ветров С.С. - батальонный комиссар и Сучков М. - старший политрук партизанкого отряда, которые находясь в г. Волхов занимаются систематически пьянством, как то: в первых числах июня месяца сего года Сучков М. из дома № 45 по проспекту Трудовик вышел с одним неизвестным военнослужащим в сильно опьяненном состоянии и этот неизвестный военнослужащий от сильного опьянения в присутствии гражданского населения упал в грязную канаву.
Сучков же при беседе со мной - как с сотрудником НКВД пытался скрыть об этом неизвестном военнослужащем заявив, что он якобы его не знает, и только после длительной беседы заявил, что он Сучков действительно выпивал с этим военнослужащим и что он якобы является начальником склада снабжения, но какого склада и фамилию его не назвал.
Об этом не тактичном поведении Сучков с моей стороны, как сотрудника НКВД, был предупрежден, чтобы в будущем не допускал подобных случаев, как появление в нетрезвом виде среди гражданского населения.
Второй факт: 30 июня сего года в 21 час Прожевальский А.А., Ветров С.С. и Сучков М. вышли из дома № 45 по проспекту Трудовик в сильно опьяненном состоянии без всякой воинской дисциплины, т.е. находясь в форме военных командиров, взяв друг друга под руки шли шатаясь от опьянения по сторонам в железнодорожный клуб, где была молодежь г. Волхов.
Не доходя до клуба, на дороге, при встрече, я попросил их в вежливой форме, как сотрудник НКВД, чтобы они привели себя как командиры в надлежащий порядок и не рекомендовал последним в таком виде появляться в клубе среди молодежи.
На мою просьбу Ветров и Сучков отозвались вежливо, а Прожевальский вступил в пререкания с разного рода угрозами, всвязи с чем Ветров и Сучков вынуждены были Прожевальского уговаривать.
Во избежание недопустимости в дальнейшем такой распущенности со стороны указанных выше членов ВКП(б) ставлю Вас в известность, т.к. случаи их не тактичного поведения стали входить в систему".
Всё бы ничего - простая бытовуха, как говориться, с кем не бывает, но давайте не будем забывать, что происходило в это время в Ленинграде.
Далее история приняла иной поворот:
Особым Отделом НКВД 54-й Армии, 29 августа 1942 года был задержан дезертир, бывший партизан, назвавший себя Трояновым С.А., который находясь в партизанском отряде симулировал заболевание органов зрения, вследствие чего был отчислен из партизанского отряда 15 июля с.г. и откомандирован на курсы политруков, по окончании которых ему присвоили звание младшего политрука и направили в действующую часть, куда Троянов не явился.
На допросе 1 сентября 1942 г. он показал, цитирую:
"...10 августа с.г. я у себя на квартире встретился с Пржевальским (помощником начальника оперативного отдела штаба партизанского движения Ленинградской области, батальонный комиссар), где, во время выпивки с последним, сфабриковал аттестат на два лица и командировочное удостоверение.
Здесь же мы условились, что я поеду в г. Волхов и пробуду там до 1 сентября. Повидав своих знакомых и получив незаконно продукты питания, я должен был возвратиться в г. Ленинград.
С Пржевальским у меня были приятельские взаимоотношения, неоднократно вместе с женщинами мы выпивали, будучи в г. Волхове, в дни своей работы в Волховской оперативной группе штаба партизанского движения.
15 августа с.г., по вызову Пржевальского, я прибыл в Ленинград, встретился с ним и в 7 ч. 30 мин. выехал в г. Волхов..."
По приезду Троянова в г. Волхов он был задержан до осуществения его замыслов.
Расследованием по данному вопросу было установлено, что в Волховской оперативной группе штаба партизанского движения, отдельные работники систематически организуют коллективные пьянки, разбазаривают незаконно присваемые продукты за счет партизан, отправляющихся в тыл противника.
Так, например: в конце мая 1942 года в 54-й Армии из головного склада было получено 750 пайков продуктов и 30 литров водки, из которых для партизан было выдано только 10 литров.
В июне того же года, якобы для партизан, было получено из склада 100 подарков. все эти присваемые продукты отправлялись на квартиру Сажко (начальника штаба), Сучкова (заместителя начальника штаба по хозяйственной части), Пржевальского и Ветрова, по адресу: г. Волхов, проспект Трудовик д. № 45, где проводились все попойки.
19 июня 1942 г. в этой квартире, с участием Сажко, Пржевальского и следовавшего в Ленинград Валовича, была организована пьянка, продолжавшаяся два дня. Когда хозяйка квартиры стала возражать, то Валович угрожал ей убийством. После этого инцидента, попойка была перенесена на Северную ул. дом № 9.
После того, как Сучков, Пржевальский и Сажко были отозваны в Ленинград и в г. Волхов прибыл Валович, пьянки не прекращались. по его инициативе в середине августа была организована пьянка с участием Петрова, Соколова (работник военного отдела горкома ВКП(б)), Егорова (кладовщик), Лексиной (воен.фельдшера).
В этой попойке был устроен дебош между Валовичем и Егоровым, поледний пытался застрелить Валовича.
Приведенные выше факты были подтверждены свидетельскими показаниями Сергеевой П.В. (хозяйка квартиры № 45 по проспекту Трудовик), Александрова (уполномоченный Ленобкома ВЛКСМ) и показаниями задержанного Троянова С.А.
Кроме того. Александров в своих показаниях на допросе 7 сентября 1942 г. заявил:
"...Приступив к своей работе 27 мая 1942 г., я узнал от бойцов, а позднее и сам, что руководящие работники штаба партизанского движения в г. Волхове занимались не подготовкой бойцов-партизан, а пьянкой и жульничеством...
С бойцами занятий совершенно не проводилось. Было много случаев, когда Сажко, Пржевальский, Сучков к бойцам приходили пьяными..."
О всех этих безобразиях группой партизан, на имя тов. Никитина было написно письмо и передано приехавшему в г. Волхов - Власову, который именовал себя зам. начальника Особого Отдела при штабе партизанского движения.
Получив от партизан письмо Власов вскрыл его в присутствии Сажко и Пржевальского и разорвал. Позднее, об этом факте Пржевальский заявил уполномоченному Ленобкома ВЛКСМ тов. Александрову:
"Письмо, написанное по Вашей инициативе бойцами-партизанами на имя тов. Никитина, было всрыто при мне Власовым и разорвано. Власов мой друг, неужели он это допустит".
Как вы уже поняли к делу подключились высокие чины в генеральских погонах, но и перед ними возникла настолько прочная стена, которая оказалась не под силу даже начальнику Особого Отдела Ленинградского фронта старшему майору госбезопасности Быстрову. Ведь за спинами руководства Волховской оперативной группы стоял член Военного Совета Ленинградского фронта тов. Никитин М.Н., руководитель Ленинградского штаба партизанского движения, в прошлом секретарь по пропаганде, а во время войны 3-й секретарь Ленинградского Обкома ВКП(б).
Спец-сообщение Быстрова в адрес Никитина было направлено несколько позже чем с ним успели ознакомиться: член Военного Совета 54 Армии, бригадный комиссар Холостов Д.И. и 2-й секретарь Ленинградского Обкома ВКП(б) А.А. Кузнецов - корпусный комиссар, член Военного Совета Ленинградского фронта.
Холостов писал Кузнецову: "Прошу Вашего вмешательства... Преступные действия работников штаба Волховской группы и некоторых работников штаба Ленобласти были известны руководству Штаба партизанского движения Ленобласти, однако мер по устранению их не принималось и не принимается...Никакой политико-воспитательной работы с бойцами-партизанами командование Волховской группы не проводит и боевой подготовкой не занимается, а наоборот, своими преступными действиями вызывают недовольство у бойцов и разлагают дисциплину...".
Более того, "Несмотря на преступные действия Пржевальского по работе в Волховской группе, Штаб партизанского движения Ленобласти взял его к себе на должность Начальника Оперативного Отдела Штаба...
С приездом Воловича на работу в Волховскую группу, пьянки также продолжались...
Впоследствии же капитана Воловича Штаб партизанского движения Ленобласти назначил Начальником штаба Волховской группы...".
18 сентября 1942 года Алексей Александрович Кузнецов вынес следующую к исполнению резолюцию: т. Никитину "Расследовать и предложения доложить Военному Совету".
Чем закончилась эта совсем нелицеприятная история - разговор отдельный. Достаточно сказать, что материалы дела были засекречены на протяжении 76 лет. Ограничительный гриф сняли только 30 мая 2018 года.
Геннадий Синицкий, по материалам ЦГАИПД СПб. Ф. 116-л Оп. 2 Д. 66 Лл. 39, 47-47 об., 50-53.