Андрей сунул руки в карманы джинсов и свернул с проспекта в переулок. Жара стояла собачья — асфальт размягчился, воздух дрожал над крышами машин. Полгода назад он сменил документы, теперь числился Михаилом Даниловичем Соколовым. Старую жизнь пришлось закопать после того, как рухнула империя, которую строил пятнадцать лет.
У аптеки толпились люди. Бабки с авоськами ругались из-за очереди. Он хотел пройти мимо, но голос заставил остановиться:
— Не трогайте Темку! Он болеет!
Девчонка лет девяти вцепилась в рукав провизорши — тощей тетки с оранжевыми кудрями и золотыми зубами.
— Убирайтесь, попрошайки! Здесь приличные люди лекарства покупают!
Рядом качался на ногах мальчишка лет шести. Лицо красное, губы сухие — температура высокая. На нем футболка с дырой на плече и шорты, которые когда-то были синими.
— Тёть, ну пожалуйста, — девчонка сунула провизорше мятые купюры. — Вот деньги. Сколько надо еще?
— Да тут рублей на пятьдесят! А лекарство стоит четыреста!
— Мы еще найдем. Честное слово!
— Ага. А я святая дура поверю.
Андрей подошел ближе. Девчонка была худая, загорелая до черноты. Волосы выгорели и торчали соломой. Но держалась прямо, подбородок вперед. Характер.
— Сколько не хватает? — спросил он.
Провизорша оглядела его с ног до головы — дорогие часы, рубашка из хлопка, туфли за полтора косаря.
— Триста пятьдесят.
Андрей достал кошелек. Девчонка уставилась на него как на привидение.
— Дядь, а зачем?
— Просто так.
Мальчишка взял упаковку лекарства дрожащими руками.
— Спасибо, — прохрипел он. — Мы отдадим. Обязательно.
— Забудьте.
Андрей развернулся, но девчонка догнала его на улице.
— Подождите! Как вас зовут?
— Михаил.
— А я Полина. А это Темыч. Артем.
Он кивнул и пошел дальше. Но что-то тянуло оглянуться. Дети стояли на тротуаре и смотрели ему вслед.
На следующий день он снова шел тем же переулком. Специально. Возле аптеки их не было. Зато нашел в соседнем дворе.
Полина сидела на корточках рядом с Артемом, который лежал на куске картона в тени гаража. Давала ему воду из пластиковой бутылки по капле.
— Температура спала? — спросил Андрей.
Девочка вздрогнула, но не убежала.
— Да. Лекарство помогло. — Помолчала. — А вы откуда знаете?
— Видел вас вчера. Как дела?
— Тёмыч поправляется, — она вытерла пот с его лба тряпкой. — Завтра сможем идти дальше.
— Куда идти?
— Ищем человека. — Полина покосилась на брата. — Дядь Миш, а вы не скажете в ментовку? Что нас видели?
— Не скажу.
— А можно вопрос? Зачем лекарство купили?
Андрей присел на корточки рядом с ней.
— Не знаю. Захотелось.
— Странный вы.
— Вы тоже странные. Почему не в детдоме?
— Оттуда сбежали, — Полина поправила на брате промокшую от пота футболку. — Там плохо. Нас разлучали. Говорили, что Тёмыча в другой дом отдадут.
— А родители?
— Мамы больше нет. Пять месяцев как. А папу ищем.
— Где искать собираетесь?
— Не знаем, — призналась девочка. — У мамы браслет остался. Там фотка. Может, кто узнает.
Она показала тонкую цепочку на запястье с маленьким медальоном. Андрей взглянул и замер.
Серебряный браслет с гравировкой. Он его помнил. Покупал в ювелирном на Тверской. Подарил Анне на день рождения.
— Можно посмотреть?
Полина осторожно сняла браслет. Внутри медальона — крохотная фотография. Он и Анна. Обнимаются на скамейке в Сокольниках.
Дыхание перехватило.
— Откуда это у тебя?
— Мама оставила. Сказала, что там наш папа. — Полина внимательно смотрела на него. — А что? Вы его знаете?
Андрей молчал. В голове мешанина. Анна ушла без объяснений пять лет назад. Сказала, что любит другого. Он искал ее полгода, а потом забил. Решил, что она его использовала.
А оказывается...
— Как мамина фамилия? — спросил он хрипло.
— Морозова. Анна Игоревна.
— Сколько тебе лет?
— Девять. А Тёмычу шесть.
Андрей быстро считал в уме. Полина родилась через восемь месяцев после их расставания. Артем — через два с половиной года.
— Дядь, вы чего побледнели? — встревожилась девочка.
— Ничего. Все нормально.
Он вернул ей браслет. Руки дрожали.
— Полина, а мама рассказывала что-нибудь про отца?
— Говорила, что он хороший. И что у него дела важные были, поэтому не мог с нами жить. — Девочка потерла носом. — Обещала, что, когда вырастем, обязательно найдем.
— А почему решили искать сейчас?
— А что нам делать? В приюте хреново. Воспитатели орут, старшие дети отбирают еду. Тёмыча там совсем загнобят.
Артём приоткрыл глаза.
— Поля, хочу пить.
— Сейчас, братик.
Она дала ему воды, поправила под головой свернутую кофту.
— Послушай, — сказал Андрей. — Здесь спать нельзя. Участковый найдет — обратно в детдом сдаст.
— А куда нам идти?
— Пойдемте со мной.
Полина насторожилась.
— А вы кто? Может, вы маньяк?
— Если бы был маньяком, разве стал бы лекарство покупать?
— Логично, — согласилась она после раздумий.
Андрей осторожно поднял Артема на руки. Мальчишка весил как котенок. Полина шла рядом, не спуская с него глаз.
— А вы правда знаете нашего папу? — спросила она по дороге.
— Возможно.
— А он хороший?
— Не знаю. Раньше думал, что хороший. Потом передумал. Теперь опять не уверен.
— Вы странно говорите.
— Жизнь штука странная.
Он привёз их к себе домой — в квартиру на Патриарших. Полина крутила головой, разглядывая обстановку.
— Богато живете.
— Нормально.
— А у нас в приюте кровати железные. И белье серое. И каша по утрам — как клейстер.
Андрей уложил Артема на диван в гостиной, включил кондиционер.
— Будешь мороженое?
Мальчик кивнул.
— А ванну можно принять? — робко спросила Полина. — Мы уже неделю не мылись.
— Конечно.
Пока дети мылись, Андрей звонил знакомому частному детективу.
— Пробей Анну Игоревну Морозову. Дата смерти, причина, где жила последние годы. И детей ее — Полину и Артема. Когда родились, кто отец.
Через час пришел ответ. Анна умерла от рака легких. Жила одна с детьми в коммуналке на окраине. Отец детей не указан. Но даты рождения все объясняли.
Андрей сидел на кухне и пил виски. Анна не предавала его. Она защищала. Решила не рушить ему жизнь незапланированной беременностью. А он считал ее изменщицей.
— Дядя Миш? — в дверях появилась Полина в его банном халате. Волосы мокрые, лицо чистое — обычная девочка, а не маленький бродяга.
— Да?
— Тёмыч спрашивает, можно ли еще мороженого.
— Можно.
— А можно вопрос?
— Валяй.
— Вы плачете?
Андрей вытер глаза тыльной стороной ладони.
— Просто вспомнил кое-что.
— Грустное?
— Очень.
Полина подошла и неуверенно погладила его по руке.
— Мама говорила: если грустно, надо подумать о чем-то хорошем.
— О чем же хорошем?
— Ну, что Тёмыч поправился. Что мы помылись. Что у нас есть крыша над головой.
Андрей посмотрел на нее. Девять лет. Выжила на улице, выходила больного брата, не сломалась.
— Ты мудрая.
— Мама так говорила.
Он взял ее за руку.
— Полина, мне нужно тебе кое-что сказать. Про вашего папу.
— Вы его нашли?
— Да. — Андрей достал старый паспорт. — Вот он.
Полина долго смотрела на документ, сверяла фото с лицом.
— Это вы?
— Да.
— То есть вы... наш папа?
— Похоже на то.
— А почему нас бросили?
— Не бросал. Не знал. Мама ничего не сказала.
— Почему?
— Наверное, боялась мне помешать. Думала, что я не готов быть отцом.
— А сейчас готовы?
Андрей посмотрел на эту серьезную девочку в халате до пят.
— Хочу попробовать. Если согласитесь.
— А Тёмыч что скажет?
— Спросим у Тёмыча.
Артём сидел на диване и ел мороженое. Температуры уже не было, щеки порозовели.
— Тёмыч, — села рядом Полина. — Тут такое дело. Помнишь, мы папу искали?
— Ну.
— Так вот, мы его нашли.
Мальчишка оглядел комнату.
— Где?
— Вот он, — кивнула на Андрея.
Артем молча жевал мороженое, переваривая информацию.
— А почему он нас не искал?
— Не знал, что мы есть.
— Ясно, — кивнул мальчик. — А теперь что?
— Теперь, если хотите, будем жить вместе, — сказал Андрей.
— А в детдом не сдадите?
— Нет.
— А обещаете?
— Обещаю.
Артем допил мороженое и вытер рот тыльной стороной ладони.
— Тогда ладно. Только Полю не обижайте. Она хорошая.
— Не буду.
— И кормить нас будете?
— Буду.
— А Полю в школу отдадите? Она читать умеет.
— Отдам.
— Тогда согласен. — Артем зевнул. — А спать где будем?
Андрей показал им комнаты. Полина ходила и все трогала — обои, шторы, постельное белье.
— Все это наше?
— Ваше.
— А вместе можно спать? Мы привыкли.
— Можно.
Дети устроились в одной комнате на широкой кровати. Андрей укрыл их одеялом.
— Спокойной ночи.
— Дядя... папа, — позвала Полина. — А что, если завтра проснемся, а вас нет?
— Не будет такого.
— А если все-таки?
Андрей сел на край кровати.
— Тогда заберите ключи от квартиры. Они в прихожей лежат.
Полина подумала.
— А если вы передумаете нас оставлять?
— Не передумаю.
— А если мы вам надоедим?
— Не надоедите.
— А если...
— Поля, хватит, — пробормотал Артём. — Спи уже.
Через неделю Андрей подавал документы на усыновление. Детей временно определили к социальному работнику, но разрешили видеться каждый день.
— Сложный случай, — предупредила чиновница. — Дети не знали о вашем существовании. Плюс смена документов вызывает вопросы.
— Решим.
— Плюс психологическое обследование детей показало признаки депривации, недоверие ко взрослым.
— Времени сколько нужно?
— Месяца три-четыре.
Четыре месяца встреч, комиссий, проверок. Полина постепенно привыкала к нему, но все равно держалась настороже. Артём был проще — накормили, не обидели, значит, хороший.
— Папа, а мама вас любила? — спросила Полина как-то, когда они гуляли в парке.
— Да. И я ее тоже.
— А почему разругались?
— Не разругались. Просто... не сложилось.
— А если бы знали про нас, не разошлись бы?
Андрей остановился.
— Не знаю. Наверное, да.
— Тогда это мы виноваты.
— Вы не виноваты ни в чем. Взрослые сами запутались.
— А мама страдала?
— Наверное. Но вы у нее были. Самое главное в жизни.
Полина взяла его за руку. Маленькая ладошка была теплой и доверчивой.
— А у нас теперь тоже есть самое главное.
— Что?
— Вы.
Когда документы наконец оформили, Андрей вернулся к старому имени. Полина и Артем стали Соколовыми. На семейном совете решили переехать в дом за городом — "чтоб Тёмыч мог во дворе футбол гонять".
— Папа, — спросил Артем, укладываясь спать в новой комнате. — А мы теперь навсегда семья?
— Навсегда.
— А маму не забудем?
— Никогда.
— Хорошо, — зевнул мальчик. — Тогда я не боюсь.
Андрей выключил свет и прошел к себе. На столе лежали детские рисунки — Полина нарисовала их троих под большим деревом. Подписала корявыми буквами: "Моя семья".
За окном шумел летний дождик. В доме было тихо и спокойно. Анны больше не было, но она оставила ему самое дорогое. И может быть, где-то там она знала, что дети нашли дом.
Андрей убрал рисунок в рамку и поставил на полку рядом со старой фотографией. Теперь у них будет новая история. Без ошибок прошлого.
Эта история заставляет задуматься о том, как неожиданные встречи могут полностью изменить нашу жизнь. Поставьте лайк, если рассказ тронул ваше сердце, и подпишитесь, чтобы не пропустить новые истории о человеческих судьбах.
А теперь поделитесь в комментариях: была ли в вашей жизни случайная встреча, которая кардинально изменила ваш путь? Или может быть, вы сами когда-то помогли незнакомому человеку, не подозревая, как это важно для него? Расскажите свою историю — каждая судьба уникальна и достойна внимания.