У этой женщины юбилей - родилась она 125 лет назад, 27 августа 1900 года, в Веймаре. Ей дали звучное имя - Доната, её родители были людьми образованными, и между Донатой и Феодорой выбрали наименее неоднозначно прославленное в истории. Оба имени означают "дар", но Феодора была еще и византийской императрицей с крайне специфическим моральным обликом.
Родители, как выяснилось, выбрали не только имя, но и судьбу для дочери.
Мать - Поликсена, принадлежавшая к сrème de la crème Афин связала свою жизнь с совершенно не подходящим её семейству по уровню материального достатка немецким писателем и журналистом Эрнстом Хардтом. Зато он был умным и очень талантливым!
Молодожёны перебрались в Германию, в Веймар, где пьесы, созданные фантазией будущего отца Донаты, ставились с огромным успехом, что позволило семье жить не просто безбедно, а в полном достатке.
Девочка и её младший брат Проспер (в честь шекспировского Просперо) росли среди интеллектуалов и воспитание получали соответствующее. Их учили думать, и думать нешаблонно, а ещё мать Донаты настояла: у дочери должна быть профессия - залог будущей финансовой независимости. И Донату отправили постигать тонкости учительской профессии по специализации преподавание английского и французского языков.
Но любовная лодка родителей дала течь, и они вполне культурно расстались, когда дети уже выросли могли заботиться сами о своем будущем.
Отец в Кёльне возглавил местное радио.
А мать с братом Донаты переехала в Берлин оказалась весьма успешным галеристом, делая бизнес на продажах произведений искусства. Доната вышла замуж, и, через несколько лет осталась одна с тремя детьми - её брак не выдержал испытаний, постигших Германию периода Веймарской республики. Она содержала себя и детей, выполняя работу переводчика, секретаря, да и мать с братом помогали ей, как могли.
В начале 30-х Доната встретила своего настоящего человека - агронома и предпринимателя Эберхарда Хельмриха. Очень высокий, сильный мужчина с деликатными манерами, добродушием ребёнка и бесстрашием льва очаровал и мать, и трёх её детей: двух дочерей и сына. Вопреки мнению родителей (да-да, разведенная и с детьми тогда была полной - ой, ууууу) Эберхард сделал Донате предложение руки и сердца.
После официальной церемонии они хотели устроить посиделки в знаменитом берлинском кафе “Кранцлер”. Однако, к разочарованию детей, лишенных сладостей, которым это кафе заслуженно славилось, накрывать стол пришлось наскоро и дома: ведь свадьба выпала на 1 апреля 1933 года.
Просто в этот день нацисты объявили охоту на евреев. Повсюду, в том числе и у этого престижного кафе, стояли патрули штурмовиков. Их вид откровенно пугал и вполне арийских посетителей: грубые, агрессивные, уверенные в собственной безнаказанности.
Дальше стало еще "веселее".
Но арийцы Хельмрихи не особо интересовались политикой - у Донаты родилась еще одна дочка.
Правда, привычный круг общения семейства стал редеть - и не потому, что так уж мешал маленький ребенок. Просто друзей "неарийцев" стало меньше. Кто-то покинул Германию. Кто-то просто старался пореже выходить из дома...
Хельмрихи не остались сторонними наблюдателями чужой беды: они брали на сохранение ценности тех, кто спешно покидал Третий Рейх, находили для пока остающихся какой-то заработок.
Доната не раз переправляла за границу к их настоящим хозяевам ювелирные украшения, вывозя их на себе, изображая даму, которой снесло голову от внезапно привалившего состояния и щедрости супруга. Да, в то время тем, кто не поддерживал гитлеровскую паранойю, чтобы выжить самим и суметь помочь преследуемым, жизненно необходимы были такие качества, как хитрость, умение притворяться, хладнокровно, беззастенчиво и весьма изобретательно лгать. Подчас они проявляли подлинные чудеса мимикрии, актерства, настоящей швейковщины - с использованием нацистского жаргона, символики и т. д.
Накануне Хрустальной ночи, ориентируясь на ходившие смутные, но весьма и весьма грозные слухи, они убедили нескольких знакомых евреев укрыться у них дома на недельку.
Хрустальная ночь стала для Хельмрихов точкой осознания постигшей страну беды. Тихая фронда ушла в прошлое.
— Если перед гибелью мы спасём пару жизней, — мрачно шутила Доната, — значит у нас с Гитлером ничья.
Перед самой войной Доната смогла помочь соседям - семье Штернберг с их детьми, бежать из рейха в Лондон. Она сама съездила в Англию, нашла для этих людей поручителей - меценатов, записала детей в местную школу и выбила из британского Форин-офиса визы.
Осенью 1939 года началась Вторая мировая война.
Эберхарда призвали летом 1941-ого и оправили в Дрогобыч на Западной Украине - растить пшеницу для нужд рейха. Агроном как-никак! Специалисту по агротехнике вскоре вернули его штатский статус и позволили наладить работу большого хозяйства для поставок провианта.
В Дрогобыче "еврейский вопрос" решался немцами радикально: до войны в городке жило 13,5 тыс. евреев. Немцы вошли в город 1 июля 1941-го, поэтому эвакуироваться убежать на восток успели немногие. Массовые расстрелы начались осенью того же года, а в 1942-м еврейский вопрос в отдельно взятом Дрогобыче был почти решен. Около пяти тысяч несчастных депортировали в Белжец, в гетто, остальных расстреляли в Броницком лесу или в ходе так называемых "диких акций", когда все замеченные на улице евреи подлежали расстрелу на месте.
И тут Эберхард добился, чтобы ему дали работников из гетто. Чтобы не зря немецкий хлеб ели. В этой опасной авантюре ему помог Мориц Рурберг, юрист и глава местного юденрата. Из гетто тогда забрали около 300 человек. Их возраст, сила и опыт в ведении сельского хозяйства роли не играли:
- Стоило появиться проверке, как мы принимались суетиться: бегали туда и сюда, раз за разом рыхлили одни и те же грядки, грузили овощи, - вспоминал один из переживших войну, - всё делалось для того, чтобы гестапо не разобрало, что работников больше, чем огурцов в ящиках.
Раз за разом, подготовив подложные документы, Хельмрих вместе с водителем из поляков вывозил еврейские семьи к маленьким станциям и отправлял подальше от опасности, поручая доверенным знакомым. На место отбывших поступали новые "работники". Девушкам из гетто рисовали бумаги о несомненно арийском происхождении (с ашкеназами это было легче - им внешность позволяла). Они уезжали в Берлин, где попадали под опеку Донаты. Место горничной уже ждало очередную кандидатку. Да-да, она устраивала евреек горничными в немецкие дома, выдавая их за славянок -украинок.
Без Донаты мы не прошли бы все эти проверки, тесты, измерения черепа и "собеседования" с полицией, - делилась потом одна из спасённых, - фрау Гельмрих тогда заменяла нам мать.
Несколько раз фрау Хельмрих "теряла" свой аусвайс: по нему к спасительному убежищу спешила ещё одна несчастная.
И Доната, и Эберхард всю войну буквально ходили по лезвию. Но удача их не оставляла ни на миг! Они смогли спасти более 300 человек и спаслись сами.
За спасение евреев от нацистов Израиль в 1986 году наградил ее званием Праведницы народов Мира. Эберхард удостоился этой чести в 1965 году. В память о супругах Хельмрих в Саду Праведников посажены два дерева.
Узнав о том, что её мужа провозгласили Праведником народов мира, Доната печально заметила:
- Какое странное время! Получаешь награды за то, что остался нормальным человеком…
Фрау Хельмрих спросили тогда:
- Неужели вам не было страшно за себя и за детей? Случись что, и они бы остались сиротами!
- Было страшно. Но ничего не делать было бы подло. По мне, лучше родители погибшие, чем подлецы.
А 22 июня 2017 года в городе Дрогобыч, тот самом, где работал и спасал людей майор-агроном Эбергард Хельмрих, ему открыли мемориальную доску. Доску установили напротив главного корпуса Педагогического университета им. Франко – на доме, где в годы войны жил ответственный за продовольствие и полеводство майор вермахта Хельмрих.
Текст на памятной доске гласит: "В этом доме во время немецкой оккупации (1941 — 1944) жил руководитель экономического отдела дистрикта Дрогобыч Эбергард Хельмрих. Он и его жена Доната спасли жизнь сотням евреев Дрогобыча и окрестностей".
- Сегодня мы увековечиваем память не только Эбергарда Гельмриха, но и всех тех, у кого доброе сердце, кто, рискуя собственной жизнью спасал других, - отметил в ходе церемонии мэр города. - Такие люди не имеют национальности - они герои всего человечества.
Трудно оставаться человеком в бесчеловечное время. И очень порою страшно. Но всё же можно, если захотеть.
НепоДзензурное традиционно тут:
https://vk.com/public199851025
или тут
https://old-venefica.livejournal.com/
Сарказм в уксусе, йад с перцем, окололитературные изыскания и прочие деликатесы, взращенные на отечественных реалиях