«25 июля 1985 года. Аэропорт Кабул. Приземлились. Невыносимая жара, под 40 градусов. Два вертолета Ми-8 с опознавательными красными крестами стояли неподвижно у края взлетной полосы. Рядом – с десяток санитарных автомобилей. По отточенным движениям врачей и санитаров понял сразу: раненых много. Подошли ближе. Ко мне подбегает солдат в почти черном комбинезоне: «Командир, дай сигарету».
– Не курю.
– А жаль…
– Откуда такие потери?
– На мине подорвался весь взвод...»
Эти строки – из личного дневника подполковника медслужбы в отставке Николая Михайловича Невара. Свои короткие записи офицер сделал в Афганистане, где служил с июля 1985 по июль 1987 года. От звонка до звонка…
1.
Та война ворвалась в медицинскую биографию Николая Невара смерчем. И без того неспокойная служба врача то и дело кидала его на грани чужих судеб. Но то были вызовы на случайные легкие порезы, обычные травмы… А тут – самое пекло войны. У каждого раненного и контуженного -- своя боль.
Майор Николай Невар до отправки в Афганистан успел послужить в спокойной и благополучной Белоруссии, в Печах, и в Группе советских войск в Германии, в Дрездене -- старшим офицером медслужбы 1-й танковой армии. И вдруг -- резкая смена места службы, а с ней – климата, ощущений, особенностей медицинской работы.
Но сначала – короткий эпизод на военном аэродроме в Смолевичах, который впервые приблизил врача к реалиям той войны. Он описан в дневнике Николая Невара несколькими предложениями…
«12 июля 1985 года. Аэропорт Смолевичи. Авиарейс «Минск – Ташкент». Здесь я впервые увидел мужские «афганские» слезы. Седой майор рыдал так, что из авиапассажиров мало кто оставался равнодушным. Плакали рядом и жена, и две взрослые дочери. Их слезы опережали события: как я узнал позже, офицер погиб через месяц после возвращения из очередного отпуска...
Тогда я с ним познакомился в самолете. Он первый мне рассказал, что видел в Афганистане за год службы, и что меня ожидает. От него я и получил свой первый инструктаж и первые теоретические уроки афганской войны. На прощание в аэропорту Ташкент он пожал мне руку. Пожелал удачи и ушел. Ушел навсегда!»
В Ташкенте Николай Михайлович прошел медосвидетельствование и небольшую двухнедельную стажировку.
«14 июля 1985 года. Окружной военный госпиталь Ташкент. Сколько раненых с той стороны! Какие хирурги, какие специалисты! Все -- с боевым опытом. Радуюсь за военную медицину, завидую…»
В конце июля он самолетом вылетел в Кабул. Именно в те дни с ним произошел эпизод, который описан в начале этого материала…
-- Первое ощущение -- нехорошее, -- вспоминал «афганец». -- Я увидел, как приземлились санитарные вертолеты и ко мне подбежал контуженый солдат с просьбой закурить. Он даже не понимал, кто я и почему стою рядом, а я опешил…
2.
В Афганистане майор Николай Невар был назначен на должность старшего офицера медицинской службы 40-й армии. Он курировал выезды подразделений на боевые операции, отвечал за лечебно- эвакуационные вопросы.
-- Эвакуация из района боевых действий была непростым делом, -- вспоминал он. -- Я распределял санитарный транспорт, который стоял в готовности к выезду или вылету -- санитарные машины, самолеты и вертолеты. При необходимости заказывал самолеты из Союза для эвакуации в медицинские учреждения страны. У меня был прямой телефонный выход на ставку Южного направления, в Баку, на командующего 40-й армией в Кабуле и на Москву.
Николай Михайлович практически каждый день видел тех медиков, кто сам работал на передовой.
«Апрель 1986 года. Боевая операция… Прапорщика Талаляна я знал раньше по службе. Открытый, добродушный, опытный фельдшер. Весь госпиталь уважал его.
…Я узнал его по глазам... БТР остановился. Он бросился ко мне с еле заметной улыбкой, пытаясь обнять, но не смог – закричал от боли. Чуть позже, успокоившись, рассказал: «Раненых было много. Я оказывал медицинскую помощь, бегал от одного к другому. Перевязывая раненого с проникающим осколочным ранением грудной клетки, я даже не почувствовал свою боль, что сам серьезно ранен. Моя левая кисть висела на кожном лоскуте. Еще пытался зафиксировать повязку раненному сержанту, жгут на левую руку наложил и обезболил себя сам. И все. Поплыл…»
За этот подвиг прапорщик Талалян был представлен к ордену Красной Звезды.»
Организация лечебно- эвакуационных мероприятий – такова зона ответственности Николая Невара. Прием, сортировка и дальнейшая эвакуация раненых по предназначению. Сводку о санитарных потерях получал Николай Невар со всех учреждений армии. В 18.00 ежедневно докладывал командующему армией, в центральное военно-медицинское управление, медицинскую службу ставки Южного направления.
«Кабул. Советский госпиталь. Десятки отделений, в основном, с боевой патологией. Есть и палаты, где лежат самые тяжелые раненые. Здесь работают доктора медицинских наук, сотрудники Военно-медицинской академии. Оперируют день и ночь, делая свое дело профессионально, с высочайшей ответственностью за жизнь каждого солдата. Жаль ребят…
Палата «ампутантов», так ее называют. Здесь самое каменное сердце не сможет сдержать боль. У многих ампутированы верхние и нижние конечности. Смотрят безжизненные глаза. Смотрят в никуда, прямо. покойно. О чем думают эти ребята? «Скажите, доктор, как жить дальше?». Что я мог ответить? Будем жить!!!
Не смог спеть в этой палате и Валерий Леонтьев. Расплакался. Ушел в ординаторскую. «Не могу, не могу я!!! Как хотел спеть», -- сквозь слезы прошептал. А вызвать его аплодисментами ребята не могли…»
3.
Спрашивал врача: не боевые потери были часто? Николай Михайлович отрицательно качал головой. На бытовые травмы тогда мало обращали внимания. Жив – и хорошо! Хотя все они впоследствии тоже сказались, но в Афганистане по поводу инвалидности или пенсии вообще никто не задумывался.
«14 июня 1987 года. Кабул. Нахожусь в движении, в кабине, рядом с водителем. Идет эвакуация раненых на аэродром в лечебные учреждения СССР. …Легкий щелчок -- и что-то тихо просвистело у правого уха. Что это?
-- Вам повезло, товарищ подполковник, – ухмыльнулся водитель. – Это работа снайпера. Они здесь часто подстреливают. Смотрите.
В правом верхнем углу лобового стекла я увидел еле заметное отверстие. Так это смерть прошла в пару сантиметрах от виска – мелькнула мысль. Глубокий выдох. Везучий. Пуля застряла в обшивке задней стенки кабины. Пулю изъял. Сувенир на память».
И вот – возвращение домой. Какие ощущения?
«24 июля 1987 года. Аэропорт Кабул. Ливень. На взлетной полосе -- Ил-76. Возвращаюсь в Союз. И опять рядом санитарные вертолеты «Биссектриса». Опять раненые. Душа рвется к ним. За два года я слился с ними. Сколько еще будет раненых?..
Ил-76 взмывает в небо. Дружное «Ура!» при пересечении границы. Ташкент. Встреча с семьей. Сколько радости, а на душе неспокойно… Я исполнил свой долг. Спасибо судьбе».
Не всем довелось снова увидеть родные места, обнять поседевших от ожидания отца и мать. А те, кто смог пережить и выжить, даже сегодня, спустя почти два десятилетия, говоря о той войне, «тяжелеют» лицами. Таким он остался в памяти – Афганистан.
* * *
В 1994 году Николай Невар уволился из Вооруженных Сил по выслуге лет. Хотя по медицинским меркам был еще молодой -- 45 лет. Был назначен на должность главного врача территориально- медицинского объединения №1 города Бобруйска. В 2006 году, в связи с выходом на пенсию, переназначен на должность врача терапевта с исполнением обязанностей председателя врачебной комиссии при Бобруйском объединенном военном комиссариате.
-- «Афганцы» всегда приходили с просьбами, жалобами и даже капризами -- последствия войны, -- говорил Николай Невар. – Все-таки физическое ранение заживает, а психологическая травма остается. Однажды один в кабинете главного врача «взорвался» так, что даже выбросил в окно свидетельство о праве на льготы – он не знал, что я тоже «афганец». Все-таки психика ветеранов афганской войны требует внимания.
Николай Михайлович вспоминал, что в Бобруйске он – не один медик-«афганец». Известны имена Александра Косинова, Юрия Сердюка, Вячеслава Козлова, Бориса Карнауха, многие уже ушли из жизни. Но побратимы помнят о каждом, с кем воевали плечом к плечу в горах Афганистана.
Игорь Кандраль, фото автора
Полная перепечатка текста и фотографий запрещена. Частичное цитирование разрешено при размещении гиперссылки