Глава 69
Послесловие
День клонился к вечеру. Солнце, медленно опускаясь за горизонт, окрашивало небо в мягкие оттенки оранжевого и розового. Казань, погружённая в тишину, казалась спокойной и безмятежной, словно сама природа решила дать героям шанс на примирение.
Артур стоял на втором этаже ресторанного комплекса, принадлежащего Ильшару, и задумчиво смотрел на закат. Его лицо было напряжённым и задумчивым, а глаза полны внутренней борьбы. Несколько минут назад Ильшар рассказал ему о том, что после возвращения из Дубая Ева почти две недели провела в клинике, освобождаясь от наркотической зависимости. Рассказал, как он догадался, что она под дозой. Он вовремя распознал это состояние страха и беспомощности в её глазах. Она раз за разом повторяла, что Закир вернулся из преисподней, чтобы наказать её, он даже хотел задушить её. Но ей удалось вырваться и убежать. Только через неделю она стала понимать, где она и что с ней происходит.
Это многое объясняло Артуру. Если это так, тогда оскорбляя и отказываясь от него, она защищалась от Закира. Это всё меняло. И сейчас глядя на реку, которая в этом месте была наиболее широкой и красивой Артур потихоньку оттаивал.
Он не мог избавиться от мыслей о Еве. Он думал о ней день и ночь. Она была повсюду – в каждом звуке, в каждом вдохе, в каждой тени и в каждом шорохе. Даже воздух, казалось, был пропитан её присутствием. Он чувствовал её запах, слышал её голос, видел её лицо в каждом уголке этого пространства. А рядом с ней их мальчик, их малыш. Теперь он уже точно знал, что этот маленький человечек его сын, его плоть и кровь.
Ева появилась неожиданно. Она вошла тихо, почти бесшумно, но Артур сразу почувствовал её. Его тело напряглось, как струна. Он не оборачивался, но знал, что она стоит там, за его спиной, и смотрит на него. Молчание между ними было густым, почти осязаемым. Оно давило на них обоих, но ни один не решался прервать его первым.
Наконец, Ева сделала шаг вперёд.
– Артур… – её голос был едва слышен, но он пронзил его сердце, словно стрела, выпущенная умелым лучником.
Он медленно повернулся. Их взгляды встретились, и в этот момент весь мир вокруг перестал существовать. В его глазах читались боль, растерянность, сожаление и что-то ещё – что-то глубокое, древнее, что невозможно описать словами. Ева почувствовала, как её сердце сжалось. Она знала, что сейчас произойдёт что-то важное. Что-то, что изменит их жизни навсегда.
– Почему ты здесь? – спросил он, и дрожь в голосе выдала его чувства.
– Потому что я не могу больше жить без тебя, – ответила она просто, но её слова подействовали на него как удар грома, как разряд молнии.
Его губы дрогнули, но он не смог произнести ни слова. Ева сделала ещё один шаг вперёд, её глаза наполнились слезами.
– Я знаю, что причинила тебе боль. Знаю, что сказала ужасные вещи. Но я не помню этого, Артур. Я не помню, потому что в тот момент я сама была разрушена. Я потеряла всё, что любила. Я потеряла тебя. А потом… потом я поняла, что это была моя вина. Я не хотела тебя терять, но уже было слишком поздно.
Она замолчала, пытаясь сдержать рыдания. Артур смотрел на неё, и его сердце разрывалось на части. Он хотел верить ей, но те слова, которые она тогда бросала пусть в бессознательном состоянии, но они никак не шли из его головы, они жгли его изнутри.
– Я хотел бы всё забыть особенно те слова, – произнёс он, дрогнувшим голосом. – Но у меня ничего не получается. Я боюсь. Потому что не могу быть уверен, что в самый неподходящий момент память не подбросит мне их вновь.
Ева подошла ещё ближе. Теперь между ними оставалось всего несколько сантиметров. Она протянула руку и коснулась его щеки. Её прикосновение было мягким, почти невесомым, но оно прожгло его до глубины души.
– Поверь мне, пожалуйста, я люблю тебя, – сказала она, её голос дрожал, потому что нервы уже были на грани. – Я всегда любила тебя. Даже когда говорила те ужасные слова, даже когда уходила… Я любила тебя. Это чувство никогда не покидало меня. Оно сжигало меня изнутри, превращало мою душу в пепел. Я не могу больше жить без тебя, Артур. Я не хочу.
Слёзы текли по её щекам, но она не пыталась их вытереть. Её глаза были полны отчаяния, а сердце надежды и любви.
– Прости, Ева, я тоже очень виноват перед тобой и это гложет меня не меньше, чем твои слова, сказанные не по собственной воле. Нам нужно время. Он сделал несколько шагов в сторону двери.
— Если ты сейчас уйдёшь, я не смогу жить дальше, — прошептала она, и в её словах не было угрозы, только боль, которая разрывала её на части. Только чистая, искренняя правда.
Артур замер. Его рука зависла над дверной ручкой. Он знал, что должен уйти. Знал, что это единственный способ спасти себя от новой боли. Но её слова ударили его прямо в сердце. Он понимал, что не может игнорировать их. Не может игнорировать её, потому что это неправильно и будет выглядеть по – детски.
Медленно, словно через силу, он повернулся. Она стояла там, где он её оставил, всё ещё дрожащая, всё ещё плачущая. Но в её глазах появилось что-то новое. Что-то, чего он не видел раньше. Возможно, это было отчаяние или надежда.
— Я не знаю, что случилось тогда, — сказала она, её голос стал твёрже, хотя слёзы всё ещё текли по её щекам. — Но я знаю одно: я люблю тебя. И если ты сейчас уйдёшь, то унесёшь с собой не только мою любовь, но и мою жизнь. Я не смогу существовать без тебя. Ты — часть меня. Если не веришь, если не можешь простить… тогда убей меня прямо сейчас. Потому что я не хочу жить в мире, где тебя нет.
Он смотрел на неё, не в силах пошевелиться. Его сердце колотилось так сильно, что он боялся, что оно разорвётся. Он хотел уйти. Хотел защитить себя от новых страданий. Но её слова… её искренность… они разрушали все его стены.
И в этот момент он понял, что не может её оставить. Возможно, её слова, просто пафос, но они тронули его.
Артур смотрел на женщину, единственную которую любил и его внутренний мир рушился. Он больше не мог сопротивляться. Больше не мог бороться, его разрывало на части от того, что он чувствовал.
– Я тоже люблю тебя, – прошептал он, его охрипший голос был едва слышен. – Я никогда не переставал любить тебя. Я бы пришёл раньше, но не мог… боялся вновь однажды потерять тебя, снова быть раненым и страдать, терзаясь болью и сомнениями.
Ева сделала шаг и прижалась к нему, её тело дрожало от рыданий. Артур обнял её, крепко, как будто боялся, что она исчезнет. Они стояли так долго, очень долго, пока их слёзы не иссякли, а сердца не успокоились.
– Прости меня, – прошептала она, уткнувшись лицом в его грудь. – Прости за всё что я помню и за то, что забыла. За то что причинила тебе боль.
– Нет, это я должен просить прощения, – ответил он, целуя её волосы. – Я не дал тебе шанса объяснить. Не позволил себе услышать тебя. Я был слеп и глух от боли. Но теперь, если … теперь я готов начать всё заново. Если ты готова простить меня.
Ева подняла голову, посмотрела ему в глаза. В её взгляде он увидел то, чего так долго ждал… любовь, благодарность и надежду.
– Я хочу пройти с тобой весь путь, который подарит нам господь, я хочу быть с тобой и в радости, и в горе, – прошептала она.
Их губы встретились в долгом, страстном поцелуе. Это был не просто поцелуй – это было признание, возвращение к тому, что они оба так долго ждали. Их тела слились, словно две половинки одной души, которые слишком долго существовали порознь.
Когда они наконец отстранились друг от друга, Артур взял её лицо в свои ладони, заглянул ей в глаза. Затем медленно опустился на колени и обнял её. Обнял так крепко, как будто боялся, что она исчезнет. Она уткнулась лицом в его плечо, продолжая плакать, но теперь её слёзы были другими. Они были слезами надежды. Слезами прощения. Слезами любви.
— Я не могу обещать, что всё будет легко, — прошептал он, поднимаясь и целуя её в висок. — Но я обещаю, что больше никогда тебя не оставлю и не отпущу, если только смерть не решит иначе.
В этот момент они оба знали: чтобы ни случилось дальше, они будут вместе.
– И ты больше никогда не отпускай меня, – сказал он твёрдо. – Обещай мне. Потому что я умру без тебя.
– Обещаю, – ответила она, её голос дрожал от счастья. – Я никогда больше не отпущу тебя.
Они стояли так ещё долго, впитывая каждую секунду их воссоединения. В этот момент они поняли, что прошлое больше не имеет значения. Важно только одно – они вместе. И с ними их маленький сын. Их продолжение. И ничто не сможет разлучить их снова.
ЭПИЛОГ
Через два месяца после возвращения на родину Артур принял решение. Он знал, что человек, которого он всю жизнь считал отцом, не имел к нему никакого отношения. Генетический анализ, проведённый ещё в эмиратах, подтвердил это. Теперь у него не осталось ни капли сомнений или угрызений совести. Максут Кутыев, чьё имя вызывало в нём лишь холодную ярость, должен был заплатить за свои грехи.
Артур мог бы использовать свою власть и ресурсы. Достаточно было одного слова, и его люди нашли бы старика, доставив его живым или мёртвым. Но он хотел сам лично найти и наказать Максута Кутыева. Это была его месть — личная, долгожданная и неизбежная.
К счастью, Артур после того, как ему исполнилось восемнадцать лет взял себе другую фамилию и отчество, чтобы ничего не связывало его с извергом, который лишил его детства.
Он жил в деревне недалеко от Казани в том же самом доме, что и тридцать восемь лет назад. Максут был всё ещё жив и даже для своих семидесяти пяти лет выглядел удивительно хорошо для человека, чья душа давно сгнила. Когда Артур вошёл во двор, старик сидел на скрипучей скамейке за таким же старым, скрипучим столом, примостившимся под раскидистой яблоней, потягивая чай из глиняной кружки. Его глаза, помутневшие от времени, медленно осмотрели незнакомца. Он не сразу узнал Артура, минуту или больше вглядывался в лицо красивого широкоплечего мужчины. Потом спросил: ты кто, мил человек, зачем пожаловал?
– Не узнаёшь арабчёнка, щенка, которого держал на цепи, да кожу жёг сигаретами?
Старик удивлённо вскинул помутневшие от старости глаза, наморщил лоб.
— Ты? — прохрипел, узнав сына. —Неужели жив? а я думал, убили тебя давно или где в подворотне, сам сдох. А ты вон как. Встал на ноги, по одёжке вижу, богатый, денег не считаешь. Вспомнил, наконец, родителя, и что Аллах велел помогать старикам, чтобы не подохли с голоду.
Артур не ответил. Он просто смотрел на него, чувствуя, как внутри закипает гнев. Это ничтожество, который некогда считался его отцом, ожидал от него помощи. Но даже ничтожество заслуживало наказания.
— Помнишь маму? — спросил Артур, подходя ближе. Его голос был холоден, как лёд.
Старик замер, его лицо побледнело, а рука, державшая кружку, задрожала. Поставив её на стол, он медленно кивнул.
— Она умерла, — продолжил Артур, его слова были как удары хлыста. — Она умерла, потому что ты её убил. Но знаешь, что? Я помню не только её смерть. Я помню, как ты издевался над ней. Как облил её бензином и поджёг. Как… трахал её, пока она горела.
Глаза старика расширились, в них затаился страх. Он попытался что-то сказать, но Артур перебил его, сделав ещё один шаг вперёд.
— Ты думал, что время сотрёт твои грехи? Ошибаешься, мразь. Сегодня ты сдохнешь и отправишься прямо в ад.
Оглянувшись, Артур протянул руку, и человек, стоящий сзади, подал ему канистру с бензином. Артур взял её и начал обливать старика, не торопясь, наслаждаясь каждым моментом. Максут пытался кричать, умолять, но его слова заглушались ужасом и паникой.
— Нет, постой! — завопил он, падая на колени. — Пощади! Я ведь… я же твой отец!
— Ты никогда не был моим отцом, — процедил Артур, его голос был полон презрения. — Ты даже не животное, ты зверь. И сегодня ты получишь то, что заслужил.
С этими словами он достал зажигалку и щёлкнул ею. Пламя вспыхнуло, и через мгновение старик оказался охвачен огнём. Его крики эхом разнеслись по деревне. Через несколько минут всё было кончено. На месте, где стоял Максут, осталась лишь обгоревшая головешка, похожая то ли на обезьяну, то ли на человека.
Артур молча наблюдал за этим зрелищем, чувствуя странное облегчение. Справедливость свершилась. Теперь он мог двигаться дальше, оставив прошлое позади.
Год спустя, сидя на берегу реки с маленьким сыном на руках, Артур и Ева наблюдали за закатом. Их жизнь изменилась, но одно осталось неизменным — их любовь. Она стала прочнее, глубже, настоящей.
– Я никогда не забуду тот день, когда ты вернулась ко мне, – сказал Артур, обнимая Еву.
– А я никогда не забуду, как ты простил меня, – ответила она, целуя его в щеку.
Их сын засмеялся, играя с песком, и они оба посмотрели на него с улыбкой. В этот момент они поняли, что их история — это не просто роман. Это история о том, как любовь может преодолеть всё. Даже время, боль и прошлое. И эта история будет жить в их сердцах вечно.
Конец.
Всех, кто хочет узнать историю принца Фархада и русской девочки из православного приюта Лизы Берг приглашаю прочесть роман «Верни мне любимую, Пустыня.»