— Получается, что я мужа обманываю, — соглашается Варвара. — Но я или честная перед мужем, или я… даже не знаю, как и сказать.
Варваре 32 года, замуж вышла 6 лет назад, сейчас досиживает второй декрет, долгий декрет, разница между ее малышами всего 2 года. Впрочем, муж не возражал против того, что они станут родителями во второй раз, да и Варе казалось, что лучше уже сразу "отстреляться", а потом уже сосредоточиться на работе.
Жилье у супругов скромное пока — однокомнатная, которую покупали с помощью родителей. Но пока дети совсем маленькие — терпимо. Правда, подрабатывать у женщины не получается из дома, это просто нереально делать с двумя мальчишками, которым сейчас четыре с половиной и два с половиной года.
Так что живет семья, оплачивает коммунальные услуги, питается, гасит небольшую, но все же ипотеку, на то, что зарабатывает муж. Варвара получает небольшое пособие, семья не считается малоимущей, потому что несколько "лишних" тысяч выходит на человека у них. Живут, терпят, не голодают, покупают все, что необходимо.
Сама Варвара считает, что у других положение гораздо хуже. Взять хотя бы ее младшую сестру Ульяну. Ульяне сейчас 28 лет. Из активов — та же однушка, купленная с помощью родителей, их и мужа сестры. Все, как и у Вари. Ребенок, правда, всего один, но ему полтора года, сестра тоже в декрете сидит.
— Ипотеку платить надо, пособие сейчас тоже небольшое уже. Алименты? Получает. Но только на ребенка. На нее саму бывший муж не платит вообще, потому что таким образом они договорились, подписали соглашение, что первый взнос ее мужа Уля будет "гасить" таким способом. Я больше скажу, когда сестра выйдет на работу, она какое-то время не будет даже алименты получать, потому что опять же — мужу надо выплатить его деньги, — говорит Варвара.
— А совести у ее бывшего нет совсем? На что ей жить? — спрашивает Варвару подруга.
— Совесть? Ты о чем вообще? Он считает, что раз разошлись по вине жены, то пусть жена и выкручивается. Она же квартиру себе хотела оставить, вот и оставила. В общем, чем сестре хуже, тем лучше ее бывшему, я так думаю.
— А что же она к маме жить не пошла? Далась ей эта квартира, купит еще, а пока надо было бы просто выживать в декрете, — говорит удивленно подруга.
Но к маме Ульяна пойти не могла. Потому что вскоре после замужества младшей дочери и отец объявил, что уходит из семьи, мол, довел до ума младшую, а теперь хочу свободу, новую жену и все остальное.
Родители жили в двухкомнатной, накопления отдали дочерям, мама, конечно, переживала после предательства отца, но что поделать. Двушку родители разделили, отец с молодой женой пропал из поля зрения бывшей и обеих дочерей, даже о внуках не вспоминает.
Мама купила однокомнатную квартиру. В ипотеку, благо, что еще работает. Итого — из трех женщин семьи замужем сейчас только Варя. Сестра, когда принимала решение развестись с супругом, осознавала, что идти ей некуда, поэтому и оставила жилье за собой на таких условиях, что придется жить едва ли не впроголодь.
Беда в том, что муж, может быть, и соглашался бы помогать сестре жены, но развелась она с его родным младшим братом. Так вышло: познакомились на свадьбе у Вари с мужем, начали встречаться. Муж, конечно, с братом совсем не схож, ни внешне, ни по характеру. Варя предупреждала Ульяну, что деверь тот еще субчик: гуляка, бывает жестоким, но… любовь же.
Свекровь поначалу шумно радовалась такому двойному родству, потом стала высказывать недовольство младшей невесткой, которая "не понимала" ее мальчика. В чем не понимала? В том, что скандалили они. А как не скандалить, если пару раз в неделю муж Ульяны приходил домой за полночь после встреч "с друзьями", а потом, когда сестра Варвары уличила его в переписке с девицей какой-то, он поднял на нее руку.
Муж Вари сделал вид, что он нейтральная сторона, свекровь, на словах, тоже Варвару не обвиняла, но получалось так, что ей все равно выговаривали и за то, что познакомила деверя с женой, и за то, что на ее стороне, мол, Ульяне надо было гибче быть, проявлять женскую мудрость.
— И на квартиру претендовал он, деверь, хотя равные суммы при покупке вносили, потом уступил. Ну как уступил, на таких вот условиях, — говорит Варвара обиженно. — И уж тут все единым фронтом встали, и свекровь, и муж: "Она хотела квартиру сохранить, у вас в семье вообще развод — традиция, пусть теперь живет так, как выбрала". То есть, пусть выживает, как хочет.
У сестры тоже сын, Варвара, конечно, отдает ей вещи от своих мальчишек, хотя мама мужа делает такое выражение лица при этом, что понятно: вот-вот готова сказать, что этот костюмчик она дарила внуку. Хотя там у нее вроде бы тоже внук. В общем, сейчас пока еще длится острая послеразводная фаза. А Варя тайком сует Ульяне деньги, потому что больше помогать той некому.
— Мама ипотеку платит, отец вообще про нас думать забыл, "эти" злорадствуют, мол, муж был плохой, ну-ну, поживи одна, хлебни полной ложкой. А ей что делать? А мне? Смотреть на все спокойно?
Варвара может завысить немного сумму своих покупок перед мужем. Купит, например, кроссовки детям по одной цене, а скажет, что купила дороже. Активно пользуется наличкой, чтобы суметь выкроить для Ульяны несколько сотен рублей. Муж однажды поинтересовался, почему она стала деньги снимать, а не картой расплачиваться.
— Мне так удобнее, — объяснила. — Когда видишь, сколько в кошельке осталось, легче контролировать расходы, чем с карты. Стараюсь экономить, деньги-то у нас не лишние.
Соврала в очередной раз. Конечно, она боится, что каким-то образом ее "махинации" могут быть раскрыты. Но и иначе не может. Хотя денег в ее семье тоже не миллионы. Пробовала поначалу мужу объяснять, что Ульяна просто на грани живет, ей и памперсы не на что купить, но муж ответил, что у них своя семья, а сестра должна была свои силы рассчитывать и вообще, мол, жена, не обостряй, держи нейтралитет.
— Узнает — разведется, — грустно констатирует молодая женщина. — Что ж, скотиной по отношению к сестре, которую все бросили, я тоже быть не могу.
Спасибо, что читаете, лайки способствуют развитию канала. Заходите на мой сайт злючка.рф.