Друзья!
Из-за возникших проблем с интернетом в регионе, сбился выход публикации.
Благодарю за ожидание и поддержку.
С уважением, Наталья.
- Ни стыда, ни совести, - не удержался Кирилл, глядя, как Гена вывернув трусы, наклонился, чтобы надеть их обратно.
- Легко размышлять о стыде и совести, когда карманы и кошельки набиты деньгами. А ты попробуй, на голодный желудок, вспомнить о совести или стыде. Не до них, знаешь ли. Мозг стекает в желудок и требует пищи. А за кусок чёрствого хлеба и убить не грех, - с пеной у рта отчитал его Гена.
"Господи, - сжалось сердце Василисы, и с этим человеком я жила. Он же самый настоящий монстр! Мой отец, хоть и бывает жесток, но не забывает о стыде и совести, пусть и выкручивает эти понятия под себя и ситуацию вокруг. Но он никогда не говорил, что ради куска хлеба нужно и можно убивать. Наоборот, советовал не поддаваться на «голодный голос» разума. Сделки совершённые ради того, чтобы набить желудок, самые коварные и провальные. А Гена…» - теперь в её душе возникли сомнения о том, что муж не смог бы лично избавиться от неё. С такой-то философией… Он мог… Ещё как мог… Просто не хотел мараться. Не хотел нести ответственность за последствия.
- Жуткая философия, - передёрнул плечами Кирилл и отправил сообщение: "Сейчас", - понимая, что отец Василисы, опасный противник, который видит на несколько ходов вперёд.
- Зато честная, - парировал Гена, чпокнув резинкой трусов.
- Честность и отсутствие стыда и совести? – выгнал бровь Кирилл. И нервно рассмеялся. – Удивил, так удивил.
«Если такая малость, - хмыкнул про себя Гена, - способна тебя так тебя удивить, то представляю, как вытянется твоё лицо, когда я устрою шоу для соседей. В трусах…»
- Можно подумать, - произнёс вслух, - все бизнесмены, словно фонтаны, брызжут честностью, приправленной стыдом и разбавленной совестью, - скрестил руки на груди, привалившись плечом к стене.
- За всех отвечать не стану, - ответил Кирилл. – Но у меня есть кодекс…
- Чести? – предположил собеседник, кривовато улыбаясь. – Серьёзно?
Кирилл пожал плечами.
- Тогда ты ещё больший дурак, чем я думал, - расхохотался Гена, но подавился воздухом и закашлялся, когда из комнаты в коридор вышла Галина. За время своего отсутствия, она переоделась в кремовые брючки и блузку на тон светлее с большим бантом вместо воротника. Волосы женщина скрутила в ракушку, оставив несколько прядей у висков. Подвела глаза чёрной подводкой. Подкрасила ресницы. Не обошлось и без розового блеска для губ с золотистый шиммером. И конечно, сбрызнула всё это великолепие любимыми духами. Сладкими. Возбуждающими, поскольку они содержали в своём составе афродизиак.
«Уходить надо не только красиво, - была уверена Галина, - но и красивой. И лишь месть должна быть резкой, как понос, и жуткий в своей некрасивости», - к слову, несколько вариантов мести Василисе она прокрутила в голове. Впрочем, и Гену эта участь не обошла стороной. За свои слёзы, за свои в пустую потраченные годы, за своё безденежье Галя жаждала отомстить.
- Я ухожу, - высоко подняв голову и распрямив плечи, произнесла Галина. В этот момент она, действительно, выглядела, словно королева.
- Скатертью дорога, - процедила сквозь зубы Василиса. Она, как и присутствующие мужчина, не один раз видела подобные представления. Да и роль королевы лучше всего удавалась Галине, поскольку была любимой. Обычно, после своего фееричного ухода, Галя несколько дней игнорировала того, кого считала в чём-либо провинившимся, добиваясь дорогих подарков и слов извинения, хотя, зачастую сама была неправа. Но сегодняшний случай был особенным. Никто не собирался бежать за ней, просить прощения или одаривать дорогими подарками. Все, как и сама Галина, понимали, что это её последнее «выступление», по крайней мере перед находящимися в этом коридоре.
- Катись, - небрежно махнул рукой Гена, а Кирилл поморщился, невольно вспомнив, сколько раз сам падал на колени перед «королевой», умоляя о милости, не бросать его. Каким шутом он был, оказывается. Правду говорят, любовь делает глупцами даже самых умных.
Лицо Галины вытянулось от слов любовника, пусть в будущем и бывшего.
- Это всё, что ты мне можешь сказать? – на её щеках вспыхнул румянец негодования. Такого прощания она не ожидала.
- Могу дать пинка для скорости, - усмехнулся мужчина, глядя ей в глаза. И чпокнул резинкой трусов.
«С языка снял», - промолчал Кирилл.
- Гена, - охнула она.
«Какая любовь, - подумала Василиса. – Противно».
- Давай, - подхватил её под руку Гена, - катись из моей жизни. Всё равно в последнее время никакой пользы от тебя нет. Одно нытьё. Я буду неимоверно счастлив наконец избавиться и от тебя, и от твоей мамашки. Вы хуже пираний.
- Гена, - протянула она. Его слова стали самым настоящим ударом. Аж перед глазами потемнело. – Я всё для тебя делала, - единственное, что смогла произнести.
- Ещё скажи, любила, - Гена потянулся к замку на входной двери.
- Не просто любила, - дернулась она. – Боготворила.
- В прошедшем времени, - заметил он.
Галина не успела ничего ответить, поскольку Гена открыл дверь, а там… за порогом на лестничной площадке стояли трое: Борис Викторович и двое шкафообразных мужчин в белых халатах.
- Дурку вызывали? – спросил один из "бычков".
- Дурку? – губы Галины растянулась в ядовитой ухмылке. – Ох, - захохотала она, вытирая набежавшие слёзы, - вызывали. Ещё как вызывали. Ваш клиент в трусах, - протиснулась мимо «гостей», - лично вас встречает.
- Иса? – опешил Гена, обернувшись.
- Это не я, - испуганно выдохнула она.
-Ты? – побагровел Гена, переведя взгляд на Кирилла.
- Андрей… - за него ответил Борис Викторович, - озаботился спокойствием своей дочери. Негоже больному на всю голову воду мутить да честных людей позорить. Кстати, не стыдно в трусишках дефилировать?
- Не стыдно, - повернулся к нему Гена.
- Диагноз на лицо,- пробасил один из мужчин в белом халате.
- Какой ещё диагноз? - нервно чпокнул резинкой трусов Гена.
- Отсутствие стыда, - пояснил второй "бычок", - верный признак шизофрении.
- Впервые слышу, - не сдавался Гена.
- У тебя будет достаточно времени, чтобы детально ознакомиться со своим диагнозом, - ответил Борис Викторович. – Забираем его, ребята, - отдал приказ своим сопровождающим.
- Мама, - попятился от них Гена.
- Поздно макать, - парировал один из мужчин в белом халате.
- Я вообще удивляюсь, - добавил Борис Викторович, - почему Андрей так долго терпел тебя.
"Действительно, почему? - задалась вопросом Василиса. - Неужели ждал, когда я попрошу о помощи? Ведь получается, что я проиграла... Впрочем, - одёрнула себя, - я проиграла ещё в тот момент, как решила сбежать от одной проблемы, по уши, как оказалось, вляпавшись в другую".
- Я буду кричать, - предупредил Гена.
- Хоть голос сорви, - улыбнулся ему второй мужчина в белом халате, разворачивая смирительную рубашку.
© Copyright: Дёмина Наталья.
Продолжение следует...