Владимир впервые увидел золотые стопы в конце мая. Это случилось внезапно, будто кто-то нажал на выключатель реальности. Он оказался посреди пустой улицы. Ночь была тёплой, но воздух холодил кожу, и в этой странной тишине слышно было даже, как капли воды медленно скатываются по листьям деревьев. Асфальт под ногами блестел, отражая слабый свет редких фонарей. Казалось, всё застыло, мир замер в ожидании чего-то.
А потом раздался звук. Сначала тихий, почти неразличимый, будто кто-то осторожно касался земли босыми пятками. Потом громче, ровнее, звонче — быстрый, чёткий стук шагов. Владимир обернулся — и увидел их. Две золотые стопы. Сияющие, как раскалённый металл, будто отлитые из чистого золота. Они двигались сами по себе, стремительно, ровно, без колебаний. Ни тела, ни лица, ни тени — только свет и ритмичные удары по мокрому асфальту.
Владимир рванулся с места. Он бежал изо всех сил, но каждый шаг давался тяжелее предыдущего. Казалось, будто воздух стал вязким, как густая вода, и с каждой секундой цеплялся за него всё сильнее. Он чувствовал, как мышцы наливались свинцом, ноги будто тянули к земле. Дыхание сбивалось, рот пересох, сердце стучало в висках.
Но стопы не отставали. Они мчались за ним, ровно, чётко, без пауз. Он слышал этот стук, и чем громче он становился, тем сильнее Владимир понимал — он не успевает. За секунду до того, как золотое сияние почти коснулось его, сон оборвался.
Он проснулся на вдохе, с прилипшей к телу мокрой футболкой, горлом, пересохшим от крика, и бешено колотящимся сердцем. Несколько минут просто сидел на кровати, глядя в темноту, убеждая себя, что всё в порядке.
Сначала решил, что это случайный кошмар. Но сон вернулся. А потом ещё раз.
Каждый раз улица была та же, и золотые стопы появлялись на том же месте. Только теперь они бежали быстрее, а он — медленнее. Иногда казалось, что мир вокруг сгущается, становится липким и тягучим, будто сон сопротивлялся его попыткам уйти. Просыпался он всегда одинаково — с хриплым дыханием, дрожащими руками и липким потом на спине.
Через пару недель сны стали повторяться почти каждую ночь. Иногда он просыпался среди ночи и не смел пошевелиться, боясь услышать тот же ритм шагов уже в тишине своей квартиры.
В реальной жизни всё рушилось. На работе провал следовал за провалом: сделки срывались, партнёры уходили, сотрудники увольнялись. Дома было не лучше. С женой они разговаривали только о бытовых мелочах, избегали серьёзных разговоров, как будто боялись лишний раз взглянуть друг другу в глаза. Всё вокруг словно рассыпалось на части, а он делал вид, что держит ситуацию под контролем.
Когда бессонница стала мучительной, Владимир решился пойти к психологу.
На первом сеансе он чувствовал себя глупо: взрослый мужчина рассказывает про золотые стопы, которые каждую ночь гонятся за ним во сне. Но он говорил, и чем дальше, тем труднее становилось подбирать слова. Он заметил, как голос дрожит, а руки незаметно сжимаются в кулаки.
Психолог слушал молча, долго, а потом сказал тихо, будто не ему, а самому себе:
— Вы всё время бежите. Не только во сне.
Эта фраза застряла в голове. Владимир сначала отмахнулся, но вечером, сидя на кухне с потухшей лампой и чашкой холодного чая, он понял, что это правда. Он бежит — от проблем, от разговоров, от решений, от самого себя.
С того дня он начал меняться. Не быстро, но шаг за шагом. Сначала попытался поговорить с женой — не об уставших буднях и бытовых мелочах, а по-настоящему. Было тяжело, но она слушала, и они впервые за долгое время поговорили честно. На работе он перестал хвататься за всё подряд и выбрал один проект, которому мог уделить силы. Он впервые за много лет начал останавливаться, дышать, думать.
Сны тоже менялись. Золотые стопы всё ещё появлялись, но теперь они не бежали. Они стояли вдалеке, неподвижные, словно наблюдали. В одном из последних снов он шёл по той же улице, слышал лёгкое эхо шагов, но они звучали где-то далеко, почти теряясь в тумане. А потом исчезли. Совсем.
Владимир просыпался по утрам и впервые за много месяцев чувствовал тишину внутри. Ни страха, ни пустоты, ни напряжения. Только ровное дыхание и ощущение, что всё стало на свои места.
Он так и не понял до конца, что значили золотые стопы. Но знал одно: пока он убегал от своей жизни, они преследовали его каждую ночь. Когда перестал — исчезли и они.