Анфиса выросла в маленьком городке, где время текло медленно, как вода в заболоченной речке, а улицы пахли пылью, яблоками из садов и тихой тоской. Ее мир был окрашен в два цвета: серый — отцовское отсутствие, и выцветший ситец — вечное усталое платье матери.
Ее мать, Клавдия Петровна, была женщиной с потухшим взглядом и руками, исчерченными от работы на консервном заводе. Ее жизнь остановилась в семнадцать лет, когда гастролирующий артист драмтеатра, красивый и пахнущий дорогим табаком мужчина, нашептал ей сказку на два летних вечера и исчез навсегда, оставив на руках ребенка и клеймо «гулящей девки».
Главной, шокирующей тайной детства Анфисы был не отсутствие отца, а его образ, который мать создавала для нее. В пять лет Анфиса спросила:
- Мама, а папа красивый?
Клавдия Петровна, чистя картошку, на секунду замерла, а потом сказала в пространство:
- Красивый. И умный. Он артист. Из большого города. Уехал на гастроли. Надолго.
Эта красивая ложь стала для Анфисы спасительной соломинкой. Она сочиняла целые истории о своем отце-артисте, который вот-вот вернется за ними с мамой и увезет в свою блестящую жизнь. Она писала ему письма в тетрадке в клеточку и прятала их под матрас.
Правда пришла позже, жестко и бесповоротно. В тринадцать лет Анфиса, возвращаясь из школы, стала свидетельницей разговора матери с соседкой, тетей Шурой, на лавочке у подъезда.
- ...а тот твой артист-то, Клава, слышала, в Москве осел. Женился на какой-то богатой. Детей у них, поди, куча. И небось и не вспоминает про твою Анфиску-безотцовщизну.
Анфиса замерла за углом, прижав к груди портфель. Она ждала, что мать засмеется, назовет это сплетней. Но вместо этого услышала тихий, сдавленный вздох Клавдии Петровны:
- И слава богу. Лишь бы сюда не объявился. Нам и без него хорошо.
В тот вечер в доме разразилась страшная сцена.
- Почему ты врала? — кричала Анфиса, впервые в жизни не сдерживая эмоций, тыча перед носом у матери той самой тетрадку с письмами. — Почему ты говорила, что он артист и вернется? Он нас бросил! Он предатель! А ты... ты тоже врала!
Клавдия Петровна, вместо того чтобы утешить, ударила ее по лицу. Резко, с надрывом.
- Молчи! Чтобы я больше никогда не слышала про него! Ты хочешь правды? Правда в том, что он даже фамилии своей нам не оставил! Сказал: «Родится — сама как-нибудь назовешь». Я тебя одна подняла! Одна! А ты его идеализируешь! Он — ничто! Пустое место! Запомни это!
Это был шокирующий момент прозрения. Ее отец был не мифическим героем, а подлым трусом. А мать — не несчастной вдовой, а обманутой, озлобленной женщиной, которая годами кормила ее сладкой ложью, потому что не могла вынести горькой правды. В тот день девочка Анфиса умерла. Родилась девушка, которая больше всего на свете боялась лжи и предательства и жаждала настоящей, прочной, надежной любви.
Другой травмой стала ее первая любовь. В шестнадцать она встретила Сергея, старшеклассника из соседней школы. Он был похож на того самого отца из ее грез — красивый, с гитарой, с горящими глазами. Он писал ей стихи и целовался за гаражами. Анфиса отдала ему все свое доверие, накопленное за годы одиночества.
Как-то раз она прибежала к своему другу детства, тихому и верному Славику, вся в слезах.
- Он не приходит! Не звонит второй день! Может, он заболел?
Славик, бледнея, отвел глаза.
- Фис… Не надо его. Я вчера видел его с Лидкой из своей школы. Они… в общем, они вместе.
Она не поверила. Побежала искать его сама и нашла. У того же гаража. Он сидел в обнимку с другой девочкой и рассказывал ей те самые стихи, которые неделю назад посвящал Анфисе. Увидев ее, он не смутился, а лишь усмехнулся.
- Анфис, не делай трагедию. Все же так делают. Просто поиграли и разошлись.
Слово «играли» ранило ее больнее ножа. Она превратилась для него в игрушку, которую можно выбросить. Это было второе предательство, подтвердившее ее главный страх: ее бросают те, кому она верит.
После школы она поступила в педагогический институт в столице. Поезд увозил ее от серого городка, от уставшей матери, от воспоминаний о предательствах. Клавдия Петровна, провожая ее, впервые за долгие годы обняла ее и расплакалась.
- Прости меня, дочка, за все. Устройся там. Найди хорошего, правильного мужчину. Надежного. Не как мой… Не как твой… Не как все они.
Это «все они» прозвучало как приговор. Анфиса кивнула, глотая слезы.
- Найду, мама. Обязательно найду.
В большом городе она чувствовала себя потерянной и одинокой. Она жила в общаге, ходила на пары, а по вечерам смотрела в окно на огни чужих, благополучных жизней. Она жаждала той самой «крепости» — надежности, верности, прочности. Она боялась повторения судьбы матери.
Именно в этот момент юности и тоски в ее жизни и появилась Анастасия. Они познакомились в библиотеке. Анфиса искала книгу для реферата, Настя — кого-то, кто мог бы сделать за нее этот реферат. Яркая, уверенная, громкая Анастасия с ее дорогими духами и модной одеждой казалась Анфисе существом с другой планеты.
- Слушай, ты же на педе? — без тени сомнения подсела к ней Настя.
- Ты ж в этом шаришь! Выручи, а? Я тебе потом отличное кофе угощу в самом крутом месте!
Анфиса, не умеющая отказывать, робко согласилась. Кофе превратилось в прогулки, потом в походы в кино. Настя ворвалась в ее жизнь как ураган — с советами, историями о поклонниках, с модными журналами. Она стала тем проводником в новый мир, которого так не хватало робкой провинциалке. Анфиса доверяла ей, потому что Настя была прямой противоположностью всем, кто ее предавал: она была всегда здесь, всегда рядом, всегда готова рассказать, «как все устроено на самом деле».
- Мужчины все — сволочи, — поучала Настя, потягивая коктейль.
- Им нельзя верить. Только использовать. Запомни это, Фисочка. Ты слишком добрая, тебя сожрут.
Анфиса слушала и молчала. Она не хотела использовать. Она хотела верить. И найти того единственного, кто разрушит эту ужасную аксиому.
И когда через год на одной из вечеринок она встретила Валерия — спокойного, с серьезными глазами, с уверенными манерами, — ей показалось, что она нашла его. Противоядие от отца-предателя и первого парня-изменника. Скалу, о которую разобьются все волны невзгод.
Она рассказала о нем Насте, ожидая поддержки. Но та лишь хмыкнула:
- Ну-ну. Смотри, чтобы твоя скала не оказалась плавучим торосом. Я присмотрю за ним за твоей спиной, не бойся.
Анфиса тогда лишь рассмеялась, приняв это за шутку. Она не могла и предположить, что ее лучшая подруга, циничная и разбитная Анастасия, станет живым воплощением всех ее кошмаров, собранных в одном лице. И что крепость, которую она будет так старательно строить, начнут рушить не снаружи, а изнутри — те, кого она впустила в свои самые защищенные стены.
Продолжение здесь
Прочитать первую часть можно здесь
Делитесь своим мнением в комментариях!
Подписывайся, чтобы не пропустить самое интересное!