Найти в Дзене
Марсель Македонский

Мифы Средневековья в советской, китайской и американской анимации

Здравствуйте, коллеги-киноманы. Пересматривал я тут недавно мультфильм «Царь обезьян. Бунт в небесных чертогах», который китайцы выпустили в 1965 году, и вспомнил об одном интервью. Это интервью я как-то давал для сайта Cinemaze (сейчас уже не функционирует). Залез в анналы жёстких дисков (как бы страшно это ни звучало) и перечитал это интервью. Понял, что уже тогда у меня хватало интересных мыслей. Немного отредактировал его и решил выложить тут. Вдруг, вам тоже будет интересно почитать про связь анимации и Средних Веков. Cinemaze: Сегодня мы поговорим о мультфильмах, которые берут за основу не сказки, а серьёзные средневековые эпосы, легенды и рыцарские романы. Со мной на связи Марсель Македонский, заядлый киноблогер. Мы с ним сегодня разговариваем о мультфильмах и средневековье. И о том, как как они между собой связаны. Марсель, ваш комментарий? Марсель Македонский: Я бы сказал, что анимация — это идеальный проводник между нашим временем и эпохой мифов. Она, если угодно, идеальный и

Здравствуйте, коллеги-киноманы. Пересматривал я тут недавно мультфильм «Царь обезьян. Бунт в небесных чертогах», который китайцы выпустили в 1965 году, и вспомнил об одном интервью. Это интервью я как-то давал для сайта Cinemaze (сейчас уже не функционирует). Залез в анналы жёстких дисков (как бы страшно это ни звучало) и перечитал это интервью. Понял, что уже тогда у меня хватало интересных мыслей. Немного отредактировал его и решил выложить тут. Вдруг, вам тоже будет интересно почитать про связь анимации и Средних Веков.

Cinemaze: Сегодня мы поговорим о мультфильмах, которые берут за основу не сказки, а серьёзные средневековые эпосы, легенды и рыцарские романы. Со мной на связи Марсель Македонский, заядлый киноблогер. Мы с ним сегодня разговариваем о мультфильмах и средневековье. И о том, как как они между собой связаны. Марсель, ваш комментарий?

Марсель Македонский: Я бы сказал, что анимация — это идеальный проводник между нашим временем и эпохой мифов. Она, если угодно, идеальный инструмент, который помогает «переводить» сложные литературные эпосы на универсальный язык образов, понятный даже ребёнку.

Cinemaze: Давайте начнём с примеров. Какие работы вы бы назвали эталонными в этом плане?

Марсель Македонский: Их много, причём из разных культур. Скажем, китайский мультфильм «Царь обезьян. Бунт в небесных чертогах» 1965 года. Благодаря ему многие и узнали про классический роман XVI века «Путешествие на Запад»! И гениальность создателей в том, что они не просто нарисовали историю, а нашли для неё идеальную визуальную форму — эстетику пекинской оперы. Стилизованная графика, условные движения, барабанный бой за кадром. С одной стороны, всё это не создаёт национальный колорит. С другой, погружает зрителя в ту самую условную, мифологическую реальность, где обезьяна может бросить вызов самому Небесному императору. И анимация здесь только подчёркивает волшебную, сверхъестественную природу происходящего.

-2

Cinemaze: То есть, ключ — в визуальном стиле, который работает на достоверность мифа?

Марсель Македонский: Вот да! И западные коллеги действуют по схожим принципам. Возьмите ирландскую короткометражку «Сэр Гавейн и Зелёный Рыцарь» 2002 года. Художники буквально оживили средневековые витражи. Каждый кадр выглядит как окно готического собора (смеётся). Этот приём сразу задаёт тон: перед нами не просто история, а притча, моральный урок, зашифрованный в ярких символах — Зелёном рыцаре, испытаниях, которые он преодолевает. Даже его щит — это намного больше, чем часть экипировки рыцаря, скорее, его связь с домом и божественным началом. Это подчёркивает сакральность сюжета, заставляет воспринимать его именно как легенду. После него же хочется узнать больше о средневековой поэме, которой он, кстати, достаточно точно следует в плане сюжета.

Сэр Гавейн и Зелёный Рыцарь
Сэр Гавейн и Зелёный Рыцарь

Cinemaze: Но ведь форма мультфильма часто ассоциируется с чем-то лёгким, развлекательным. Эти истории развлекают?

Марсель Македонский: (Смеётся) И да, и нет. И в этом вся их прелесть! За красочными образами скрываются очень даже взрослые и сложные темы. Давайте возьмём безобидный диснеевский «Робин Гуд» 1973 года. Я не очень его люблю, ибо на фоне тех, о которых я говорил выше, он выглядит простоватым, но тем не менее. Да, лисички, медвежата, весёлые песенки... Но вместе с тем это социальная драма о несправедливости, грабительских налогах и классовом неравенстве.

А «Царь обезьян»? С одной стороны, это история бунта против верховной власти! Магический самозванец объявляет войну истеблишменту в лице Небесного императора. Для Китая 1960-х это читалось как мощная политическая аллегория. С другой, на примере Сунь Укуна можно сразу объяснить ребёнку, кто такой трикстер, как он себя ведёт, какие у него черты.

Робин Гуд
Робин Гуд

Cinemaze: Вы упомянули Disney, но были, наверное, и ещё более мрачные примеры?

Марсель Македонский: Безусловно. Яркий пример — чехословацкий мультфильм «Крабат — ученик колдуна» 1977 года. Это уже, если угодно, тёмное фэнтези. Мультфильм совсем недетский: сирота, чёрная магия, кровавые поединки, гибель почти всех героев по ходу повествования, и... всепобеждающая сила любви. Любовь — это тот самый пятый элемент, только мультик появился за двадцать лет до фильма Люка Бессона, а лужицкие легенды, на которых он основан, и того раньше. Это мощная история, которую смело можно причислить к взрослой анимации.

Cinemaze: Получается, разные анимационные школы — восточная, западная, советская — по-разному подходили к адаптации этого материала?

Марсель Македонский: Да, и в этом их уникальность. Шанхайская студия сознательно копировала эстетику своего фольклора — пекинской оперы. Советский Союз, когда экранизировал роман Вальтера Скотта «Айвенго» в 1986 году, подошёл к этому с присущей ему серьёзностью. Мотивы борьбы за справедливость и честь были очень близки советской идеологии. Так что пусть никого тут не смущает проставленный рейтинг 0+. Тут и дети поймут, и взрослые вспомнят.

Айвенго
Айвенго

А Disney, в свою очередь, «американизировал» английского Робина Гуда, добавив туда фирменный юмор и музыкальность. Но при этом ядро истории — протест против несправедливости — осталось нетронутым.

Cinemaze: И всё это, если я правильно понимаю, позволяет говорить о настоящей философии, скрытой в таких мультфильмах?

Марсель Македонский: Именно. Анимация — идеальная среда для символов и аллегорий. Зелёный Рыцарь — это же не просто персонаж, это символ природы, жизни и смерти, испытания на прочность. Сунь Укун — метафора борьбы личности с системой. Мельница в «Крабате» — целый комплекс алхимической и оккультной символики. Эти мультфильмы поднимают вечные темы: бунт против власти, как в «Царе обезьян» и «Робине Гуде»; честь и данное слово, как в «Зелёном Рыцаре»; смерть и жертвенность во имя любви, как в «Крабате»; и, конечно, извечную борьбу добра и зла.

Крабат
Крабат

Cinemaze: Вы так много всего сказали. Какой же главный вывод можно сделать?

Марсель Македонский: А вывод очень простой. Анимация не просто доносит до нас старинные легенды, она находит для них новый, визуальный язык. Цвет, звук, стиль рисунка — всё это работает на то, чтобы сделать темы осязаемыми и понятными. В результате «жанр для детей» превращается в универсальную сцену, где разыгрываются вечные истории, впечатляющие зрителей любого возраста. Это не просто мультики. Это мифы в картинках, оживающие на наших глазах.

Благодарю за внимание.