Когда Солженицын, наконец, отбыл свой срок с ГУЛАГе, светлого будущего ему судьба не обещала – его сослали в Южный Казахстан, как «врага народа», и обустраиваться на новом месте пришлось непросто. Месяц Александр Исаевич околачивал пороги школ, пытаясь устроиться учителем – везде отказывали бывшему заключенному. Отягчающим обстоятельством было еще и молчание соискателя на учительскую должность: Солженицын отказывался называть статью, мол, государственная тайна. Но в ауле Кок-Тереке загадочного исхудавшего мужчину не жаловали, пока, наконец, удача не улыбнулась Александру Исаевичу, и солнечной ранней весной, за три недели до итоговых экзаменов, назначили физиком и математиком в пару выпускных, самых старших классах. Помог знакомый, который был поклонником рассказов и заметов великого русского писателя. За год Солженицын уже настолько стал в школе своим, что получил две ставки, целых тридцать часов в неделю!
«Все светлое было ограничено классными дверьми и звонком» — вспоминал писатель у