ПРО СВОих

Я долго не комментировала ситуацию, потому что искренне верю: нет смысла сражаться с ветряными мельницами. Но несколько дней назад я прочитала пост, в котором почувствовала настоящую боль. Боль от моих слов. В драматургии часто говорят – нет плохих и хороших, хочешь понять, услышь две стороны. Поэтому хочу рассказать по-честному историю, которая случилась со мной за эти несколько дней. В этой истории нет злодеев, и я не положительный герой. Просто люди. Одной крови, одного сердца, которые смотрят, но находят разное, в одних и тех же словах.

Итак, 20 августа было выложено мое стихотворение. Мы за прозрачность, текст прилагаю.

В толпе не видно лиц,

Лишь дуги спин прохожих.

Нам некуда спешить,

И мы без лиц похоже.

Из пестрой мишуры,

Как с праздничных открыток,

Копаем молча рвы,

Для праздничных могилок.

В толпе не видно лиц,

Кулак из твердой стали.

Нам нужно только бить,

Куда, нам показали.

Потом на шею крест,

Потом глоток надежды,

Нам только потерпеть

И будет все как прежде…

В толпе не видно лиц…

Стихотворение написано в 2021 году, до событий СВО. Я не горжусь этим стихотворением, как и остальными стихами. Не считаю себя поэтом. Не люблю, когда их разбирают, потому что все они написаны как способ пережить эмоции. В тот год у меня был сложный период. Поэтому это был мой способ отрефлексировать события собственной жизни.

И вот в 2025 году стихотворение выложили в библиотечном паблике в рубрике «Кузбасские поэты о СВОих». Ставя слова в разный контекст, удивительно, как они могут рождать новые смыслы. Смыслы, которых ты даже не закладывал. Получаю сообщение под моей фотографией от Оксаны Помошниковой. Принимаю тот факт, что слова можно интерпретировать по-разному, и честно рассказываю о ситуации.

Мое обращение к Оксане:

«Извините, но ваш комментарий я удалила, потому что не хочу, чтобы под моей фотографией обсуждались такие серьезные темы. Скорее даже так - я бы не хотела делать это публично. Я не поэт. Стихотворение старое. И оно не имеет отношения к СВО. Разрешения на публикацию не давала. Честно говоря, не знаю, что ещё тут сказать. Если захотите, поговорим здесь. Спасибо, что написали…»

Дальнейшую переписку прилагать не буду, но скажу так: мы были на разной эмоциональной волне, услышать друг друга не удалось.

Звоню в библиотеку, рассказываю об ошибке, предлагаю удалить пост. Библиотекари оказались прекрасными, все поняли, отреагировали моментально. Мы разрешили ситуацию мирно — просто случилась досадная ошибка, мы ее исправили и живем дальше.

А дальше — серия постов с разбором стихотворения в контексте СВО. Разбор интересный. Оксана умная женщина. Только Оксана не берет во внимание слова автора, что в него не закладывалось тех самых смыслов. Насчет второго стихотворения даже комментировать не буду: там уже просто подгоняют одно под другое.

Вы не подумайте, Оксана тоже не злодей. Я сразу начинаю думать о ней. Ведь мы каждый по-своему переживаем это страшное время. Это большое горе. У нее, наверное, есть мотивация так себя вести. Но то, как эти самые смыслы преподносятся, коверкаются, создают неверное понимание меня и моего творчества.

И тут случается следующее. Я становлюсь зрителем. Мне начинают пересылать посты, добавляют в чаты, где всю ночь обсуждают мою бесталанность и эгоцентричность, ставят под сомнение мои моральные ценности и так далее. Говорят, что не хотят общаться со мной, не зная меня, обсуждают на собраниях… Молчу. Я все это могу понять, правда. Это было очень тяжело. Сильно всё пропускаю через себя. В этом моя слабость, но в этом и моя сила.

Слова могут ранить. Извиняюсь перед теми, кого ранила такая трактовка моих слов. Уверена: без честного разговора о прошлом и настоящем у нас не будет будущего. Я не считаю себя экспертом. Делаю то, что могу. Поддерживаю, фиксирую, говорю по-честному, пытаюсь разобраться и донести так, как это вижу и чувствую я. Вижу любовь, дружбу, подвиг, страх, потерю, человека, близость и многое другое.

Так вот, хочу сказать спасибо этой ситуации. Я не просила о защите, но столько ее получила. Мне стало ясно видно, кто плечом к плечу со мной. Это бесценно. Эта ситуация не только сделала меня сильнее, но и заставила по-новому задуматься о самом понятии «патриотизм». Где пролегает грань между его разными пониманиями? Как не позволить общей боли разъединить нас ещё сильнее? И как, вопреки всему, сохранить в себе человечность — и признать её в другом?

Моя частная история неожиданно стала точкой, в которой сошлись большие и сложные вопросы. Вопросы, о которых нам страшно и больно говорить, но которые необходимо обсуждать. Давайте попробуем сделать это вместе — честно и уважая чувства друг друга.

Яна Орехова