У одного из самых смешных эпизодов картины – грустная предыстория
– Комедии мои написаны самой жизнью, – говорил Леонид Гайдай.
Сюжеты «вызревали» у режиссера в голове из услышанных диалогов, увиденных сценок, смешных рассказов, шуток друзей.
– Вот, например, «Операция «Ы» у меня родилась еще на… войне, – улыбался народный артист СССР. – После юморной ситуации, случившейся со мной.
Помните эту сценку?
– Огласите весь список, пожалуйста!
– Цементный завод…
– Я!
– Погрузка угля…
– Я!
– Уборка конюшен…
– Я!
– Кроме того…
– Я!
– Да подождите вы, гражданин!..
Именно с этого фрагмента у Гайдая и стала «придумываться» «Операция «Ы» и другие приключения Шурика». Но у одного из самых смешных эпизодов картины – грустная предыстория.
Когда началась война, только что окончивший школу Леня стал рваться на фронт. Но взяли мальчишку лишь в феврале 42-го, когда исполнилось 18 лет.
– И определили в… Монголию, – рассказывал Гайдай. – Объезжать для армии диких лошадей, а заодно – учиться в полковом училище. Как я злился! И вот летом наконец приехал офицер и стал предлагать нам, выпускникам, распределение.
И на все предложения: «Кто в пехоту?», «Кто в кавалерию?», «Кто в артиллерию?», «Кто на флот?» – тощий длинный парень в очках делал шаг вперед и чеканил:
– Я!
Пока офицер с досадой не сказал:
– Да подождите вы, Гайдай! Замолчите на время! Дайте огласить весь список!
Окружающие захохотали.
– Я тоже смеялся, – признавался классик. – И потом стал прокручивать в голове разные забавные истории, где подобная сценка могла бы случиться. Так и нарисовался сюжет про Федю и Шурика.
Распределение «торопыга», как назвал Леонида офицер, получил на Калининский фронт, в разведбатальон.
– И там муж сразу вступил в партию, чтобы его ставили в первые ряды, – вздыхала вдова Гайдая, Нина Гребешкова. – Так и получилось. В разведку он часто ходил. А в декабре 1942 года Леню наградили медалью «За боевые заслуги». Наши тогда отбили у немцев деревню Енкино Псковской области.
Но уже в марте 1943 года война для Гайдая закончилась. Возвращаясь из разведки с «языком», Леонид подорвался на противопехотной мине.
– Иду. Тяжело – невозможно! – вспоминал классик. – Переложил «языка» на другого бойца. Иду последний, прикрываю. Все уже прошли, а я еле ноги волочу. И смотрю: проволочка какая-то. Я эту проволочку – раз! – а она от мины оказалась.
Парню разворотило правую ногу. В госпиталь разведчика привезли без сознания.
– Хирургам – поклон! Пять операций сделали, но ногу спасли, – рассказывал Гайдай. – Я всё просил: «Не отрезайте. Хочу быть актером, а безногих актеров не бывает!» 10 месяцев провел в больницах. Потом была комиссия. И списали меня подчистую!– Ранение, полученное на фронте, мучило Леню всю жизнь, – говорилп Нина Гребешкова. – До смерти из рожи, возникшей на ноге, выходили мелкие осколки той мины…