Валентина Григорьевна Симакова: Я — для мира. Моё счастье в том, чтобы помогать и мотивировать.
— мастер-тренер высшей квалификации по фитнесу и бодибилдингу, диетолог, нутрициолог, скульптор женских тел, основатель концепуии «Тело под Ключ», номинант 2х премий - лучший эксперт в области трансформации женского тела – 2025
Валюша Счастье — так представляется Валентина Григорьевна новым клиентам, в бизнес-кругах, на теле и радио-эфирах. И поводы для этого у неё самые веские. Её жизнь — пример того, когда счастье возникает не благодаря, а вопреки. Её история — дарит надежду тем, кто утратил её полностью.
Свою миссию она определяет так:
“Моя основная задача — делиться. Делиться всем, что у меня есть. Не только знаниями и умениями. Но силой, энергией, любовью.
Женщинам — обрести их идеальное тело. Я учу осознанно питаться, правильно выстраивать физические нагрузки, рассказываю какие массажные и косметологические процедуры им необходимы чтобы быть здоровыми, и заботиться о себе по-настоящему.
Ко мне приходят с разными проблемами, болями, горем, болезнями, нуждами… моя миссия - помощь в трудную минуту. Все с чем когда то столкнулась я, помогает мне теперь делиться своим состоянием и энергией для других людей.
Женщинам пережившим развод с любимым человеком, не потерять себя, найти свою миссию, улыбаться этой жизни, расправить крылья.
Матерям, потерявшим своих сыновей на войне, я помогаю пережить горе и найти свой путь.
Больным с онко диагнозами в запущенных стадиях я помогаю настроить мозг на то, чтобы выздороветь полностью”.
Есть опорные точки в судьбе, которые формируют нас как личность. И когда меня спрашивают, что меня сделало такой, какая я сейчас, я вспоминаю как…
Мне было 7. У нас была собака Ресси. Она начала рожать, а папы не было. Роды были ночью. Мама меня подняла и сказала идти к Ресси, а сама стояла за дверью и читала мне книгу, как принимать роды у собаки. Было 6 щенков. Я отрезала пуповину, перевязывала ниткой, вычищала у них пленочки из рта, делала искусственное дыхание, Всю ночь это длилось. Потом я вымыла кровь, все почистила и только тогда мама меня выпустила из коридора. Я пошла спать и проснулась от того, что она меня звала. Перед дверью стояла коробка, в которой было 5 утопленных мертвых щенков. Одного она оставила, чтобы сцеживать молоко… Я помню как я несла эту коробку и рыдала. Наверное, в то утро я и стала взрослой.
Однажды в 13 лет я пришла домой из школы и родители сказали: “Мы устали тебя кормить. Вот кубышка, сюда ты должна будешь класть деньги на свою еду. Так как сама ты устроиться пока не можешь, папа устроит тебя дворником у себя на работе, ты будешь убирать с 5 утра 3 дома. А я устрою тебя в школе, где ты учишься, уборщицей, и ты там будешь отмывать унитазы. С этого момента рук у меня не было, все было стёрто в кровь, потому что огромным железным копом я должна была откалывать лед метровки вдоль дороги и лестницы в подьезды. Меня спасло то, что в 14 лет я начала ездить за границу, чтобы закупать там шубы и здесь продавать. Это был наш совместный с мамой челночный бизнес.
В 21 год, когда я попала с перитонитом матки в больницу, по выходе я обнаружила, что у меня нет ни денег, ни бизнеса. “21 день ты лежала и отдыхала, а я работала, — сказала мама. — Поэтому у тебя теперь бизнеса нет”. Это был мой первый урок, что можно в один день остаться на улице без всего. Лет через 10 я спросила: “Как ты могла так поступить?” На что она ответила: «Запомни, нет ни друзей, ни тех, на кого можно положиться, ни родственников. В бизнесе есть только деньги».
Меня часто спрашивают: “Почему вы берете людей в работу бесплатно?” Две причины: для меня бизнес, в котором нет человечности — мёртв. У меня было много бизнесов и в каждом для меня на первом месте - люди. Читая эту статью каждый из них подтвердит мои слова! И вторая причина — я беру тех, кто на дне, они уже всё прошли: огонь, воду, медные трубы, они ни во что не верят. И тут я — та, что понимает их боли и протягивает руку помощи.
Что касается онкобольных, я знаю их боли с того момента как моему сыну диагностировали рак. Ему было 18, когда мне позвонили из больницы, куда он случайно попал по скорой, и сказали: “Приезжайте, заберите его. У него четвертая последняя стадия, метастазы в легких за брюшиной. Два месяца осталось, ищите хоспис, смерть будет тяжёлая”. Но я не собиралась сдаваться. И чудом через череду перипетий мы попали к очень хорошему врачу. Он предупредил, что шансы — 0,00001 %. Но это был наш процент. Сын мне говорит: “Я умираю”. Я ему: “Нет, ты будешь жить. Извини, но ты мне нужен”. “Тогда обещай, что я не буду лысый” — “Конечно, обещаю. Не будешь”. Ему поставили сильнейший препарат и не было гарантий, что после этой капельницы он проснется. Всю ночь я была у него в ногах, а наутро он открыл глаза и сказал: “Мам, привет”. Конечно же он полысел, страшно ругался. Но он вылечился. И я знаю, как человека надо настроить, чтобы он опять захотел жить.
Жизнь — она сейчас, в это мгновение. Мы не должны сдаваться ни при какой ситуации.
Когда сын погиб, несмотря на то, что мне дико больно, мне его не хватает рядом, его смеха, улыбки, объятий, глубоких смысловых разговоров, четкой мужской позиции, я поняла, что у меня больше нет чувства громадной ответственности за него,так как он стал хорошим человеком. И поэтому уходя на СВО он спросил: “Мам, ты будешь очень сильно расстроена, если я погибну?” — Я ответила - “Ни за что не хочу тебя потерять. Но я знаю, что ты от этой жизни взял все, что мог. И погибнуть воином за свою страну - это героический поступок мужчины. Твои дедушки и бабушки воевали за свою родину. Ты успел полюбить, жениться, развестись, повоспитывать детей, полечиться, ты реализовался в профессии и добился невероятного карьерного роста, какого и я в свои 50 не могу достичь. И при этом тебя везде уважает и любят. Ты любимчик у всех, как я всегда говорила - ты мой Пасхальный подарок от Бога.
И теперь, спустя год после его гибели, я чувствую его присутствие в каждом моем новом начинании, моем деле, моем дне. Он всегда был и останься моим пчелкой и моим всем. У меня сейчас нет никаких ограничений : я могу расправлять крылья и лететь, куда хочу. Его напутствие мне перед уходом: “Мам, проживи, пожалуйста, свою жизнь счастливо”. И сейчас я это делаю. Не строю планы. Просто живу. И то, что мне помогает так жить — вера.
Позапрошлой зимой я пошла работать в такси после того, как в один день осталась без жилья, без любимого мужа,без работы, на улице с малюсеньким щенком и тремя кошками. Другой работы я не могла себе позволить, так как щенок должен был выгуливаться по три, четыре раза в день. За пару месяцев за рулем я обросла клиентами, меня знал весь район, но в марте, когда снег сошел и можно было спокойно работать, я пришла сдавать машину: у меня слишком много знаний, чтобы сидеть за баранкой. Мне было в кайф, я много общалась с людьми, но работать по 12 часов в день тяжело. Я разложила на полу все свои дипломы и поняла: все они связаны с красотой. Женской красотой. И пошла сначала в тренажерный зал, потом в массажный салон и везде в найме — такой изматывающий и бессмысленный труд. А потом родился мой проект “Тело под Ключ”, в котором я на три месяца беру женщин под своё крыло: бесплатно консультирую по питанию и силовым тренировкам, если нужно подключаем антицеллюлитный или липоскульптурирующий массаж, который делаю своими руками. И вот эти истории “До” и “После” — они поражают. Это не только про внешнее преображение — похудение или набор нужного веса, не только про омоложение и блеск в глазах. Это про возвращение себе достоинства, самоуважения, любви к себе.
Я хочу передать людям ощущение силы. Мы можем всё. Возрождаться из пепла. Выздоравливать от тяжелых болезней. Уходить из несчастливых отношений и строить счастливые. Мы можем всё. Но нужна воля, осознание ценности жизни, здоровые цели. И тогда нет ничего невозможного для любого из нас. Даже для маленькой хрупкой женщины.