Дракон летел высоко в небе, размеренно взмахивая мощными крыльями.
Он не собирался воровать принцессу. И уж тем более ему не нужны были коровы с овцами, только что разбежавшиеся от хищной тени.
Ящер просто летел, зорко глядя вниз: что там происходит — у нелетающих двуногих?
А происходило всякое.
***
Какой-то парень на уставшей, заморëнной лошади пытался ускакать от степных орков. Угу! От них на свежей-то не всегда удерëшь — бегают не слишком прытко, но выносливые-е!.. О! Свалились — лошадь и всадник с неё. Ну — всё. Теперь животину сожрут, а парня — в рабство определят. Вот интересно: он когда через эти земли срéзать путь решил — не знал, что ли, про степняков? Или на удачу свою понадеялся?
А в самóм орочьем становище — шум, гам и тарарам: пользуясь отсутствием старших, опытных и сильных молодëжь решила переворот учинить. И им это даже почти удалось... Ну-ну... Вот сейчас вернутся с добычей вожак и его «гвардия» — и полетят клочки по степным закоулочкам...
В другой части степи было тихо. Негромко шелестел под ветром ковыль. Стрекотали кузнечики. Какая-то птица суетливо разгребала землю то тут, то там, склëвывая то ли семена, то ли жучков...
Могучие чëрные крылья несли дракона всё дальше и дальше — к человеческим землям.
Здесь, как всегда, было неспокойно.
В одной деревне что-то празднуют — свадьбу, вроде. Уже перепились настолько, что невесту со жрецом попутали. И немудрено! Одежды у них цветом одинаковые, красные. Толщиной невеста даже помассивнее божественного служителя будет. А на лицо... свят-свят!! Жених, а жених! Ты куда смотрел-то, когда к этому сватался? На кошелëк тестя, что ли?
В соседней деревне, наоборот, хоронят. Исхитрившись даже в сëм печальном событии отыскать радостную ноту: вон, один мужик ногами радостно притопывает... А, не — это он пива слишком много выпил — а жрец всё никак проповедь свою не закончит... А вот другой , — точно радуется. Похоже, в гробу тëща его лежит...
В третьей деревне... Родился кто-то... У старосты. Мальчик. Вот повезло-то наконец — после шести дочек.
А за околицей, в стоге сена, будущее рождение ещё только планируется. Вот удивится-то «папаша», когда через положенное время на свет появится темнокожий зубастенький полудемон...
Ещё несколько деревень интереса у дракона не вызвали. Всё — одно и то же: люди погружены в домашние хлопоты... мелкие ссоры... такие же мелкие интриги в борьбе за внимание первого красавца или первой красавицы...
А там что за собрание?
Толпа народа, обступила крыльцо с сидящим на нëм седым, но ещё крепким, дедом. Рассказывающим что-то... Сказку, что ли? Или быль — про иной мир...
«...В центре небольшой поляны (явно рукотворной — вон, пеньки торчат!) были сложены в некое подобие алтаря… черепа. В основном — человеческие, хотя кое-где проглядывали и свиные… оленьи… лошадиные… коровьи…
Парни, заметно нервничая и уже не скрывая этого, принялись озираться.
Ничего особенного. Лес — как лес. С виду. Вот только ни единого следа не видать — ни звериного, ни человеческого!
Рив повернулся к варду и, наверное, впервые в жизни вопросительно на него посмотрел — что, мол, делать будем?..»
Точно — быль! Надо же! Остались, значит, ещё те, кто ходить может! Или хотя бы видеть.
Неподалёку от деревушек расположился город. В котором жизнь текла гораздо активнее и проблемы были сложнее, чем забравшаяся в огород соседская курица.
Вон там — жена встречает подзагулявшего мужа распростëртыми скалкой и метлой.
Рядом — стайка детишек планирует удрать ночью на кладбище и раскопать там упыря. На соседней улице — компания личностей откровенно разбойной наружности спорит, на котором углу лучше поджидать некоего инквизитора... Если это не прозвище, то очень зря они такое затеяли...
А с двух сторон на эту улицу уже заходит отряд суровых воинов в алых плащах и чëрных кольчугах...
Угу, это было не прозвище, а должность.
Через пару кварталов — то самое кладбище. Заброшенное. Привидения бродят... Упырь... спешно перезахоранивается в самом дальнем углу, под сплетением ежевичных веток. А умертвие, наоборот, на свет лунный из могилы лезет... Видать, совсем недавно образовалось, дурное ещё... А там что за пара типов? Хм! Люди... Кажется, умертвию недолго осталось.
За кладбищем — другие кварталы. А люди — примерно те же. Жëны ругаются на мужей. Мужья — гоняют жëн. Мальчишки бегают по улицам... лазят по чужим садам... и кладбищам... Девчонки визжат при виде подкинутых им ящериц, змей, крыс и прочих гадостей... А реальные гадости — упыри, вурдалаки и прочая нечисть с нежитью — таятся по дальним тëмным углам да подворотням... выжидают...
В больших городах... всё то же. Простые люди, коих большинство, везде одинаково живут. А вот те, что познатней... аристократы...
В одном особняке — отраву в жаркое подливают. В другом — в вино её же сыплют. В третьем — попросту с лестницы спихивают. В четвëртом — строчат письмо... уж точно не с перечислением заслуг... В пятом — и вовсе кинжал под ребро. В шестом — подушкой...
Сплошные проблемы, в общем. У одних — как законных наследников устранить, у других — как выжить и устранить незаконных...
А жители простых районов ещё завидуют высокородным! Было бы чему!
Завидуют, впрочем, не все. Той вон тëтке — просто некогда. Опять ей соседка-ведьма (самая что ни есть натуральная) своим колдовством неудачным всё бельё перекрасила в странный цвет — на пыльного свинëнка очень похоже...
Хм, а досталось не только ей. Со всего квартала народ собирается — с одинаковыми претензиями. Впрочем, у ведьмы защитники имеются — целых двое. Отобьются.
Дракон продолжал лететь вперëд.
Города опять стали мельче, а жизнь в них — чуть проще. Насколько это возможно на границе с землями вампиров.
Не, людям здесь и впрямь жить легче. Хотя бы потому, что от нечисти-нежити отбиваться почти не надо — этим в основном клыкастые занимаются.
Вон, кстати, отряд пограничников в рейд отправился. И уже чей-то след нашли. А — оборотня! Да, их тут много водится. Больше, наверное, только демонов.
Интересно — не надоедает вампирам защищать тех, от кого благодарности не дождëшься? Ну, от большинства — точно. Люди ведь только и норовят поймать кровососа — да на солнышке сжечь... во славу того бога, которого они Творцом всего объявили.
Впрочем, есть и те, кто понимает: без вампиров — ох, как туго пришлось бы! Творец — далеко, не докричишься. А нежить — вот она, в дверь скребëтся... Скреблась. Упырь против вампира — что пацан-недомерок против воина, прошедшего не один десяток сражений.
У самих вампиров — тишь да гладь... Почти. Вон та парочка явно замышляет чего-то: обычные шкатулки так осторожно не берут и их содержимое с такими лицами не рассматривают. Эх, Повелитель их не видит...
У него, к слову, другие проблемы — только что выяснилось, что одному из фортов вовремя помощь не оказали. Хотя главнокомандующий известие получил. Только значения ему не придал. Решил, что преувеличена опасность... Теперь стоит на коленях и трясëтся, гадая, насколько его понизят и в какое захолустье сошлют — смертной казни у вампиров почти не предают: зачем убивать того, кто ещё может искупить свою вину?
Дракон плавно завернул направо, к океану. Здесь человеческие земли вклинились между вампирскими и эльфийскими. Тоже своего рода Пограничье образовалось.
Портовые города — они... особые. В них простые, государственные законы непостижимым образом уживаются с человеческими. Вот, к примеру, изловили разбойника. По закону короля — да кто его помнит, какого и которого?! — надо этого разбойника в темницу посадить, допросить его: ты ли купца чужеземного ограбил? После чего — отпустить, ибо кто ж добровольно сознается?! А по-человечески — всё просто. Набежал десяток свидетелей да пострадавших, все дружно пальцами ткнули: он — и грабил, и убивал! Тут же, на месте, и верëвка нашлась, и дерево подходящее...
В воде что-то блеснуло и дракон покосился туда. А-а, русалки играют. Странно, что средь бела дня. Впрочем, им никто не указ — кроме Царя Морского.
У людей — в другом уже городе — тоже наметилось какое-то оживление. Судя по отдельным доносившимся выкрикам — какому-то демону-соблазнителю крупно не повезëт... если его найдут...
Мм! А вон там, в середине толпы — не упомянутый ли демон? Громче всех руководит процессом собственной поимки... Что ж, способ весьма старый, проверенный, а, значит, рабочий.
В двух следующих городах ничего особо примечательного не происходило! Разве что — блеснуло над одним из домов — маг там родился только что...
Эльфийские земли были до краëв наполнены благолепием — и скукой.
Остроухие чинно прогуливались по своим тщательно взлелеянным садам, зорко отслеживая малейшие признаки увядания — и немедленно их ликвидируя. Некоторые ещё и на арфах при этом успевали наигрывать — странные, но довольно красивые мелодии.
К счастью, так проводили свои дни не все эльфы. Те, кому повезло (или нет — с какой стороны рассматривать) жить ближе к границам, кроме выращивания «колокольчиков» ещё и оружие ковали. Не хуже гномьего. А то — и лучше. И обращаться с этим оружием неплохо умели. А уж закрытый клан Издревних, с незапамятных времён обитающий в таком же древнем лесу, и вовсе считался производителем непревзойдённых воинов, способных потягаться даже с вампиром.
Впереди тем временем показались земли гномов — и троллей. Поросшие лесами горы отлично подходили и тем, и другим — и были разделены ко всеобщему удовольствию. Гномы уютно обустроились внутри пещер, вырубив в толще скал целый огромный замок, а тролли остались снаружи, настроив из неошкуренных брëвен несколько поселений, больше смахивающих на форты.
Вот здесь уж точно ничего загадочного или неординарного не происходило.
Тролли охотились — и вроде как воевали друг с другом (на самом деле это были не битвы до смерти, а, скорее, турниры, где побеждали самые выносливые и сильные). Гномы добывали руду и драгоценные камни — и продавали свои изделия (оружие и украшения) всем, кто мог заплатить требуемую цену. Весьма немаленькую, кстати, но качество того стоило.
Дракон сделал круг над самым заметным пиком — высоким и покрытым только снегом. Затем навернул ещё несколько петель, снижаясь и внимательно рассматривая окрестности.
Несколько привидений радостно и нетерпеливо взвились навстречу — ну, когда мол?! Скорей бы уже!
Дракон фукнул на них голубым дымком — угомонитесь! Всему своё время! — и спикировал на поляну, от которой вилась наверх, в гору, узкая тропинка.
Она поднималась к скальной площадке у входа в пещеру. Тот смельчак, что рискнул бы войти в неё, мог бы обнаружить в глубине тёмный коридор, ведущий куда-то внутрь Горы.
Попетляв немного, коридор упирался в массивную дверь из очень старого и очень твёрдого дерева, обитую железными полосами — на всякий случай. Замкá на ней не было — по крайней мере такого, который можно увидеть, пощупать и взломать. Зато имелась секретная пружина, после нажатия на которую дверь бесшумно открывалась вовнутрь, являя взгляду небольшую комнату.
Широкая деревянная лавка с небрежно брошенной на неё овечьей шкурой. Стол. Табурет. Сундук в углу. И ни малейшего намёка на очаг или хоть какой-то светильник — по всей видимости, ни тепло, ни свет не нужны были живущему здесь.
Впрочем, окно имелось — крохотное, прорубленное прямо в скале, из которого был виден только кусочек вечернего неба с загорающимися тут и там звëздами...
Внимание! Все текстовые материалы канала «Helgi Skjöld и его истории» являются объектом авторского права. Копирование, распространение (в том числе путем копирования на другие ресурсы и сайты в сети Интернет), а также любое использование материалов данного канала без предварительного согласования с правообладателем ЗАПРЕЩЕНО. Коммерческое использование запрещено.
Не забывайте поставить лайк! Ну, и подписаться неплохо бы.
Желающие поддержать вдохновение автора могут закинуть, сколько не жалко, вот сюда:
2202 2056 4123 0385 (Сбер)