Зина возмущенно вскочила:
- Да как ты могла подумать такое?! Ты – сестра Феди! Самый родной ему человек!
- Так и ты мне не чужая, Зинуля.
Печально возразила ей Варя. Весь задор от грандиозной новости вдруг с нее слетел, она погрустнела:
- Да, Федя – мой брат. Любимый брат. Один, на всем белом свете. Только его на этом белом свете больше и нет. Кто знает, как ему там… может и хорошо. И он про нас думать забыл. А может, тоскует еще. Не знаю. Одно знаю, Зина, что любил тебя Федор. И всегда хотел, чтобы ты была счастлива. Так неужели хотел он, чтобы ты, молодая, красивая женщина, кровь с молоком, доживала свой век вдовой? Нет, Зина, не такой он был человек. Чтобы радоваться, когда все вокруг плачут.
- Варя, да ты что такое говоришь? Подумай! Каково мне все это слушать?! Когда Федино место рядом со мной еще не остыло! А ты хочешь, чтобы я на его место другого себе привела? При его детях?
Зина сверлила яростным взглядом Варю. Но ту, видимо, совесть не грызла.
- Зин, он не вчера умер. Траур давно твой прошел. Хватит уже. И я ж не в плохом смысле. Замуж тебе надо. Дети – что… они вырастут быстро. Не успеешь оглянуться как вырастут. И разлетятся из родного гнезда. И останешься ты одна. Ты понимаешь?
- Да, понимаю. Но я себе не представляю на месте Феди кого-то другого.
- Ну, это ты пока не представляешь, пока рядом нет никого, а был бы…
- Варь, я тебя прошу, давай больше не будем об этом.
Зина снова села за стол, схватившись руками за голову.
Варя посмотрела на нее сочувственным взглядом:
- Ну, хорошо, Зин, как знаешь.
- Я завтра на кладбище схожу. К Федору и родителям вашим.
- Только и знаешь, что по кладбищам шастать. Лучше б ты по гостям ходила.
- А я сюда приехала не в гости ходить. А на могилки. И так еле вырвалась на годовщину смерти мамаши. Это мой долг. А дома дети малые ждут. И свой долг перед ними я тоже помню.
- Не такие уж они у тебя малые, хватит прикидываться. Тебя послушать, так вся твоя жизнь только из долга и состоит.
Сокрушенно покачала головой Варя:
- Чему ты детей своих учишь? Мертвых чтить и долг блюсти? Ты себя хоть со стороны слышала? Ты ж как бабка Матрена! Но та хоть старуха древняя, а тебе и сорока еще нет! Вот ты на меня сейчас обидишься, а я тебе, все же, скажу: Оля твоя, которая сейчас с ними сидит – женщина умная, очень! Неужели она тебе никогда не говорила, что ты завдовелась? Что тебе замуж пора? Вот не поверю!
- Да говорила, конечно, аккуратно так намекала, что... Варенька, да я как вспомню, как Федор мой умирал, как мучался, как поедал его этот рак проклятый… а перед самым концом, вдруг лицо его просветлело и… этот взгляд его лучистый и благостный, когда он на меня смотрел, как прошептал мне, что любит меня, я никогда не забуду. Слышишь, Варя?! Никогда!
- Да слышала я это от тебя, Зина, десять тысяч раз.
Отмахнулась от нее, как от надоедливой мухи, Варя:
- Сколько можно уже? Жизнь-то идет!
- Да не могу я так, Варя… как подумаю… чужого мужика в дом привести, к детям родным.
- А почему чужого-то? Что ты сразу о плохом думаешь? Если человек будет хороший, так он и детей твоих полюбит, как своих!
- А мои дети говорят, что лучше отца их никто любить не будет.
После этих слов Варя посмотрела на Зину таким странным взглядом, что та забеспокоилась.
- Послушай, Зинуля, а не говорила тебе твоя Оля, что ты детей своих избаловала? И что они слишком много себе позволяют? А?
Зина вдруг залилась густой краской и опустила глаза:
- Ну, если честно, то говорила… Но я так жалела их – ведь сироты. Старалась в лепешку для них расшибиться.
- А понимаешь ли ты, дорогая, что они на всю жизнь вот такими «сиротами» могут остаться? Привыкнут, что их все жалеют и начнут с тебя соки тянуть! И с окружающих. И будут канючить и требовать. Такой ли судьбы ты им хочешь? Это ли твое воспитание? Ведь взрослая жизнь их не всегда жалеть будет. И надо учиться в ней жить самостоятельно! А если так дело дальше пойдет, они до старости за твою юбку будут держаться. И все ныть. И будешь ты их, лбов здоровых, обслуживать, ты это хоть понимаешь? Или все в "долг" уйдут! Радости в жизни видеть не будут, все долг какой-то будут исполнять. И когда нужно и когда - нет. А ведь жизнь нам еще и для радости дана. Ты подумай, Зина, ну чему ты их сейчас научишь можешь? Таким примером? Дома сидеть, слезы лить, да по кладбищам шастать? Они ведь с тебя пример берут! Ты их жизнь загубить хочешь?
Зина посмотрела на Варвару такими ошарашенными глазами, что та поняла: она об этом даже не думала.
- И вот что еще скажу тебе, раз уж пошел такой разговор. Не знаю, понимаешь ты или нет, но ты новой жизни просто боишься. Страшно тебе. Как оно будет и что. Вот и прикрываешься покойным братом моим. А на самом деле просто ничего не хочешь менять. Так-то.
За столом повисла звенящая тишина. Варя и Зина сидели и смотрели друг на друга. Варя – твердо, Зина – растерянно. И тут в дверь постучали.
- Ой, принесло кого-то!
С облегчением подскочила Варя.
- Наверное, муж твой пришел? Или Ромка?
Зине тоже порядком надоел этот разговор и обе женщины с удовольствием переключились на это событие.
- У них ключи есть. С чего им стучать? Сейчас все узнаем. Кто там?
Крикнула Варя в форточку. Окно кухни было рядом с входной дверью.
- Здравствуйте, Варвара! Можно попросить дверь открыть? Пустите?
- Ой, Николай Николаевич! Конечно, какие вопросы? Сейчас откроем!
Громко крикнула в форточку Варя и повернула к Зине удивленное лицо:
- Ты смотри, Крушенков. Чегой-то его принесло на ночь глядя?
После того, как загремел в тюрьму Журченко, некому было больше вбивать ядовитые клинья между ним и Алешиной. Аля и Коля сошлись довольно быстро и поженились. Семья у них была дружная, подрастал сын. В поселке, где все на виду, никакие сплетни и гадости этой семьи не касались. Все видели, что эти двое любят друг друга и живут в полном согласии.
Конечно, у них были друзья, но Варя с мужем в этот круг никогда не входили и Зина тоже. Потому так и удивилась Варя, что пришел к ним Крушенков поздно вечером.
Она открыла дверь, вошел Николай Николаевич, Зина не видела его довольно давно. Он немного поседел, появились морщинки, но в целом выглядел отлично: видно, что живет хорошо и человек счастливый - глаза светятся.
- Здравствуйте, Варя и Зина. Ничего, что я так, по-простецки?
- Ничего. Да Вы проходите, Николай Николаевич! Раздевайтесь! Сейчас чай будем пить!
Зина подошла к вешалке, намереваясь повесить его плащ.
- Нет, Варвара, спасибо. Поздно уже. Я по делу…
- По делу? Слушаем Вас.
В голосе Варвары сквозило неприкрытое удивление.
- Да, собственно, дела-то особого и нет никакого…
Смущенно переминался с ноги на ногу Крушенков:
- Просто… день рождения у моей жены, у Али, завтра. Решили вспомнить мы молодость, пригласить старых друзей. Тем более что ты, Зина, приехала и Саша вернулся. Поэтому поводу я и пришел. Зина, Варя, мы вас приглашаем завтра к семи. Завтра пятница, на работу не надо. Варя, тебя, соответственно с мужем и детками.
- Спасибо, конечно, Николай Николаевич, но завтра мы не придем. Нас родственники в гости давно пригласили, так что не обессудьте. А вот Зина с удовольствием у вас будет.
- Правда, Зинуля, придешь?
С надеждой повернулся к ней Крушенков, а Варвара показала из-за его спины Зине кулак.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Уважаемые читатели! Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить очередную публикацию.
Также обращаю ваше внимание, что на канале выложены большие тематические подборки: 1. Фанфиков, 2. Рассказов, 3. Статей про кино.
Все доступно для чтения.
Если вам нравятся публикации на канале, его можно поддержать финансово, прислав любую денежную сумму на карту: 2200 3001 3645 5282.
Или просто нажать на кнопочку «поддержать (рука с сердечком)» справа в конце статьи.
Заранее вас благодарю!
Ну, или хотя бы поставить лайк) Вам не сложно, а автору – приятно ;)