4 сентября 1812 года Кутузов доносил Александру I: «Позиция, в которой я остановился при деревне Бородине в 12-ти верстах вперед Можайска, одна из наилучших, которую только на плоских местах найти можно. Слабое место сей позиции, которое находится с левого фланга, постараюсь я исправить искусством. Желательно, чтобы неприятель атаковал нас в сей позиции, тогда я имею большую надежду к победе».
Многие признают, что позиция, выбранная для боя, была вынужденной. Она, безусловно, имела слабые и сильные стороны. Барклай-де-Толли, например, считал, что «она была выгодна в центре и на правом фланге, но левое крыло в прямой линии с центром совершенно ничем не подкреплялись…». Багратион поддержал выбор именно этого места, хотя и высказал некоторые опасения Кутузову по поводу возможности обхода противником левого фланга. Беннигсен, не любивший Кутузова, заявлял, что «это была величайшая ошибка, которую можно было совершить, действуя против Наполеона, система которого известна и против которой, следовательно, можно принять меры, как я это и показал в войне 1806-1807 годов».
В любом случае именно эта позиция позволила русской армии отразить удар, нанесенный численно превосходящими силами противника.
