«Зинка Вышка» за 47 лет работы вела самые громкие и страшные уголовные дела в Советском Союзе, её боялись и уважали, но она всего лишь честно и добросовестно выполняла свою работу, свой долг перед законом
и социалистической справедливостью!
Сегодня, мало кто вспомнит имя одной судьи в СССР у которой, в самом деле
в зале судебных заседаниях всегда "витал дух Буквы Закона", ведь она строго и внимательно рассматривала каждое дело и отдавала всю себя на процессе, если дело было сфабриковано или не было достаточно улик - то она беспощадно возвращала его на доследование, но если в материалах уголовного дела все говорило про виновность, то снисхождения подсудимому ждать было бесполезно!
Многие преступники страны советов, как и в любой другой стране мира -
к сожалению, но без бандитизма и преступности не обходится, просили у судьи Мосгорсуда и присяжных, которые так редко бывали в то время: «Граждане присяжные, готов любым трудом искупить свою вину, не лишайте меня жизни», но никто их жалкие прошения не воспринимал всерьез, ведь тяжесть содеянного была настолько велика, что только высшая мера социальной защиты могла быть применена и лишь эта мера смогла защитить обычных граждан от будущих преступлений отдельных лиц.
Коллеги по работе говорили про судью Зинаиду Александровну Апарину просто, это «железная дама» или «идеальная слуга Фемиды», ведь она обладала всеми необходимыми качествами для этой сложной и ответственной работы, а именно была беспристрастна и независима, принципиальна в своих решениях, максимально собрана, с отличным знанием норм права и навыками ведения всего судебного разбирательства, наконец, ей были не чужды этические нормы и сострадание по отношению к жертвам, но никак не по отношению к подсудимым.
Немногие советские граждане, что знали судью лично, либо общались
с ней после 1991 года рассказывали, что Зинаида Александровна считала:
"А сейчас вообще странные дела творятся: преступников не ловят, ловят – поймать не могут, поймают – ничего доказать не могут, докажут – суд отпускает. Зачем отменили высшую меру? Наша страна не готова к этому",
И с ней трудно не согласиться, ведь сколько осужденных на пожизненное прекрасно существуют, читают книги и развиваются, даже не думая над тем, что они совершили и что кого-то уже не вернуть, а другие живут с огромной болью или ущербом для своего здоровья, поэтому - безусловно, можно лишь согласиться, что в 1926 году в УК РСФСР была внесена смертная казнь, что просуществовала всю советскую эпоху, пусть и был незначительный перерыв
с 1947 по 1950 годы, и с момента принятия ст. 59 УК РСФСР 1960 года, стала именоваться исключительной мерой наказания, которая отправляла куда следует каждого, кто совершал самое страшное и уже никаким трудом не мог искупить свою вину перед Родиной.
Первые серьезные дела в карьере судьи
Разумеется, что как и многие молодые судьи страны советов - сначала она начинала с простых дел, когда какой-нибудь рабочий украдет мешок своей продукции, да присвоит себе что-нибудь или перепродаст, за это могли дать
и 1 год лагерей, а бывало и больше - если преступления против социалистической собственности, согласно Уголовного кодекса РСФСР, то логично предположить, что человек украл у государства, а это значит, что и у народа, что честно трудится и поэтому обязан понести наказание, вне зависимости от должности, семьи или старых заслуг.
Как правильно называли уголовники эту судью "Зинка Червонец", ведь редко - кто уходил из зала суда с приговором менее 10 лет, дела были самые разные, Зинаида Александровна вспоминает: "Однажды судила целую преступную группу: они подделывали продуктовые карточки и по сговору с руководством местного гастронома их отоваривали. Только подумайте - вся страна воюет, голодает, а эти с жиру бесятся – делают деньгу на всенародном горе! Все получили по 10 лет – в связи с военным положением", и как тут можно
не согласиться с советской слугой Фемиды?
Любопытно, что в своей карьере, впервые с тяжелыми делами она столкнулась, будучи в Сокольническом районе Москвы – народным судьёй.
Одно из таких дел заключалось в том, что на скамье обвиняемых сидела мать, которая сожгла свою дочь, чтобы завладеть её продуктовыми карточками. Ничего страшнее и придумать было нельзя, но и такие существовали "люди", иначе их не назвать.
Как раньше судили за пьяное вождение
"Зинка Вышка" однажды рассматривала дело, где обычный парень по фамилии Шимко вернулся из армии, начал работать шофером и как-то раз слишком перебрал крепкого алкоголя, поехал на служебном «ГАЗ» кататься по Москве. Около парка Культуры «раздавил» целую остановку: 8 человек задавил, 15 – ранил. Когда его вытащили из кабины - он был просто никакой,
и это наглядно показывало, что человек даже и не думал о том, что он делает или может сделать, когда садился за руль.
Народная судья квалифицировала это как умышленное убийство.
И ясное дело, что такого водителя-алкоголика приговорили к исключительной мере наказания.
Судья вспоминает, что к ней после подошел один из свидетелей и показал обручальное кольцо, а после сказал: «Это всё, что осталось от моей невесты!».
Был ли блат в советском правосудии
и можно было ли договориться с Зинаидой Александровной Апариной?
Разумеется, каждый из нас за последние 30 лет слышал, а то и лично сталкивался с несправедливостью, включая в судебных делах, и наверняка, подумают - что подобное было и в СССР, да - случалось, но наша слуга Фемиды всегда очень жестко подходила к этому делу.
С одной стороны, она заявляла, что лично её никто и никогда не просил смягчить приговор, ни вживую, ни по телефону из высокого кабинета.
Но за 47 лет работы и у неё был один неприятный случай.
Как известно, было множество процессов по «делу работников торговли» – которые занимались приписками, и рисовали самые разные цифры
в накладных. Однажды позвонил секретарь Сокольнического райкома партии и пригласил в райком для беседы. На встрече и говорит:
Расскажите суть этого дела, а вы что думаете? Судья так и ответила – «Приходите в суд и узнаете!», словом, диалога не получилось.
Но было и совсем иное, когда срок могли изменить по ходатайству высокого покровителя.
Так, однажды был подсудимый – приёмный сын генерала Новикова, и
еще один – сын доктора медицинских наук. У них на двоих – 31 изнасилование.
Как всё было? А очень просто, они знакомились с девушками, чаще всего
из таких же высоких семей, в ходе приятной беседы приводили их к себе
на квартиру на улице Горького, там слушали музыку, выпивали, а после насиловали, если те не соглашались добровольно вступать в контакт.
Для убедительности всё это дело фотографировали и заставляли приходить ещё. Идеальная схема для того времени, ведь если не придёшь – отошлём фото отцу на работу. И казалось бы, каким образом - таких привлечь к суду?
Но была одна сильная девушка, что убежала от них и пошла в милицию, дело завели и оно дошло до "Зинки Вышка", ясное дело - что выписала обоим высшую меру, но случилось удивительное - Верховный суд заменил приговор на 15 лет тюрьмы. Как такое возможно?
Оказывается, что доктор и по совместительству мать одного из обвиняемых лечила жену Хрущёва – Нину. И видимо, очень сильно умоляла её помочь,
а первая женщина не выдержала и написала резолюцию:
«Прошу помиловать».
Любопытно, что были и другие "просители", однажды приходил целый космонавт Николаев. Судья не стала с ним спорить, а просто дала почитать ему материалы уголовного дела, и когда полковник авиации узнал, что
30 девушек подверглись насилию, он сказал следующее: «Считайте, что я просить за этих п...... не приходил. Будьте здоровы»! И ушёл».
Громкое «милицейское дело»
на «Ждановской»
Пожалуй, многие в "перестройку" узнали про самое резонансное дело, когда сотрудники милиции были подлинными оборотнями в погонах и ни много - ни мало, а избили и отправили на тот свет настоящего майора государственной безопасности.
И казалось бы из-за чего? А просто потому что имели такую возможность, ограбить и отправить в вытрезвитель любого, кто оказался в пьяном виде на станции или вокзале. К сожалению, но по факту преступление было совершено из-за коньяка, водки, банки болгарских помидоров
и дефицитной копчёной колбасы, всё это майор КГБ получил в виде пайка
за свою службу, это и стало для него крышкой гроба.
Разумеется, что такое дело в 1980 году было на контроле у самого высокого руководства не только МВД, но и КГБ, но в те годы в самом деле, было реальное противостояние двух ведомств, как перед Брежневым, так и между собой
за право лидерства в некоторых областях, но кто бы мог подумать, что отдельные личности так сильно запятнают честь милицейского мундира.
Представьте себе картину зимнего вечера 1980 года, когда майор КГБ СССР Вячеслав Афанасьев отметил с товарищами свой день рождения - 40 лет, а ведь правильно говорят в народе, что нельзя праздновать эту дату, и на радостях
с пайком к предстоящему Новому году отправился домой, но вот не задача - уснул на станции в пьяном виде, и ему повстречались "доблестные" сотрудники милиции. С которыми его свели контролеры, как спящего
в общественном месте, но вот в чем была проблема, сами милиционеры прилично выпили на службе. Когда его завели в служебное помещение, то майор начал прямо им указывать, что они имеют права его задерживать, слово за слово, а документы он им почему-то не стал показывать, так старший инспектор и милиционеры начали его бить головой об стену.
Когда Афанасьев потерял сознание, заглянули в его удостоверение и чуть сами рядом не легли от ужаса, что они сделали и главное - с кем.
Решили посоветоваться с начальством, позвонили начальнику 5-го отдела милиции по охране Московского метрополитена майору Барышеву.
Учитывая, что ограбление и избиение сотрудника КГБ - это статья, лишение погон и позор на всю семью для каждого, то было принято решение
«замести следы». Афанасьева погрузили в служебную машину и вывезли
к дачам КГБ у посёлка Пехорка, где добили и бросили. Его нашли случайные прохожие, доставили в больницу - но время было упущено и он погиб.
Учитывая, что Юрий Владимирович Андропов очень бдительно следил
за своим ведомством и такой случай не мог обойти его стороной, а позиции КГБ были сильны, как никогда, то началось серьезное расследование, было возбуждено уголовное дело №18/49331, которое тут же засекретили.
Группа работала в тесном контакте с КГБ, ведь они не доверяли ни одному
из милиционеров. 14 дней не прошло, как все преступники были задержаны. Их поместили в «Лефортово» - где коллеги по опасному бизнесу им не смогли бы помочь.
Зинаида Александровна - народная судья отлично помнила материалы этого дела и вспоминала: "Майор Борис Барышев – рыжеватый с залысинами, милиционеры Николай Лобанов – собачья такая физиономия была у него, Николай Возуля – высокий, под два метра, Александр Попов – розовощёкий такой… Фактически их судили не только за одного майора КГБ, а за четыре трупа. Парня, возвращавшегося со свадьбы, они убили из-за бутылки шампанского. Во втором эпизоде хотели скрыть изнасилование и забили до смерти настаивавшего на возбуждении дела свидетеля. Третий – майор КГБ. Четвёртое убийство сержант Лобанов совершил в одиночку. На Казанском вокзале он познакомился с ехавшим на Север мужчиной, пригласил к себе выпить, потом убил его молотком и тело выбросил на стройку".
Ясное дело, что их отдел совершенно не выполнял план и было огромное количество нераскрытых дел, но почему-то никто ими не заинтересовался,
пока Андропов не залез в этот муравейник.
Любопытно, что в зале суда были не обычные милиционеры, а настоящие сотрудники спецподразделения «Альфа», поэтому уйти от наказания любым способом - было просто невозможно, как и оказать давление на судей, ведь
их охраняло КГБ.
Настоящая слуга Фемиды или как между собой её называли преступники "Зинка Вышка" рассудила все просто и понятно, учитывая тяжесть преступления и наличие погон у обвиняемых, как и прекрасно расследованное дело сотрудниками прокуратуры и КГБ, не было ни малейшего шанса
на снисхождение вины, и поэтому подсудимые – Барышев, Лобанов, Рассохин и Попов – получили высшую меру. Остальные – получили длительные сроки заключения. В очередной раз советские люди, пусть и не знали про это дело
из-за степени секретности, но были защищены от такого и все преступники получили заслуженное наказание, а правосудие сработало как механические часы, ведь именно так и должно быть в справедливом государстве, где
вне зависимости от тяжести преступления, либо того - кто его совершает,
все получат суровое наказание.