- Когда он очухивается от резкой боли, в комнате уже светло от такой же оголенном лампочки, хоть и более тусклой. - Подожди, любимый, сейчас я избавлю тебя от боли. Говорит она в сарафане, теперь сплошь обрызганном кровью. Чудовищная боль сзади в шее, руках и животе, кровь в ванной под ним, дают понять, что он подвешен над ней. Она забирается на край ванны, опираясь о что-то и вытаскивает свою прекрасную грудь прямо перед ним.
- Когда он очухивается от резкой боли, в комнате уже светло от такой же оголенном лампочки, хоть и более тусклой.
- Подожди, любимый, сейчас я избавлю тебя от боли. Говорит она в сарафане, теперь сплошь обрызганном кровью.
Чудовищная боль сзади в шее, руках и животе, кровь в ванной под ним, дают понять, что он подвешен над ней. Она забирается на край ванны, опираясь о что-то и вытаскивает свою прекрасную грудь прямо перед ним.
