Найти в Дзене

Самая главная моя ошибка, исповедь профессора психиатра. Почему врач, который перестал учиться, перестает быть врачом

У нас прошли первые собрания клинических ординаторов, на встрече - молодые и красивые специалисты, и меня попросили сказать слово и рассказать про успешность. Как я умудрился к 45 годам (без нескольких дней) стать профессором 6 университетов и вести клинический прием в 4 городах? Сложный вопрос, во первых я не считаю себя успешным, а во вторых о чем рассказать? Если только о том, как мне повезло и что я встретил достойных Учителей в своей жизни? Вот я и рассказал о своей ошибке, поделюсь и с вами. В 2007 году я защитил кандидатскую диссертацию. Помню то чувство: смесь гордости, опустошения и уверенности, что главный интеллектуальный марафон в жизни позади. Кстати тогда и накрыл первый депрессивный эпизод, но это так, к слову. Диплом кандидата наук лежал в красной обложке с гербом на письменном столе, а в голове поселилась мысль: «Теперь ты состоявшийся специалист. Можно выдохнуть». Это была самая главная моя ошибка. Я перестал быть ученым. Я продолжал работать врачом — принимал пациент
Оглавление

У нас прошли первые собрания клинических ординаторов, на встрече - молодые и красивые специалисты, и меня попросили сказать слово и рассказать про успешность. Как я умудрился к 45 годам (без нескольких дней) стать профессором 6 университетов и вести клинический прием в 4 городах? Сложный вопрос, во первых я не считаю себя успешным, а во вторых о чем рассказать? Если только о том, как мне повезло и что я встретил достойных Учителей в своей жизни? Вот я и рассказал о своей ошибке, поделюсь и с вами.

В 2007 году я защитил кандидатскую диссертацию. Помню то чувство: смесь гордости, опустошения и уверенности, что главный интеллектуальный марафон в жизни позади. Кстати тогда и накрыл первый депрессивный эпизод, но это так, к слову. Диплом кандидата наук лежал в красной обложке с гербом на письменном столе, а в голове поселилась мысль: «Теперь ты состоявшийся специалист. Можно выдохнуть».

Это была самая главная моя ошибка.

Я перестал быть ученым. Я продолжал работать врачом — принимал пациентов, назначал лечение, опираясь на тот багаж знаний, который у меня был. Стал самым молодым заведующим отделением на тот момент. Со мной стали советоваться. Но я перестал смотреть вперед. Науку, новые исследования, международные клинические рекомендации я воспринимал как нечто статичное, как свод законов, который я когда-то выучил. Я перестал их критически осмыслять и дополнять.

Мой профессиональный мир начал медленно, но необратимо сужаться. Я все чаще ловил себя на том, что:

  • Отмахиваюсь от новых статей словами «да это все теория, у меня практика».
  • Использую проверенные, но уже устаревающие (и небезопасные) схемы лечения.
  • Мои ответы на сложные вопросы пациентов становились все более категоричными и менее гибкими — признак того, что я перестал сомневаться и искать.

Я не заметил, как моя компетенция начала таять. Не сразу, не за год. Но с каждым месяцем, с каждым новым исследованием, которое я проигнорировал, разрыв между мной и передовой медициной увеличивался. Я все еще был опытным врачом, но рискуя очень скоро перестать быть хорошим врачом.

Переломный момент

Очнулся я примерно в 2012 году. Помню разговор с молодой амбициозной коллегой, которая вскользь упомянула о новых подходах в диагностике заболевания, которым я занимался. Я ничего не понял. Я понял, что пропустил целый пласт данных. Я не просто отстал — я безнадежно застрял в прошлом.

Это был момент горького прозрения. Осознать, что твоя главная профессиональная гордость — знания — безнадежно устарела, невыносимо больно. Словно обнаружить, что фундамент твоего дома, который казался таким прочным, на самом деле треснул и просел. Хотя, все было неплохо: зарплата, уважение, статус.

Именно тогда я принял решение вернуться в Науку. Не просто почитать журналы, а снова погрузиться в Науку с головой. Скажу честно, это было невероятно трудно. «Научные мышцы» атрофировались за годы простоя. Мир изменился: появились новые базы данных, методы анализа, требования к доказательности. Я чувствовал себя динозавром, пытающимся освоить смартфон.

Но я делал это через силу. Сперва через силу. Сначала одна статья в неделю. Потом первое собственное исследование. Потом — первые тезисы на конференции. Это было унизительно — начинать почти с нуля, будучи уже не молодым специалистом. Меня никто не знал, приходил просить и пробиваться на конференции, отстаивать свою, зачастую слабую точку зрения, быть в конце списка докладчиков. Это сейчас у меня по 10-15 докладов в месяц и не только в России. Но, тогда, другого пути не было.

В 2017 году я защитил докторскую диссертацию. Десять лет между двумя защитами — это не история о триумфе. Это история о потерянном времени и втором шансе.

Посыл, который я вынес для себя и хочу донести до каждого молодого коллеги:

Медицина — это не тело знаний. Это — поток.

Застыть в этом потоке — значит начать движение назад. Наши дипломы и степени — это не финишные ленточки, а пропуски на старт вечной гонки за новыми знаниями.

Моя родна кафедра в Уфе
Моя родна кафедра в Уфе

Врач, который перестает развиваться, совершает предательство по отношению к своим пациентам. Он предлагает им вчерашние решения для сегодняшних проблем. Он лишает их права на лучшее, уже существующее лечение только потому, что ему самому остановиться было удобнее.

Сегодня мой диплом доктора наук лежит в столе рядом с кандидатским. Я иногда смотрю на них и вижу не два достижения, а один большой бесконечный урок. Первый диплом — это proof of intellect (подтверждение интеллекта). Второй — proof of growth (подтверждение роста).

Не повторяйте моей ошибки. Не позволяйте своим дипломам стать музейными экспонатами. Читайте, спорьте, сомневайтейтесь, исследуйте. Ваши пациенты приходят к вам не за вчерашней медициной. Они приходят за лучшей медициной на сегодняшний день. И только от вас зависит, сможете ли вы им ее дать.