На севере Чукотки, там, где земля скована вечным холодом, в 385 километрах от ближайшего крупного поселения — Анадыря, лежит озеро Эльгыгытгын. В переводе с чукотского звучит более благоприятно для слуха обывателя - «Белое озеро». И это имя — отсылка к сиянию льда, покрывающего поверхность почти круглый год.
Для учёных Эльгыгытгын - геологический архив, биологический феномен и космическое напоминание о событии, потрясшем планету три с половиной миллиона лет назад.
Кратер, замаскированный под озеро
Долгое время учёные спорили: вулкан или метеорит виновник сего гидрологического объекта? Форма почти идеально круглая — 12 на 12 километров. Котловина глубокая, до 174 метров. Берега высокие.
Но всё неоднозначно. К примеру, на поверхности всё указывало на вулканическое происхождение. И действительно, регион — Анадырское плоскогорье — сложен вулканическими породами, туфами и лавами. Однако природа преподнесла сюрприз, который изменил представление о геологической истории Арктики.
В 2008–2009 годах на льду озера была установлена уникальная буровая платформа. Международная команда учёных из России, Германии и США приступила к масштабному проекту «Палеоклимат озера Эльгыгытгын». Цель — добраться до пород, лежащих под сотнями метров озёрных отложений.
И вот что было обнаружено в результате бурения: на глубине более 225 метров под донными слоями, имеется слой мощностью свыше 200 метров, состоящий из зювита. Или ударная брекчия, типичная только для мест падения метеоритов.
Брекчия образуется при экстремальных давлениях, недостижимых в вулканических процессах. Это был неопровержимый аргумент: Эльгыгытгын — астроблема, след от космического удара. На момент открытия это был единственный известный на Земле ударный кратер, сформированный в массиве вулканических пород.
Архив климата подо льдом
Главная ценность Эльгыгытгын — в том, что лежит над ним. Донные отложения озера достигают мощности около 500 метров. Это один из самых полных и непрерывных климатических архивов на всей территории Арктики.
В отличие от ледниковых кернов, которые могут «терять» слои при течении льда, озёрные осадки накапливаются слой за слоем, год за годом, век за веком, сохраняя хронику изменений.
Каждый сантиметр керна — это страница истории. В нём учёные находят пыльцу растений, остатки диатомей, микроскопические раковинки, химический состав атмосферы. По этим данным можно восстановить, как менялась растительность, температура, влажность и многое другое. Озеро оказалось уникальным «климатическим датчиком», фиксирующим даже те периоды, когда ничто на других континентах не оставило следов.
К примеру, данные из кернов показывают, что в прошлом климат Арктики был значительно теплее, чем сейчас. И эти колебания происходили в ритме, синхронном с изменениями орбиты Земли.
Архив охватывает последние 3,6 миллиона лет, включая эпоху, когда современный человек только появлялся на планете. Это окно в прошлое, через которое можно понять, насколько естественны или аномальны современные климатические сдвиги.
Мир подо льдом: эндемики на краю выживания
Если климатические данные поражают масштабом времени, то ихтиофауна озера поражает своей изолированностью и адаптацией. Озеро Эльгыгытгын — один из самых суровых водоёмов для жизни рыб. Лёд держится не менее 10 месяцев в году. В некоторые годы он не тает даже летом. Света почти нет. Температура воды у поверхности близка к нулю, у дна — около трёх градусов. Это ультраолиготрофный водоём: крайне бедный питательными веществами. В таких условиях большинство видов просто не выживут.
И всё же здесь обитают три вида рыб. Все они — гольцы, или, как их называют на Чукотке, палии. И два из них — эндемики, существующие только в этом озере.
Первый — малоротая палия, мелкий планктоноед. Второй — длиннопёрая палия Световидова (Salvethymus svetovidovi), описанная только в 1990 году. Её длинные плавники и прозрачное тело — адаптация к жизни в тёмной, холодной воде. Третий — боганидская палия (Salvelinus boganidae), крупный хищник, доминирующий в пищевой цепи.
Но и здесь — сюрприз. В популяции боганидской палии существуют две чётко различимые группы. Одна — быстрорастущая, которая питается в основном длиннопёрыми палиями. Другая — медленнорастущая, потребляющая в основном малоротых. Это возможный пример начальной стадии симпатрического видообразования — процесса, когда новый вид формируется внутри ареала старого, без географической изоляции.
В условиях экстремального дефицита ресурсов и изоляции от других водоёмов, каждый генетический сдвиг может стать ключом к выживанию. Все три вида занесены в Красную книгу России, а само озеро объявлено памятником природы Чукотки из-за уникальности и хрупкости экосистемы.
Исследования: от первых описаний до международных проектов
История изучения Эльгыгытгын — история преодоления. Первым его описал в 1930-х годах геолог Сергей Обручев. С тех пор мало что изменилось: доступ был и остаётся проблемой. Здесь нет дорог, а ближайший аэродром в сотнях километров.
В 1950-х годах работы на озере вели сотрудники Анадырской мерзлотной станции: измеряли глубины, температуру, брали пробы. В 1984 году на озеро отправился писатель Альберт Мифтахутдинов, чьи заметки добавили озеру мистического ореола. В 1980–1990-е годы здесь работали специалисты Северо-Восточного комплексного НИИ из Магадана.
Настоящий прорыв случился в 2000-х. Серия международных экспедиций, организованных при поддержке США и Германии, привлекла лучших специалистов по палеоклимату, геологии и гидрологии. Участники проекта приезжали из Лейпцигского университета, Института полярных исследований им. Альфреда Вегенера, Массачусетского и Аляскинского университетов. Российские учёные из Санкт-Петербурга, Магадана и Москвы работали плечом к плечу с зарубежными коллегами.
В 2020 году новая экспедиция, в которую вошли специалисты из Кроноцкого заповедника, МГУ, Института проблем экологии и эволюции РАН, собрала новые гидробиологические пробы и провела комплексные измерения среды обитания рыб. Эти данные необходимы, чтобы понять, как реагирует уникальная экосистема на современные климатические изменения.
Вечная мерзлота и река, текущая из кратера
Озеро окружено вечной мерзлотой. Её толщина здесь достигает 481 метра — это один из самых мощных массивов в Северо-Восточной Азии. Мерзлота играет ключевую роль в гидрологическом балансе, замедляя просачивание воды и формируя уникальные термокарстовые формы рельефа.
Из озера вытекает одна река — Энмываам, приток Белой, впадающей в Анадырь. Это — единственная точка выхода воды.
Впадает в озеро около 50 притоков, но они небольшие. В устьях этих ручьёв и рек летом вода может прогреваться до +7–10 °C, создавая временные «тепловые островки» в практически полностью ледяной среде.
Интересно и то, что название «Эльгыгытгын» имеет несколько вариантов написания — Эльгытхын, Эльгыгыдгын, Эльгыдхын. Это отражает особенности передачи чукотского языка на русский. Учёные до сих пор используют разные формы, но все они указывают на одно и то же место — на озеро, которое хранит в себе память о космосе, ледниковых циклах и жизни, упрямо цепляющейся за существование на самом краю мира.
С уважением, Иван Вологдин.
Подписывайтесь на канал «Танатология», ставьте лайки и пишите комментарии — это очень помогает в развитии нового проекта.