Долгие годы российский режим держался на простом ресурсе — нефтегазовых доходах. Всё остальное, от идеологии до военных парадов, было лишь оболочкой. Экспорт нефти и газа формировал бюджет, позволял элитам богать, населению получать социальные подачки, а Кремлю — строить образ «энергетической сверхдержавы». Но теперь именно эта опора становится слабым местом.
1. Газ и нефть как символ власти
Удары ВСУ по Южному газопроводу (YGP) и нефтяным объектам открыли новую страницу войны. Это не просто разрушение инфраструктуры — это атака на саму основу режима. Если неделю назад Россия потеряла около 21% газовых мощностей, то уже сейчас речь идёт о приближении к 38%. Для экономики это не частная авария, а системный перелом.
Нефть и газ — главный источник доходов бюджета. Их доля в экспорте и валютных поступлениях достигает 45–50%. Потеря трети мощностей означает, что Россия лишается почти пятой части бюджета, а значит — денег на армию, на пенсии, на удержание регионов.
2. Экономика: формула дефицита
Формулу сегодняшней России можно записать так:
Бюджет = (нефть + газ) – (война + социальные обязательства).
При сохранении военных расходов на уровне 10 трлн рублей в год и падении нефтегазовых доходов на 30–40% дыра в бюджете становится необратимой. Девальвация рубля ускоряется, инфляция съедает доходы.
Региональные бюджеты, и без того сидящие на дотациях, начнут испытывать дефицит уже в 2025 году. Это означает рост долгов субъектов, задержки зарплат бюджетникам, сворачивание социальных программ.
3. Психология и общество
Критическая особенность нефтегазовой зависимости в том, что её крах чувствует каждый. Рост цен в магазинах, падение рубля, перебои с топливом — всё это превращается из абстрактных новостей в личный опыт.
До 20% потерь население могло списывать происходящее на «трудности». Но когда речь идёт о 38% — это уже системный кризис. Люди начинают связывать повседневные проблемы напрямую с Кремлём: «не справляется». В массовом сознании возникает трещина между мифом о «сильном лидере» и реальностью.
Сегодня большинство россиян воспринимает удары по нефтегазовой инфраструктуре как «где-то там, далеко». Но связь проста: каждая пробитая труба и каждая горящая нефтебаза завтра превращаются в цену на бензин у заправки, в рост цен на продукты и в обесценивание зарплаты. Люди ещё не осознают всей степени этой зависимости — и именно в этом парадокс момента. Причина и следствие пока разорваны в сознании, но связаны железной логикой экономики.
4. Элиты и «сигнал о конце»
Элиты всегда верны Путину, пока он обеспечивает их доходы. Но нефтегаз — главный источник этих доходов. Когда трубы горят, а нефтехабы взрываются, элиты начинают искать новые варианты.
Здесь работает логика, описанная Ричардом Пайпсом: собственность и власть взаимосвязаны. Там, где власть не способна защитить собственность, она теряет легитимность. В 1917 году это привело к отказу элит от царя, в 1991 году — к отказу номенклатуры от СССР. Сегодня — к нарастающему недовольству окружения Путина.
5. Исторические параллели
- СССР 1980-х. Падение цен на нефть, Афганистан, гонка вооружений — и крах системы, которая ещё недавно казалась вечной.
- Британия 1956-го. Потеря Суэцкого канала обернулась концом имперских амбиций.
- Россия сегодня. Крымский мост и нефтегазовые трубы — главные символы путинской эпохи. Один рушится под ударами дронов, другой дымится под ракетами.
История показывает: империи не рушатся в момент военного поражения. Они рушатся, когда теряют экономический фундамент.
6. Вероятность смены власти
Если потери нефтегазовой инфраструктуры достигнут 38%, мы получим:
- Финансовый кризис — дыра в бюджете и падение рубля.
- Социальный кризис — недовольство населения, рост протестного потенциала.
- Элитный кризис — утрата веры в «гаранта» и поиск альтернатив.
- Символический крах — исчезновение мифа о «сверхдержаве».
Вероятность смены власти в горизонте ближайших лет в таких условиях становится очень высокой. Это уже не предположение, а прогноз.
7. Подведение
Нефть и газ — главная опора российской власти. Пока они обеспечивали доходы, система казалась устойчивой. Теперь удары по этим ресурсам разрушают и экономику, и доверие.
Сколько процентов осталось Путину до краха его власти? Десять? Пять? Три? Этот счёт уже пошёл.
А вы как считаете:
- какая цифра станет точкой невозврата — 38%, 50% или меньше?
- что сильнее удерживает режим — страх или труба?
- и кто первым из элиты осмелится сказать: «царь больше не настоящий»?
#Россия #Экономика #Нефть #Газ #Политика #Путин #Украина