Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Лекарство было только в СССР и США: 42 года назад советский радиолюбитель услышал в эфире просьбу о помощи из Югославии и спас ребенка

На календаре 1983 год. В Артек по приглашению Андропова приезжает американская школьница Саманта Смит. В кинотеатрах начинают показывать «Одиноким предоставляется общежитие». Тем временем в Свердловске местный инженер, засидевшись до поздней ночи у домашней радиостанции, поймал призыв о помощи от радиста из Югославии. Тот передавал на ломаном русском: «Тяжело заболел мальчик, срочно нужно лекарство, которое есть в СССР и США». Тот ночной эфир наш инженер запомнил надолго, ведь он помог спасти ребенку жизнь. ИЗ ДОМА ВЫХОДИЛ НА СВЯЗЬ С ЭКСПЕДИЦИЕЙ В АНТАРКТИДЕ Того мальчика звали Звездан. А свердловского инженера – Леонид Кормов. К сожалению, сейчас его уже нет в живых. Поэтому об инженере нам рассказали люди, которые были с ним знакомы, – другие радиолюбители. В юности Леонид ходил в Гомельский радиоклуб, который считался одним из старейших в стране. После школы он поступил в Ленинградский электротехнический институт связи. Во время учебы он совершенствовал радиоаппаратуру, изучал языки

На календаре 1983 год. В Артек по приглашению Андропова приезжает американская школьница Саманта Смит. В кинотеатрах начинают показывать «Одиноким предоставляется общежитие». Тем временем в Свердловске местный инженер, засидевшись до поздней ночи у домашней радиостанции, поймал призыв о помощи от радиста из Югославии. Тот передавал на ломаном русском: «Тяжело заболел мальчик, срочно нужно лекарство, которое есть в СССР и США». Тот ночной эфир наш инженер запомнил надолго, ведь он помог спасти ребенку жизнь.

ИЗ ДОМА ВЫХОДИЛ НА СВЯЗЬ С ЭКСПЕДИЦИЕЙ В АНТАРКТИДЕ

Того мальчика звали Звездан. А свердловского инженера – Леонид Кормов. К сожалению, сейчас его уже нет в живых. Поэтому об инженере нам рассказали люди, которые были с ним знакомы, – другие радиолюбители.

В юности Леонид ходил в Гомельский радиоклуб, который считался одним из старейших в стране. После школы он поступил в Ленинградский электротехнический институт связи. Во время учебы он совершенствовал радиоаппаратуру, изучал языки и радиолюбительские коды.

Затем Леонид переехал в Свердловск, где устроился на завод радиоаппаратуры и вступил в городской радиоклуб ДОСААФ. Дома у Леонида тогда стояла радиостанция первой категории. По тем временам это считалось «продвинутым» устройством.

- Он был на связи с экспедицией в Антарктиде, с советским полярником Эрнстом Кренкелем, работавшим с легендарным позывным RAEM, с радиолюбителями экзотических островов Тихого и Индийского Океанов, Сингапура, Непала, Новой Зеландии, Аляски, - рассказывала о Леониде Кормове газета «Уральский рабочий» в 1983 году.

-2

О том, как увлечение радио помогло спасти ребенку жизнь, 42 года назад активно писали советские газеты. Название лекарства, от которого зависела жизнь человека, не указывали. Известно лишь, что в СССР его было легко достать.

- Рано утром я узнал, что такое лекарство есть у нас в Свердловске, - рассказывал Леонид Кормов журналистам в 1983-м. – Не теряя ни минуты, отправился в аптеку, купил его и первым самолетным рейсом отправил в Москву с сопроводительной запиской. И тут же сообщил об этом югославскому радиолюбителю. Лекарство они получили. Жизнь Звездана была спасена.

РАДИОЛЮБИТЕЛИ ВСЕГДА ПОМОГАЛИ ДРУГ ДРУГУ

Как отмечают знакомые Леонида Кормова, в 1983-м в Свердловске среди радиолюбителей он был на особом счету.

- Он был из старых махровых радиолюбителей, - вспоминает Владимир Николаев, знавший Леонида Кормова. - Он помогал нам открывать коллективную радиостанцию от радиозавода в общежитии на Машинной, 49, – помогал с радиодеталями из изолятора брака. Когда я в командировку на 6 лет уехал в Венгрию, коллективную радиостанцию возглавил его сын Роман, который позднее трагически погиб.

О каком именно лекарстве шла речь, Владимир Николаев также не знает. Да и Леонид Кормов об этом случае вспоминал редко. То, что инженер из Свердловска отозвался на просьбу о помощи из Югославии, – обычное дело для радиолюбителей тех лет, отмечает Владимир Николаев.

- Границ у радиолюбителей для общения нет. Если у кого-то какая-то беда, радиолюбитель всегда отзовется. И, конечно, Леонид Евсеевич, раз была возможность, пошел навстречу и помог человеку, - поделился Владимир Николаев. – С радиолюбителями из других стран мы тогда на английском языке с рязанским акцентом общались. Эллочке-людоедке (из книги «12 стульев» Ильфа и Петрова. - Ред.) 30 слов хватало для общения. А нам радиолюбителям 100 слов на английском хватало, которые мы заучили. Говоришь, откуда ты, на какой аппаратуре работаешь. Про погоду можно поговорить. А однажды в 1970-е один из наших по приглашению в Америку ездил к другому радиолюбителю в гости. На контакт радиолюбители очень хорошо идут. Вот и тут с радиолюбителем из Югославии так вышло.

Автор: Данил Свечков – «КП-Екатеринбург»