Найти в Дзене

Ко дню рождения схиархимандрита Зосимы (Сокура)

3 сентября исполняется 81 год со дня рождения основателя нашей Обители, схиархимандрита Зосимы (Сóкура). Приводим фрагменты из воспоминаний батюшки о своей жизни: «В школе учился я хорошо. Это меня спасало. Вызывали меня сколько на допросы то директор, то завуч. Как вызовут с первого урока – «Ну все, пойду, братцы!» Как станут мне про Церковь да про Бога рассказывать басни эти, я соглашаюсь, говорю: да, да. А что им скажешь, они начальники. В конце шестого урока говорю: «Товарищ директор, извините, уже ж шестой урок окончился, домой дети пошли, мои книжки порастащут, отпустите». – «Да, да, хорошо, Ванюша. Значит, ты в Церковь больше ходить не будешь?» – «Ну, конечно, сегодня не пойду, а завтра Покров – всенощная, надо идти, Богу молиться». Он, бедный, схватится за папиросу, курить скорее от волнения: шесть часов напрасного разговора. Я ему: «Товарищ директор, при детях не положено курить». Бросит папиросу: «Иди вон с глаз моих». Ну пошел я, завтра же пойду в церковь, на всенощную. Во

3 сентября исполняется 81 год со дня рождения основателя нашей Обители, схиархимандрита Зосимы (Сóкура). Приводим фрагменты из воспоминаний батюшки о своей жизни:

«В школе учился я хорошо. Это меня спасало. Вызывали меня сколько на допросы то директор, то завуч. Как вызовут с первого урока – «Ну все, пойду, братцы!» Как станут мне про Церковь да про Бога рассказывать басни эти, я соглашаюсь, говорю: да, да. А что им скажешь, они начальники. В конце шестого урока говорю: «Товарищ директор, извините, уже ж шестой урок окончился, домой дети пошли, мои книжки порастащут, отпустите». – «Да, да, хорошо, Ванюша. Значит, ты в Церковь больше ходить не будешь?» – «Ну, конечно, сегодня не пойду, а завтра Покров – всенощная, надо идти, Богу молиться». Он, бедный, схватится за папиросу, курить скорее от волнения: шесть часов напрасного разговора. Я ему: «Товарищ директор, при детях не положено курить». Бросит папиросу: «Иди вон с глаз моих». Ну пошел я, завтра же пойду в церковь, на всенощную. Вот так и топал всю жизнь. Батюшке приказывали: не пускай его в Церковь (а я в алтарь ходил пономарить), так я окольными путями за 2 часа приходил в храм, прятался под лестницей, чтобы только побывать на службе. Такие были советские безбожные гонения тяжкие. Не то, что сейчас: в церковь идите, Богу молитесь. А нам все некогда.

Окончил школу я с золотой медалью. Где-то она в келлии моей валяется. А дальше, Господь сподобил, очень светлые личности мне повстречались в жизни. Святейший Патриарх Алексий I (Симанский) – 25 лет под прессингом жесточайшего безбожия он управлял Церковью. Никакой власти не имел, но только лишь, как печальник земли Русской – скорбел, терпел и молился. И этим терпением и молитвой победил он всех врагов. Также и Патриарх Пимен, его преемник, тоже близко Господь сподобил его знать. 20 лет управлял Церковью, тоже особой власти он не имел. Тогда брежневизм был, тяжелое время – он терпел, скорбел и молился, и этой молитвой и терпением победил все. Твердые, мужественные, монахи были настоящие, не так, как мы сейчас – пародия, только по форме монахи. Придет время – мощи их откроют и причислят к лику святых всех в земле Русской просиявших.

Очень мудрого духовника Господь дал мне с детства, старца Киево-Печерской Лавры – схиигумена Валентина (Семисала). Он сам из Ионинского монастыря был, постриженник был преподобного Ионы, потом в Лавру его забрали Киево-Печерскую, там послушание нес и в пещерах, и записывал синодики, красивый почерк у него был. Потом, когда Лавру закрыли, перевели его в Почаев, из Почаева тоже выгнали, с отцом Кукшей вместе они были. Потом уже он доживал свой век во Флоровском монастыре в Киеве. Две сестры его там жили, схимонахини. Какие были времена, даже в монастыре живя не разрешали пострига, тайно постригали. Жесткие, тяжелые были времена, но выжила Церковь.

С отцом Кукшей я близок был по Киевской Лавре и по Почаевской. В Одессе еще раз встречался с ним. Когда меня после академии Патриарх направил на поселение в Одесскую обитель, то поселили меня в келлии преподобного Кукши, где он жил и помер там, и многие вещи мне достались от старца, привез их сюда, хранятся они в ризнице у нас: и схима его хранится, и срачица его, в которой обрели его святые мощи. Дай, Господи, и после моей кончины вам свято сохранить святыни все – все то, что собрано всей моей жизнью. В крайнем случае, если придут эти сатанисты-автокефалисты, ничего не оставлять, все забрать из храма до единой иконочки – голые только стены им оставить. На поругание святыни псам никогда не отдавать, это грех большой.

Еще владыка Павел Голышев был, Новосибирский и Барнаульский – чудной жизни: постник, подвижник. Сколько клеветы перенес, а он чистейшей жизни был. Именно у него я научился поститься. Пост Великий – он капусточки покушал, хлебушка, чаю попил. Да, Господи, на твоей капусте, Владыка, и ноги протянешь. «Не протянешь – до Пасхи доживешь». Так и получалось, до Пасхи доживал всегда, ног не протягивал. Постник, молитвенник, акафисты как любил читать, молебны служить. Царство Небесное – светлая личность!»

Схиархимандри́т Зоси́ма (в мантии Савва́тий, в миру Иван Алексеевич Сокур; родился 3 сентября 1944, с. Косолманка, Верхотурский район, Свердловская область — умер 29 августа 2002, село Никольское, Волновахский район, Донецкая область) — схиархимандрит Русской православной церкви, основатель двух монастырей.

Подробнее:

https://t.me/Zosima_batushka

https://obitelnikolskoe.ru/home/