Она умела улыбаться так, что никто не догадался бы, как ей тяжело.
На работе шутила с коллегами, дома хлопотала на кухне, в телефоне оставляла смайлы и сердечки. А внутри — пустота.
Она не помнила, когда в последний раз её слушали по-настоящему.
Когда слова не обрывались на полуслове: «Да ладно, не переживай, всё нормально». Каждый вечер она ждала, что рядом спросят: «А как ты сама?»
Но спрашивали другое: «Что на ужин?», «Ты заплатила за интернет?», «Где мои носки?» Иногда ей казалось, что она превратилась в фон.
В удобную декорацию чужой жизни.
Свет в прихожей, который горит всегда, но никто на него не смотрит. И от этого хотелось кричать. Или исчезнуть.
Но она снова улыбалась и говорила: «Всё хорошо». Женщины часто учатся этому с детства.
«Не будь обузой», «не плачь», «будь хорошей девочкой».
И она правда научилась — держать лицо, не показывать слабость, не требовать лишнего. Но вместе с этим она научилась ещё одному — стирать себя.
Вместо живых чувств — «нормально».
Вмест