Замдиректора Евразийского бюро Медиакорпорации Китая Шао Цзяньгуан рассказывает о своей поездке в город-герой Волгоград.
В год 80-й годовщины Победы в Великой Отечественной войне я в составе группы иностранных журналистов, организованной Департаментом информации и печати МИД России, прибыл в город-герой Волгоград, восхищающий меня давно. Ранним утром в начале июня, под характерным для Восточно-Европейской равнины безоблачным небом, рейс SU1180 приземлился в аэропорту Волгограда. Ступив на землю, я ощутил в теплом ветре с Волги будто бы легкую стальную прохладу — даже воздух в этом городе, некогда известного как Сталинград, пропитан горячей и суровой историей.
День первый: Мемориал, отлитый из стали — безмолвная сила Мамаева кургана
Мы проехали через центр города и издали увидели на холме величественную фигуру с мечом, устремленным в небеса — монумент «Родина-мать зовет!». С детства преисполненный почтения к героям Сталинградской битвы, я с тем же чувством благоговения медленно поднимался по каменным ступеням, и громадная серо-белая скульптура постепенно представала передо мной во всем великолепии: развевающиеся на ветру одежды матери подобны бушующим волнам, ее правая рука с гигантским мечом рассекает облака, а левая устремлена к противоположному берегу Волги. Как рассказал гид, высота статуи — 85 метров, вес — 8000 тонн, она выполнена из железобетона и облицована стальными плитами, являясь одним из самых высоких нерелигиозных памятников в мире. Как символ российского патриотизма, она изображена на банкнотах и марках, а также включена в список «Семи чудес России».
Историко-мемориальный комплекс «Героям Сталинградской битвы» на Мамаевом кургане был спроектирован советским скульптором Евгением Вучетичем и открыт в 1967 году. Его сердце — мемориальный зал и монумент «Родина-мать зовет!». С гордостью гид показывал нам черно-белые чертежи и фотографии сборки монумента, рассказывая, что ежегодно сюда приезжает более 2 миллионов туристов, чтобы ощутить жестокость войны и ценность мира.
Войдя в Зал Воинской Славы в мемориале, я увидел гранитные стены, на которых высечены имена 7200 павших героев. Под куполом в центре зала — «рука бессмертия», серо-белая скульптурная рука, высоко поднимающая вечный огонь. Громкий стук каблуков часовых во время смены караула эхом разносился по круглому залу. Мы, более десятка иностранных журналистов из восьми стран, молча возложили красные гвоздики к вечному огню. С момента той битвы прошло 82 года, но имя каждого героя, каждая минута смертельной схватки остаются в памяти. Мне словно вновь довелось побывать в Музее войны сопротивления японским захватчикам у крепости Ваньпин у моста Лугоуцяо в Пекине.
Сталинградская битва стала переломным моментом на Восточном фронте Второй мировой войны, а Мамаев курган был стратегической высотой Сталинграда, за которую советские и немецкие войска вели кровавые бои в течение 135 дней. Холм был разрушен артиллерийским огнем, земля пропитана кровью. После войны это место было выбрано святыней в память о жертвах и Великой Победе народа. Осколки металла, оставшиеся после боев, покрыли холм; при строительстве мемориала люди даже полагали, что металла здесь больше, чем земли.
Шрамы войны на Волге. Днем мы отправились на прогулку на теплоходе по Волге. Исторические памятники и современные постройки на берегу рассказывали историю героического города — историю прошлого и настоящего. На величественном Волгоградском мосте непрерывным потоком ехал транспорт. Вдали на берегу тихо стояли Музей-панорама «Сталинградская битва» и руины Мельницы им. Грудинина (Гергардта). Это здание паровой мельницы, построенное в 1903 году, с краснокирпичными стенами, испещренными пулеметными гнездами и пробоинами от снарядов, похожий на скелет, изгрызенный гигантским зверем. Осенью 1942 года советские войска удерживали здесь оборону в течение 58 дней; каждая трещина на кирпичах — знак «ни шагу назад», так мельница стала важным опорным пунктом в обороне города.
Недалеко от берега Волги, в стеклянном павильоне, покоится ржавый корпус бронекатера БК-31. На фоне искусственной ряби он безмолвно повествует о жестоких боях тех лет. Многочисленные пробоины от снарядов разных калибров на палубе и борту все еще хорошо видны, башня в основном не повреждена. Этот бронекатер пролежал на дне Волги 75 лет, был случайно обнаружен, поднят на поверхность и после двух лет реставрации выставлен в специальном стеклянном «саркофаге». Говорят, что в тех боях участвовало 8 катеров этой серии, но обнаружены были останки только этого — яркое свидетельство ожесточенных сражений тех лет.
День второй: Пульс города, возрожденного из пепла
Храм веры и искупления. Золотые купола собора Александра Невского сияли в утреннем свете. Это православный собор, восстановленный в память о жертвах Сталинградской битвы. При свете свечей лики святых на фресках странным образом сливались со стальными шлемами бойцов Красной Армии — война и вера, казалось, примирились здесь. На фресках собора изображены не только библейские сюжеты, но и различные чудеса, явленные русским солдатам. Поднявшись на колокольню, мы услышали звон православных колоколов; колокола разных размеров, от 12 тонн до нескольких килограммов, висели на мощных балках.
Безмолвный фронт медицинской службы. В Музее истории Волгоградского государственного медицинского университета выставлены окровавленные хирургические инструменты и полевые медицинские карты. Черно-белые фотографии складываются в картины героического сопротивления российского народа вторжению немецких фашистов. Спустя 80 лет это место по-прежнему является святыней для студентов, посвятивших себя медицине, со всего мира.
Музей-панорама сплетает воедино пространства и времени. Войдя в Музей-панораму «Сталинградская битва», мы мгновенно перенеслись на поле боя января 1943 года. В нижнем зале хранятся ценные экспонаты военных лет, а в верхнем висит крупнейшая в России панорама «Разгром немецко-фашистских войск под Сталинградом»: советские солдаты ведут рукопашный бой с немецкими танками; по замерзшей Волге группы снабжения двигаются под бомбежкой; подбитый самолет, объятый пламенем, пикирует на позиции врага; немецкие военнопленные, понурив головы и сжавшись, колоннами выводятся с поля боя. Гигантское полотно внизу органично соединяется с макетом местности: стрелковые ячейки, заснеженные окопы, блиндажи из огромных бревен — все выглядит настолько живо, что не сразу понимаешь, где заканчивается картина и начинается макет, создавая мощный трехмерный эффект, переносящий посетителей прямо на поле боя.
День третий: От дыма истории к пламени мира
Стальное ядро молодежи из «Авангарда». В оборонно-спортивном лагере «Авангард» в рабочем поселке Средняя Ахтуба на окраине Волгограда подростки со всей России проходят обучение по современным методом ведения войны, курс обычно длится две недели. Здесь они учатся управлять дронами, стрелять, занимаются физической подготовкой, изучают приемы информационной войны. Родители также могут сопровождать их. В огромной белой палатке группа детей собралась вокруг чернокожего мужчины, изучая бокс. Тренер родом из США, был довольно известным боксером, а теперь преподает по всему миру. Он сказал, что ему очень нравится Волгоград, отметив, что здесь тихо, дети жизнерадостные, нет наркотиков. Мы встречали в лагере группы подростков, которые четкими возгласами приветствовали журналистов. На их юных лицах мы видели, что память о Великой Отечественной войне уже вписана в ДНК российского народа. В их юных глазах — ненависть к войне и жажда мира.
Восточное эхо на берегах Волги
Прогуливаясь по Центральной набережной Волгограда, я видел, как дети резвятся у «художественного» фонтана, отец фотографирует ребенка, мать прогуливается с коляской, несколько женщин продают цветы, а из ресторана доносится музыка. Вдали, у Волги, кажется, до сих пор слышны приветственные возгласы с «Волгоград Арены» времен Чемпионата Мира по футболу 2018 года.
Трех дней, конечно, недостаточно, чтобы познать город с миллионным населением, но в Волгограде я увидел, что мир — это не отсутствие войны, а прозрение, выкованное плотью и кровью миллионов. Только народ, готовый и способный сражаться, достоин мира. В Волгограде я словно побывал в Нанкине зимой 1937 года, в Шанхайском складе Сыхан, оборонявшемся в битве Сунху, и у Великой Китайской стены в Сыфэнкоу. Мы, китайцы, понимаем такую память, ведь у нас тоже есть нанкинские колокола, оружейная пальба у склада Сыхан и кровавые следы на стене в Сыфэнкоу. В слезах Нанкина, Шанхая, Великой стены и Сталинграда отражается один и тот же рассвет, озаряющий всех, кто сражался за свободное дыхание и мирную жизнь.