Олег Зыков: «Тут я volens nolens вспоминаю определённый период своей профессиональной жизни, когда был очень близок к защите докторской диссертации — совсем не по медицине, которая никогда не была мне интересна, а именно по социологии, где главной темой я хотел сделать определение качественной эволюции лечебной субкультуры как важного фактора развития гражданского общества — в духе этой моей статьи…»
Эти слова Олега Зыкова, одного из ключевых голосов в сфере правовой наркологии и социального дизайна в России, звучат не как ностальгия по упущенной академической карьере, а как признание: всё, что он делает сегодня — борется за гуманность системы, за права зависимых, за декриминализацию страдания, — это не просто практика, а продолжение давнего, почти научного поиска. Поиска, который начинался не в судах и не в тюремных коридорах, а в попытке понять: как общество учится заботиться?
Социальная реформа — это не про деньги. Это про культуру
Статья, на которую ссылается Зыков, — «Социальная реформа: путь к гражданскому обществу» — написана им в 2008 году, но звучит сегодня как манифест, опередивший своё время. В ней нет призывов к бунту, нет обвинений в адрес власти. Вместо этого — холодный, почти клинический анализ: почему мы, имея ресурсы, не можем помочь тем, кто в этом нуждается?
Ответ, который даёт Зыков, прост и жесток: потому что мы построили систему, в которой человек не имеет права на инициативу. Он может быть только получателем: помощи, денег, милости. Но не создателем. А гражданское общество невозможно без миллионов таких создателей.
«Государство должно заботиться» — это болезнь
Зыков начинает с разрушения иллюзии. Мы привыкли думать: «Государство должно заботиться», «Государство должно дать», «Государство должно защитить». Эта фраза — не призыв к справедливости. Это патернализм, остаток тоталитарного сознания, в котором человек — не гражданин, а подданный. Он не действует, он ждёт. Он не решает, он просит.
И вот в этом ожидании — главная проблема. Пока мы ждём, ничего не меняется. Государство, даже самое благонамеренное, не может знать, что нужно каждому конкретному человеку. Оно работает по шаблону: «положено — выдайте». А жизнь — не шаблон.
Что случилось с экономическими реформами?
В 1990-е мы поверили, что достаточно открыть рынок — и всё встанет на свои места. «Заработаем денег — и тогда начнём жить». Но деньги появились. Только не у всех. Они обострили неравенство, породили олигархов, коррупцию и бюрократию, которая стала не служить, а выживать.
Зыков замечает: экономические реформы провалились не потому, что были плохими. Они провалились потому, что не были парными. Их не сопровождала социальная реформа — та, что учит общество заботиться, а не потреблять помощь.
Решение: социальный заказ
Зыков предлагает не идеологию, а механизм. Он называется — социальный заказ.
Представьте: государство больше не само строит приюты, не нанимает социальных работников, не распределяет помощь. Оно говорит: «У нас есть проблема: бездомные, зависимые, дети в трудной ситуации. Мы выделяем деньги. Кто хочет решить эту проблему — подайте заявку. Мы выберем лучшего. И заплатим за результат».
Государство становится заказчиком. Граждане, НКО, инициативные группы — исполнителями.
Почему это работает?
Эффективность.
Тот, кто живёт с проблемой, знает её лучше чиновника. Он не будет писать отчёты ради отчётов. Он будет решать.
Прозрачность.
Деньги идут не в «общий котёл», а на конкретный проект. Есть договор, сроки, показатели. Кто не справился — не получит деньги.
Ответственность.
НКО перестаёт быть «благотворительным кружком». Она становится профессиональной организацией, которая несёт ответственность перед государством и обществом.
Развитие гражданского общества.
Люди перестают быть пассивными. Они учатся действовать, объединяться, конкурировать за право помогать. Появляется новая культура участия.
«Третий сектор» — новая профессия
Зыков говорит о рождении нового типа работника — социального работника, который не «вытирает носы», а решает системные задачи. Это не волонтёр-герой, который живёт на энтузиазме. Это профессионал, у которого есть зарплата, карьера, стандарты, права.
Именно здесь рождается «третий сектор» — не государство, не бизнес, а то, что между ними. Там, где люди работают не ради прибыли, а ради смысла.
Лечебная субкультура как ядро перемен
И вот тут вспоминается та самая докторская диссертация, о которой говорил Зыков. Когда он упоминает «качественную эволюцию лечебной субкультуры», он имеет в виду не клиники и не врачей. Он говорит о культуре заботы, которая может возникнуть вокруг людей с зависимостью.
Потому что зависимость — это не просто болезнь. Это социальный разлом. Это момент, когда человек выпадает из системы, теряет лицо, становится «ненужным». И только общество, которое умеет включать таких людей обратно, может называться гражданским.
Именно в среде людей, прошедших через зависимость, в их сообществах, в их инициативах Зыков видит зародыш новой этики. Эти люди не просто «выздоровели». Они стали теми, кто может научить других — не по указке, а по опыту. Они становятся носителями новой культуры заботы, основанной на доверии, а не на контроле.
Почему это важно для правовой наркологии?
Потому что правовая наркология — это не только про отмену 228-й статьи. Это про декриминализацию страдания. Про признание: зависимость — это не преступление, это вызов обществу.
И если общество хочет решить эту проблему, оно не может делать это только через силовые структуры. Оно должно создать пространство для альтернатив — для тех, кто предлагает лечение, а не тюрьму; поддержку, а не наказание.
Социальный заказ — это и есть это пространство. Это способ сказать: «Мы не будем наказывать за боль. Мы будем платить тем, кто умеет её исцелять».
Почему это не работает (и почему нужно пробовать)
Конечно, есть сопротивление. Государственный аппарат не хочет терять контроль. Бюрократы боятся конкуренции. НКО боятся ответственности. Общество не доверяет.
Но Зыков не предлагает утопию. Он предлагает практику. Начать с малого — с одной программы, с одного конкурса, с одной организации, которая докажет, что может сделать лучше.
Потому что, как показывает опыт, никакие великие перемены не начинались с масштаба. Они начинались с одного человека, который сказал: «Я могу».
Итог: как построить гражданское общество
Зыков не предлагает революцию. Он предлагает эволюцию:
- Отказаться от патернализма.
- Передать инициативу обществу.
- Создать механизм социального заказа.
- Сделать социальную работу профессией.
- Вернуть человеку достоинство — не как получателю помощи, а как её создателю.
Это не про идеологию. Это про инфраструктуру заботы.
И когда такая инфраструктура появится, гражданское общество перестанет быть мечтой. Оно станет реальностью — медленной, неровной, но живой.
Именно это, возможно, и было тем, что Зыков хотел назвать «качественной эволюцией лечебной субкультуры»: не просто лечение, а новый способ быть вместе.
По мотивам телеграмм канала «Правовая наркология Олега Зыкова»