– Лена, ты платье своё синее видела? – крикнула Ольга из коридора, роясь в шкафу. – Я его вчера стирала, а теперь найти не могу.
– Мам, какое синее? – отозвалась невестка из кухни. – У меня их несколько.
– Ну то, что с цветочками. В нём ты на день рождения к Тамаре ездила.
Елена вытерла руки полотенцем и прошла в коридор. Свекровь стояла перед открытым шкафом и перебирала вешалки с таким видом, словно искала сокровища.
– Мам, это же ваш шкаф, – терпеливо сказала Елена. – Моё платье в спальне висит.
– Ах да, – Ольга Степановна махнула рукой. – Совсем память стала плохая. Старость не радость.
Елена промолчала. Свекровь была всего на пятнадцать лет старше неё, и память у той была отменная, особенно когда дело касалось чужих промахов и недостатков.
– Мам, завтрак готов, – сказала она. – Идите кушать, пока не остыло.
– Иду, иду, – Ольга Степановна закрыла шкаф и направилась на кухню. – А где Серёжа?
– На работу ушёл уже час назад.
– Рано очень. В моё время люди в восемь на работу шли, не раньше.
– Сейчас другие времена, – Елена поставила перед свекровью тарелку с овсянкой и стакан чая.
Ольга Степановна недовольно поморщилась.
– Опять эта каша. Я же говорила, что не люблю овсянку.
– А что вы любите? – устало спросила Елена.
– Творог со сметаной. Или яичницу с беконом.
– Творога нет, а бекон дорогой. Овсянка полезная, для сердца хорошо.
Свекровь фыркнула.
– Для сердца хорошо, когда в семье мир и лад. А не когда невестка экономит на каждой копейке.
Елена сжала губы. Эта тема всплывала каждый день. Деньги, экономия, дороговизна жизни. Словно она специально покупала самые дешёвые продукты, чтобы навредить свекрови.
– Мам, я же объясняла. Серёжа получает не так много, чтобы покупать бекон каждый день. Ипотека, коммунальные платежи, ваши лекарства...
– Мои лекарства? – возмутилась Ольга Степановна. – Так я что, лишняя в этом доме?
– Да нет же, – Елена села напротив. – Просто денег действительно не хватает на всё.
– Не хватает, потому что ты не работаешь, – отрезала свекровь. – Сидишь дома, как барыня.
– Мам, я же ищу работу. Но с моим образованием сложно найти что-то хорошее.
– А Серёжа что говорит?
– Серёжа говорит, что сначала нужно ребёнка родить, а потом уже о работе думать.
Ольга Степановна поперхнулась чаем.
– Ребёнка? А где он, этот ребёнок? Три года замужем, а толку никакого.
Елена побледнела. Эта тема была для неё самой болезненной. Врачи пожимали плечами, анализы были в норме, а беременность всё не наступала.
– Мам, это не от меня зависит одной...
– Как не зависит? – свекровь поставила стакан на стол с такой силой, что чай расплескался. – У моих подруг все невестки рожают. А ты что, особенная?
Елена встала из-за стола.
– Мне нужно в магазин, – сказала она, стараясь сдержать слёзы. – Продукты кончились.
– Вот и иди, – проворчала Ольга Степановна. – Только смотри, чтобы опять не купила всякую дрянь.
Елена надела куртку и взяла сумку. У подъезда её окликнула соседка тётя Рая.
– Леночка, милая, как дела? Давно не виделись.
– Здравствуйте, Раиса Петровна. Дела нормальные.
– А свекровь как? Слышу, она у вас часто по телефону громко разговаривает.
Елена смутилась. Значит, соседи слышат их разговоры.
– Всё хорошо, – соврала она. – Мам просто плохо слышит.
– Понятно, – тётя Рая многозначительно кивнула. – Ну ты держись, дорогая. Я свекровь двадцать лет терпела, пока она не умерла. Святой стала после этого.
В магазине Елена долго стояла у мясного отдела, подсчитывая деньги. До зарплаты мужа оставалось ещё неделю, а в кошельке лежали жалкие полторы тысячи рублей.
– Можно килограмм фарша? – спросила она продавца.
– Какого? Говяжий, свиной или смешанный?
– А какой дешевле?
– Свиной, триста рублей за кило.
– Давайте свиной.
Елена взяла ещё хлеб, молоко, крупу и овощи на борщ. На кассе набралось почти тысяча рублей. Домой она шла медленно, думая о том, как объяснить свекрови, что мяса хватит только на три дня.
Ольга Степановна встретила её на пороге с недовольным видом.
– Где ты была? Я уже хотела в милицию звонить.
– В магазине была, мам. Продукты покупала.
– Покажи, что купила.
Елена выложила на стол покупки. Свекровь придирчиво осмотрела каждый пакет.
– Фарш опять свиной? Я же говорила, что у меня от свинины желудок болит.
– Говяжий дороже, мам. На двести рублей.
– И что? Нельзя было взять говяжий?
– На что? У нас денег в обрез.
– На что, на что, – передразнила Ольга Степановна. – А на что Серёжа живёт? Он что, бесплатно работает?
Елена почувствовала, как в горле встаёт ком.
– Мам, вы же знаете, сколько Серёжа получает. Тридцать пять тысяч в месяц. Из них двадцать тысяч уходит на ипотеку, пять тысяч на коммунальные платежи, три тысячи на ваши лекарства. Остаётся семь тысяч на всё остальное.
– Тебе не стыдно просить у моего сына? – закричала свекровь, услышав про продукты. – Он и так тебя содержит, а ты ещё недовольна!
Елена опешила от такой несправедливости.
– Как это просить? Мы семья! А я ему не чужая какая-то, я жена!
– Жена, которая три года ребёнка родить не может, – язвительно заметила Ольга Степановна. – Какая от тебя польза?
– Мама! – в дверях появился Сергей с испуганным лицом. – Что здесь происходит? Я вас с лестницы слышал.
– А то происходит, сынок, что твоя жена на меня кричит, – всхлипнула свекровь. – Говорит, что я дорого обхожусь семье.
– Я такого не говорила! – возмутилась Елена. – Я только объяснила, почему купила свиной фарш, а не говяжий.
Сергей снял куртку и повесил на крючок.
– Мам, успокойтесь. Лена, перестань нервничать. Давайте разберёмся спокойно.
– Разбираться нечего, – всхлипнула Ольга Степановна. – Она меня лишней в доме считает. Может, мне уже в дом престарелых переезжать?
– Ну что вы такое говорите, – Сергей обнял мать. – Никто вас лишней не считает.
Елена стояла рядом и чувствовала себя преступницей. Как всегда в таких ситуациях, она оказывалась виноватой.
– Серёж, я правда ничего плохого не говорила, – тихо сказала она. – Просто объясняла про деньги.
– Про какие деньги? – нахмурился муж.
– Мам спросила, почему я купила свиной фарш, а не говяжий. Я сказала, что говяжий дороже, и нам не по карману.
– И всё?
– Не всё! – вмешалась Ольга Степановна. – Она ещё сказала, что мои лекарства дорого стоят!
– Мам, лекарства действительно дорогие, – осторожно сказал Сергей. – Три тысячи в месяц это много для нашего бюджета.
– Значит, и ты меня лишней считаешь? – свекровь всплеснула руками. – Собственный сын!
– Да нет же, мам. Просто Лена права. Денег действительно не хватает.
Елена почувствовала облегчение. Наконец-то муж её поддержал.
– А знаешь, Серёжа, что твоя жена ещё сказала? – продолжала Ольга Степановна. – Что она работать не будет, пока ребёнка не родит. А ребёнка нет и не будет!
– Мам, хватит, – Сергей повысил голос. – Не нужно так говорить.
– А что, правда глаза колет? Моя соседка Валентина говорит, что у её невестки тоже детей не было, пока она к бабке не сходила.
– К какой бабке? – не поняла Елена.
– К знахарке. От порчи лечиться.
– Мам, ну что за ерунда, – Сергей устало потер лоб. – Какая порча в двадцать первом веке?
– Ерунда, говоришь? А почему тогда у нормальных семей дети есть, а у вас нет?
Елена не выдержала и заплакала. Свекровь попала в самую болевую точку. Бесплодие было её главной бедой, источником постоянных переживаний и чувства вины перед мужем.
– Ну всё, хватит, – Сергей обнял жену. – Мам, идите к себе в комнату. А мы с Леной поговорим.
Ольга Степановна демонстративно вздохнула и ушла в свою комнату, громко хлопнув дверью.
– Не плачь, – Сергей гладил жену по волосам. – Мама просто расстроилась.
– Она меня ненавидит, – всхлипнула Елена. – Считает, что я плохая жена.
– Не говори глупости. Мама просто привыкла быть главной в доме. Ей сложно принять, что у меня теперь есть жена.
– А может, она права? – Елена подняла заплаканные глаза. – Может, я действительно плохая жена? Не рожаю, не работаю, только деньги трачу.
– Лен, ну что за чушь? Ты прекрасная жена. А дети у нас обязательно будут.
– Когда? Мне уже тридцать. Врачи говорят, что с возрастом шансы уменьшаются.
Сергей крепче обнял её.
– Не думай об этом. Всё будет хорошо.
Вечером за ужином повисла напряжённая тишина. Ольга Степановна демонстративно ковыряла вилкой котлету из свиного фарша, морщась, словно её заставляли есть что-то несъедобное.
– Мам, вкусно? – спросил Сергей, пытаясь разрядить обстановку.
– Съедобно, – сухо ответила свекровь.
– Лена хорошо готовит.
– Если бы готовила из нормальных продуктов, было бы ещё лучше.
Елена сжала кулаки под столом.
– Мам, мы же уже об этом говорили, – устало сказал Сергей. – Денег на дорогие продукты нет.
– А если бы твоя жена работала, деньги бы были.
– Мам, я ищу работу, – тихо сказала Елена. – На прошлой неделе была на двух собеседованиях.
– И что?
– Пока не взяли. Но я продолжаю искать.
– А чего искать-то? – Ольга Степановна отложила вилку. – В магазин продавцом иди. Или уборщицей в офис.
– Мам, у Лены высшее образование, – заступился Сергей. – Она экономист.
– И что с того? Моя подруга Зоя тоже экономист была, а в девяностые в ларьке торговала. Не умерла же.
– Времена другие были, – попыталась объяснить Елена.
– Времена, времена, – передразнила свекровь. – А работать не хочется. Лучше на шее у мужа сидеть.
Елена почувствовала, что вот-вот взорвётся.
– Знаете что, Ольга Степановна, – сказала она, стараясь говорить спокойно. – Давайте я завтра же пойду работать. Хоть дворником. А вы будете готовить, убирать и стирать. Идёт?
Свекровь опешила.
– Это ещё что такое?
– А то, что если вы считаете меня дармоедкой, то возьмите домашние дела на себя. Мне работать, а вам дом вести.
– Я уже не в том возрасте, чтобы за кем-то убирать!
– А я в том возрасте, чтобы содержать на своей шее свекровь? – не выдержала Елена.
Повисла мёртвая тишина. Сергей смотрел на жену с ужасом.
– Лена, ты что говоришь?
– Правду говорю! – Елена встала из-за стола. – Три года я терплю упрёки и оскорбления! Три года выслушиваю, какая я плохая жена! А кто мне скажет спасибо за то, что я стираю, убираю, готовлю? За то, что покупаю лекарства и забочусь о здоровье вашей мамы?
– Забота! – фыркнула Ольга Степановна. – Какая забота? Дешёвые лекарства покупает!
– Потому что дорогие нам не по карману! – закричала Елена. – У нас нет денег на всё, что вам хочется!
– Вот и заработай эти деньги!
– Заработаю! Завтра же пойду дворником работать! А вы сидите дома и думайте, кто будет за вами ухаживать!
Елена выбежала из кухни и заперлась в спальне. Сердце колотилось, руки дрожали. Она никогда не кричала на свекровь, всегда сдерживалась.
За дверью послышались голоса. Сергей что-то говорил матери, та отвечала со слезами в голосе.
Через полчаса в спальню тихо постучали.
– Лен, можно войти?
Елена открыла дверь. Сергей стоял с виноватым видом.
– Прости меня, – сказал он. – И маму прости. Она не хотела тебя обидеть.
– Не хотела? – горько усмехнулась Елена. – А что же тогда хотела?
– Она просто... волнуется за нас. За нашу семью.
– За семью? Серёж, твоя мама меня ненавидит. Каждый день придумывает новый повод, чтобы унизить меня.
– Это не так.
– Тогда почему ты молчишь, когда она говорит мне гадости? Почему никогда меня не защищаешь?
Сергей опустил глаза.
– Она же мать. Мне трудно с ней спорить.
– А мне легко выслушивать её упрёки?
– Лен, давай не будем ссориться. Мама сказала, что готова извиниться.
– Не нужно её извинений, – устало сказала Елена. – Нужно, чтобы она перестала вмешиваться в нашу жизнь.
– Куда ж ей деваться? Она же живёт с нами.
– Вот именно. И будет жить, пока один из нас не умрёт.
Елена подошла к окну и посмотрела на двор. Соседские дети играли в песочнице, молодая мама качала коляску. Обычная семейная идиллия, которой у неё не было и, наверное, никогда не будет.
– Серёж, а что если мы снимем квартиру? – вдруг сказала она.
– Какую квартиру?
– Для нас. Для нашей семьи. Пусть твоя мама остаётся здесь, а мы будем жить отдельно.
Сергей покачал головой.
– На какие деньги? У нас ипотека, денег едва хватает.
– Я найду работу. Буду работать на двух работах, если понадобится.
– А мама? Она же одна останется.
– Серёж, тебе сорок лет. Пора уже жить своей жизнью, а не оглядываться на маму.
Муж помолчал, а потом вздохнул.
– Не могу я её одну оставить. Она старая, больная.
– Ей шестьдесят пять. Это не так уж и много. И она не больная, а просто вредная.
– Лена!
– Что Лена? Правду говорю. Твоя мама здоровее нас обоих. Просто привыкла, что все вокруг неё пляшут.
Сергей ушёл к матери, а Елена осталась одна со своими мыслями. Она понимала, что муж никогда не согласится жить отдельно от матери. Значит, ей придётся до конца жизни терпеть упрёки и оскорбления.
А может, не придётся? Может, пора подумать о себе?
На следующее утро Елена проснулась с ясной головой и твёрдым решением. Она оделась, взяла документы и вышла из дома. Свекровь ещё спала, Сергей был на работе.
В агентстве недвижимости ей предложили несколько вариантов однокомнатных квартир в спальном районе. Цены кусались, но Елена была готова заплатить любые деньги за свободу.
– А работу уже нашли? – спросила менеджер. – Без справки о доходах квартиру не снимут.
– Найду, – твёрдо ответила Елена. – Обязательно найду.
Домой она вернулась к вечеру с несколькими объявлениями о работе в сумке. Ольга Степановна встретила её в коридоре.
– Где ты была? – строго спросила свекровь. – Серёжа уже домой пришёл, а тебя нет.
– Работу искала, – коротко ответила Елена.
– Ну и правильно. Пора уже о семье думать, а не только о себе.
Елена прошла мимо, не отвечая. В кухне сидел Сергей с унылым видом.
– Как дела? – спросил он.
– Нормально. Завтра иду на собеседование.
– Куда?
– В бухгалтерию. Зарплата небольшая, но для начала пойдёт.
Сергей кивнул.
– А мама тебе что-нибудь говорила?
– О чём?
– Ну... про вчерашнее. Она очень переживает.
Елена посмотрела на мужа и поняла, что ничего не изменилось. Свекровь по-прежнему для него главнее жены.
– Серёж, нам нужно серьёзно поговорить, – сказала она.
– О чём?
– О нашем будущем. О том, хотим ли мы его вообще иметь.
Но разговор пришлось отложить. В кухню вошла Ольга Степановна с кислым лицом.
– Ужинать будем или нет? – спросила она. – Я уже проголодалась.
Елена встала и пошла к плите. Как всегда. Как каждый день последние три года.
Но на этот раз она знала, что это ненадолго.