Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Покойная

Однажды осенью, в середине сентября ехали на повозке, впряженной молодой кобылкой, местные жители. Везли они в хутор мертвую девушку в гробу, умерла девушка от тяжелой, продолжительной болезни. В хутор везли, чтобы похоронить, там ее родные все на погосте. Ехали по накатанной дороге в поле, на улице тепло, хорошо.  Ехали не быстро, разговаривали по дороге. О жизни, о семье, о погоде. Вообще о всем, что придет на ум. Вдруг лошадь остановилась. - Чего там еще? - спросил Егор и спустился с повозки, пошел посмотреть, что случилось.  - Ну чего там? - спросил Павел. - Нормально! - почесал затылок Егор. - Ось сломалась у повозки.  - Ты серьезно? - спросил Павел и тоже спрыгнул с повозки. - Ну сам смотри. - показывал на повозку Егор.  - Не понимаю! Почему? Вроде ухабы объезжали, дорога ровная. Егор?  - А я почем знаю? В любом случае, надо кого то на помощь. Так мы точно никуда не двинемся. - сказал Егор.  Решили они, что один из них отстегнув лошадку, доедет верхом до хутора и приведет помощ

Однажды осенью, в середине сентября ехали на повозке, впряженной молодой кобылкой, местные жители. Везли они в хутор мертвую девушку в гробу, умерла девушка от тяжелой, продолжительной болезни. В хутор везли, чтобы похоронить, там ее родные все на погосте. Ехали по накатанной дороге в поле, на улице тепло, хорошо. 

Ехали не быстро, разговаривали по дороге. О жизни, о семье, о погоде. Вообще о всем, что придет на ум. Вдруг лошадь остановилась.

- Чего там еще? - спросил Егор и спустился с повозки, пошел посмотреть, что случилось. 

- Ну чего там? - спросил Павел.

- Нормально! - почесал затылок Егор. - Ось сломалась у повозки. 

- Ты серьезно? - спросил Павел и тоже спрыгнул с повозки.

- Ну сам смотри. - показывал на повозку Егор. 

- Не понимаю! Почему? Вроде ухабы объезжали, дорога ровная. Егор? 

- А я почем знаю? В любом случае, надо кого то на помощь. Так мы точно никуда не двинемся. - сказал Егор. 

Решили они, что один из них отстегнув лошадку, доедет верхом до хутора и приведет помощь, а второй пока в поле с покойной посидит, подождёт. Благо до хутора не так уж и далеко оставалось, километров 5-7. 

- Ладно, ты поезжай, а я тут посижу. - сказал Павел. - Только быстрее давайте, хоть и осень, но тепло сегодня. Как мы ее довезем? 

- Да понял я понял. Буду лететь просто. Не успеешь глазом моргнуть.

- Ага, жду! - сказал Павел.

Уехал Егор, остался с покойной Павел. Павел был не робкого десятка, но все же как то одному в поле с мертвецом, хоть и день, а страшно. Решил он по полю пройтись, мертвая то не убежит. Гулял, до прилеска дошел, прошло полчаса, по его расчету должен был Егор минут через 40 назад вернутся. Павел решил возвратиться к повозке, идёт дышит, солнце играет лучами, кузнечики стрекочут, птицы полевые переговариваются, вдалеке в лесу поет кукушка да ухает сова. Подходит он к повозке, неспоконойно ему стало, он посмотрел в небо, откуда не возьмись налетели тучи, темно стало как ночью, ударил гром, блеснула гроза. 

- Осенью? - удивился Павел. 

Дело плохо, побежал Павел к повозке, вдруг молния прям перед них сверкнула и в телегу ударила, загорелась телега, он быстро гроб с умершей на дорогу стащил, что б не сгорел. Стащил и сидит, дождь хлещет, начинающий пожар затушил. 

Сел на кожух Павел весь промок до нитки, заккурил и сказал.

- Где ты там пропал блин! В соседнее село что ли поехал?  

Павел поднес сигарету ко рту и замер, он взглянул на гроб, видит крышка гроба приподнялась, а оттуда рука белая красивая женская в перстнях. Он то покойной не знал и не видел ее, так уже гроб закрытый повезли. У него глаза на лоб полезли, крестится, молится в поле, упал на колени. А мертвая села в гробу, повернула к нему лицо и говорит.

- Не болезнь погубила меня, а бес, мучал он меня при жизни и после смерти хочет в ад затащить, помоги мне, добрый человек.

- Как? - еле выдавил из себя парень.

- Как похороните меня, икону большую освещённую из церкви под крест поставь.

Павел шикнул, его обожгла сигарета, он ее выкинул. 

Через минуту все стало по-прежнему, солнце, птицы, только гроб в пыли с открытой крышкой стоит, а Павел сидит на кожухе на коленях и на гроб смотрит. Подъехали Егор с помощниками. Егор говорит:

- А ты на кой ляд гроб стащил на землю и открыл его? Паш? Эээ.. 

Павел как будто его не слышал. Как в себя пришел, смотрит по сторонам, а дождя как не бывало. Рассказал он всем, что с ним было. Решили все, что на жаре просто у Павла случился солнечный удар и галлюцинации. Приехали в хутор, похоронили мертвую. Там же и заночевали. 

В избе одного из помощников, что в поле поехал. Лег Павел в чулане, который ему выделили. В чулане не было окна. Выпив вечером, он заснул быстро. Проснулся от того, что кто-то на него смотрит. Открыл глаза, никого, в чулане темно, лунный свет через шторы дверного проема пробивается, тихо. Перевернулся на другой бок, смотрит, а с ним рядом покойная в постели лежит и смотрит на него, он закричал, вскочил и бежать. Выбежал из чулана, а она у окна стоит и руки к нему тянет, выбежал из дома, она на пороге. Рукой на него указывает, он бросился за калитку в хутор, она за ним, добежали до церкви. Павел в избу батюшки кулаками, ногами бъет, кричит, помощи просит. Открыл дверь батюшка, видит на пороге абсолютно седой парень, трясется вымолвить слова не может. Завел он его в дом и чуть подуспокоив начал расспрашивать. 

- Ты чего по ночам бегаешь? Погоди, так я тебя видел вчера на похоронах. Ты ж брюнетом был. Что случилось? 

Рассказал все ему Павел, на утро отслужил батюшка молебен на могиле покойной и в церкви. Поставили под крест могильный огромную икону Божьей матери. 

С тех пор Павла покойная не беспокоила, но он теперь отказывался перевозить покойников, даже если обещали большие деньги.

Конец.