— Деньги на коммуналку есть? — спросила Людмила Петровна, не здороваясь.
Вера Михайловна замерла с чашкой кофе в руках. Свекровь появилась на кухне, как всегда, неожиданно и сразу с претензией.
— Есть. Завтра переведу, — тихо ответила Вера.
— А на продукты? Мясо подорожало, картошка тоже. Я вчера в магазине была — ужас что творится.
Людмила Петровна села за стол и развернула бумажку со списком покупок. Цифры были выписаны крупно, с нажимом.
— Тут семь тысяч выходит. Только на неделю.
Вера кивнула. Она знала этот ритуал. Каждое утро свекровь подводила финансовые итоги, и каждое утро Вера ощущала себя виноватой в том, что жизнь стоит денег.
За двенадцать лет брака она привыкла. Денис работал на дому, заказы приходили неравномерно. Иногда он зарабатывал хорошо, иногда — почти ничего. А её зарплата бухгалтера была стабильной, но небольшой.
— Дениска еще спит? — спросила Людмила Петровна, хотя отлично знала, что сын встает не раньше десяти.
— Спит. Вчера до трех работал над проектом.
— Хм. А Катюша уже проснулась, наверное.
Вера чуть не поперхнулась кофе.
— Катюша?
— А, я же не рассказывала! — свекровь всплеснула руками, как будто вспомнила что-то радостное. — Катя приедет сегодня. Дочка моей подруги Нины. Помнишь, я тебе про неё рассказывала?
Нет, не помнила. И вообще не понимала, причем тут какая-то Катя.
— Она временно поживет с нами. У неё проблемы с общежитием, а снимать квартиру — дорого. Девочка учится, работает. Молодец какая!
Вера поставила чашку на стол.
— А где она будет жить?
— Да комнат у нас хватает! В Денискиной прежней комнате диван есть. А что, проблемы какие-то?
Проблемы были. Но как их объяснить свекрови, которая уже всё решила?
Вера промолчала.
Катя приехала в шесть вечера. Высокая, с длинными темными волосами и яркой помадой. В руках — большой чемодан и сумка с косметикой.
— Тетя Люда! — воскликнула она, обнимая Людмилу Петровну. — Как хорошо, что вы согласились! Я так волновалась.
— Глупости, дорогая. Для нас это радость.
Вера стояла в стороне и смотрела на эту сцену. Её никто не представил, никого не интересовало её мнение.
— А это Вера Михайловна, — наконец сказала свекровь. — Денискина жена.
— Очень приятно, — Катя протянула руку и улыбнулась так искренне, что Вера почувствовала себя неловко от своих подозрений.
— Взаимно.
Денис спустился к ужину и был явно удивлен гостьей. Но мать быстро ввела его в курс дела, и он пожал плечами — мол, раз мама решила, значит так и будет.
За столом Катя рассказывала о своей учебе, о работе в салоне красоты, о том, как трудно совмещать всё это. Говорила она живо, с юмором. Людмила Петровна слушала, раскрыв рот.
— А какие у тебя планы после института? — спросил Денис.
— Хочу в Москву. Там больше возможностей для развития. А пока нужно диплом получить и денег накопить.
— Правильно мыслишь, — одобрила свекровь. — В молодости надо всё попробовать, а не сидеть на одном месте годами.
Вера почувствовала укол. Она знала, что эта фраза адресована ей.
Через неделю Катя освоилась окончательно. Утром она уходила на работу, вечером училась или болтала с Людмилой Петровной на кухне. К Вере относилась вежливо, но без особой теплоты.
А вот с Денисом почему-то легко нашла общий язык.
— Ты программист? Как интересно! — говорила Катя, когда Денис рассказывал о работе. — А я всегда думала, что это скучно. Оказывается, нет!
Она слушала внимательно, задавала вопросы. Денис постепенно оттаивал и даже шутил. Дома он редко был таким оживлённым.
Однажды Вера вернулась с работы и услышала смех из зала. Катя показывала Денису что-то на телефоне, они сидели рядом на диване.
— Смотри, какой смешной мем, — говорила девушка. — Это прямо про программистов.
— Да, прикольно, — смеялся Денис.
Вера прошла мимо, не поздоровавшись.
В ванной она заметила, что появились новые баночки с кремами, дорогие шампуни. Катино полотенце висело рядом с полотенцем Дениса.
Неужели она специально так развесила?
— Денис, нам нужно поговорить, — сказала Вера, когда они остались наедине в спальне.
— О чём?
— О Кате. Сколько она у нас проживет?
— Не знаю. Мама сказала — временно. Месяц, два. Что тебя беспокоит?
— Меня беспокоит то, что нас с тобой никто не спросил. И то, что она слишком… активно себя ведёт.
— В каком смысле?
— В прямом. Она флиртует с тобой.
Денис рассмеялся:
— Да ладно тебе. Она просто общительная. И молодая.
— Именно. Молодая.
Он посмотрел на неё внимательно.
— Вер, ты что, ревнуешь?
— Я беспокоюсь за нашу семью.
— Наша семья в порядке. Не накручивай себя.
Но Вера чувствовала, что что-то меняется. Денис стал больше времени проводить в общих комнатах, меньше сидел за компьютером. По вечерам часто спускался на кухню, где Катя готовила чай.
— У неё золотые руки, — говорила Людмила Петровна, когда Катя готовила ужин. — Смотри, Вера, как красиво украшает салат. А суп какой ароматный!
Вера кивала и чувствовала себя кулинарной неудачницей.
Хуже всего было то, что Катя действительно готовила хорошо. И убиралась аккуратно. И всегда предлагала помощь.
— Вера Михайловна, может, мне продукты купить по дороге с работы? — спрашивала она. — Всё равно мимо магазина иду.
— Не надо, спасибо.
— А может, мне бельё постирать? У меня как раз машинка свободная.
— Я сама постираю.
— Как хотите. Просто предлагаю.
И каждый раз Людмила Петровна качала головой — мол, какая Катя заботливая, а какая Вера неблагодарная.
Однажды вечером Вера не выдержала. Она вошла на кухню, где Катя мыла посуду, а Денис сидел за столом с чашкой чая.
— Катя, можно с тобой поговорить?
— Конечно.
— Наедине.
Денис поднял брови, но встал и вышел.
— Слушаю вас, — сказала Катя, не переставая мыть тарелки.
— Я хочу понять, когда ты планируешь съезжать.
— А что, я мешаю?
— Да. Мешаешь.
Катя обернулась. На её лице не было ни обиды, ни удивления. Только холодная оценка.
— Понятно. А конкретно чем?
— Тем, что ведёшь себя как хозяйка в чужом доме. И тем, что заигрываешь с моим мужем.
— Я не заигрываю. Я просто вежлива.
— Вежливость — это когда держишь дистанцию. А ты садишься рядом с ним, трогаешь за руку, когда что-то объясняешь, смеёшься над каждой его шуткой.
Катя усмехнулась:
— Знаете, Вера Михайловна, если ваш муж от такой простой вежливости теряет голову, то проблема не во мне.
Вера почувствовала, как внутри всё сжалось от ярости.
— Убирайся из нашего дома.
— Это не ваш дом, — спокойно сказала Катя. — Это дом Людмилы Петровны. И она меня пригласила. Так что решать не вам.
В тот момент вошла свекровь.
— Что здесь происходит? Почему вы кричите?
— Мы не кричим, — сказала Катя. — Просто разговариваем.
— Я попросила её съехать, — объяснила Вера.
Людмила Петровна нахмурилась:
— Вера, что за глупости? Катюша молодец, помогает по дому, никого не беспокоит.
— Она беспокоит меня.
— А что, собственно, она делает не так?
Вера поняла, что попала в ловушку. Если скажет про флирт с Денисом — будет выглядеть ревнивой дурой. Если промолчит — останется виноватой.
— Нам тесно втроём, — сказала она слабо.
— Дом большой. Никому не тесно, — отрезала свекровь. — И вообще, Вера, ты могла бы быть поприветливее с гостями.
— Гость — это тот, кто приходит на несколько дней. А не на месяцы.
— Катюша остается столько, сколько нужно. И точка.
Вера вышла из кухни, хлопнув дверью.
В спальне она села на кровать и заплакала. Впервые за долгое время — от бессилия и унижения.
Денис пришел через полчаса.
— Зачем ты устроила сцену? — спросил он.
— Я не устраивала сцену. Я защищала наш брак.
— От кого? От девчонки, которая живет в соседней комнате?
— Эта девчонка увивается вокруг тебя с первого дня.
— Вер, она просто дружелюбная. Ты совсем с ума сошла от ревности.
— Возможно. Но я не готова мириться с тем, что в нашем доме поселилась чужая женщина, которая претендует на роль хозяйки.
— Какая хозяйка? Она студентка без денег, мама ей помогает.
— Твоя мама ей помогает. А меня унижает.
Денис сел на край кровати.
— Не будь такой мнительной. Мама всегда была властной, ты это знаешь. Но она не желает тебе зла.
— Желает. Она никогда не простила мне того, что я не родила тебе детей.
Эти слова повисли в воздухе, как приговор.
Денис молчал. И в этом молчании был ответ на все вопросы.
— Всё, Денис. Я устала, — сказала Вера.
— От чего?
— От того, что меня не слышат в моём собственном доме. От того, что я чувствую себя лишней в своей семье. От того, что должна оправдываться за то, что защищаю свой брак.
— Наш брак не нуждается в защите.
— Нуждается. Но не от меня.
На следующий день Вера узнала, что Катя устроилась на работу в их районе. Значит, съезжать она не собиралась.
А еще через день — что Людмила Петровна показывала Кате семейные фотографии и рассказывала о том, какой замечательный сын у неё растёт.
— Жаль только, что детей нет, — вздыхала свекровь. — Денис так любит детей. В детстве всегда возился с соседскими малышами.
— А почему нет? — спрашивала Катя.
— Да проблемы у Веры... медицинские. Врачи говорят — не получится.
— Как жалко. А Денис очень переживает?
— Конечно, переживает. Какой мужчина не хочет продолжения рода?
Вера слышала этот разговор, стоя за дверью. И поняла, что её предают. Системно и методично.
Вечером, когда все собрались ужинать, Катя вдруг сказала:
— А давайте в выходные на дачу съездим? У моей подруги дом в пригороде, она ключи дала. Можно шашлыки сделать, на природе побыть.
— Отличная идея! — обрадовалась Людмила Петровна. — Денис, ты как?
— А что, неплохо, — согласился он.
— Я не поеду, — сказала Вера.
— Почему? — удивилась Катя.
— Не хочу.
— Ну и не езди, — пожала плечами свекровь. — Мы и без тебя справимся.
И тогда Вера поняла, что её исключили из семьи окончательно.
В субботу утром она проводила их до машины. Денис сел за руль, Людмила Петровна — на переднее сиденье, Катя — назад.
— Увидимся вечером, — сказал Денис, не глядя на жену.
— Увидимся.
Вера смотрела, как машина скрывается за поворотом, и впервые за двенадцать лет брака подумала о разводе.
Они вернулись поздно, веселые и загорелые. Катя принесла букет полевых цветов и поставила в вазу на кухне.
— Как съездили? — спросила Вера.
— Замечательно, — ответил Денис. — Жалко, что ты не поехала.
Но в его голосе не было сожаления.
А Катя вдруг обняла его за плечи:
— Денис, спасибо за чудесный день. Давно так не отдыхала.
Вера видела, как муж не отстранился от объятий. Как улыбнулся в ответ.
И поняла, что проиграла.
Ночью она лежала рядом с Денисом и слушала его дыхание. Он спал спокойно, без тревог и сомнений.
А у Веры в голове крутилась одна мысль: "Что я буду делать дальше?"
Утром Людмила Петровна сообщила за завтраком:
— Катюша, дорогая, а что если ты в Денискину бывшую комнату переберешься? Она больше, светлее. А на первом этаже всё-таки неуютно.
Вера поперхнулась кофе:
— В какую комнату?
— Ну ту, где раньше кабинет был. Мы диван перенесем, шкаф поставим. Девушке нужно пространство.
— Это кабинет Дениса.
— Был кабинет. А теперь Денис в основном за компьютером в спальне сидит. Правда, сын?
Денис кивнул:
— Да, я там редко бываю.
Вера смотрела на мужа и не узнавала. Когда он стал таким покладистым? Когда перестал защищать их общие интересы?
— Хорошо, — сказала Катя. — Если не против, я с удовольствием перееду.
Вечером Вера услышала, как они втроём переставляют мебель. Смеются, обсуждают, где что поставить. Как будто она не существует.
Она сидела в спальне и понимала: в этом доме для неё больше нет места.
А через неделю произошло то, чего Вера больше всего боялась.
Она пришла домой с работы раньше обычного и услышала голоса из гостиной. Дверь была приоткрыта.
— ...всё равно когда-нибудь придётся принимать решение, — говорила Людмила Петровна.
— Я понимаю, тетя Люда. Но это же не моё дело, — отвечала Катя.
— Конечно, твоё. Ты молодая, красивая, можешь родить детей. А Денис — хороший мужчина, заботливый. Он заслуживает счастья.
— А Вера Михайловна?
— Вера... Она хорошая женщина, не спорю. Но что толку от брака без детей? Денис уже не молод, ему скоро сорок. Если он хочет стать отцом, нужно торопиться.
— Но ведь они любят друг друга...
— Любовь — это хорошо. А семья — это дети. Без детей какая семья?
Вера стояла за дверью и чувствовала, как рушится её мир.
— И что вы предлагаете? — спросила Катя.
— Ничего я не предлагаю. Просто говорю, что если между вами что-то возникнет... я буду не против. Денис тоже не против, я вижу. Он на тебя смотрит не как на девочку-студентку.
— Тетя Люда, вы так думаете?
— Знаю. Материнское сердце не обманешь. Он тебе нравится, ты ему — тоже. Что ещё нужно для счастья?
Вера тихо поднялась в спальню, взяла сумку и ушла из дома.
Она долго ехала на автобусе по городу, не зная, куда направляется. Потом зашла в кафе и заказала кофе.
Телефон звонил несколько раз. Денис.
— Алло, — ответила она наконец.
— Где ты? Мама сказала, ты ушла.
— Да. Ушла.
— Что случилось? Возвращайся домой, поговорим.
— Не хочу.
— Вер, не детей себя. В чём дело?
— В том, что я поняла: мне нет места в том доме. И в твоей жизни — тоже.
— О чём ты говоришь?
— О том, что ты уже сделал выбор. Может, ещё не осознал, но сделал.
Денис молчал.
— Развод, — сказала Вера. — Я подам заявление завтра.
— Ты серьёзно?
— Серьёзнее некуда.
— Из-за Кати?
— Из-за того, что ты разрешил ей занять моё место в доме. А потом — в твоей жизни.
— Вер...
— До свидания, Денис.
Она отключила телефон.
Через полгода Вера узнала, что Денис и Катя регистрируют брак. А еще через три месяца — что Катя беременна.
Людмила Петровна получила то, о чём мечтала: невестку, которая родит внука. Денис получил молодую жену и будущего ребенка.