Нина Александровна поднималась по лестнице медленно, с трудом волоча за собой старую дорожную сумку. В другой руке она держала пакет с передачами для дочери - банку домашней тушенки, пирожки и варенье. Сердце колотилось не только от подъема на четвертый этаж. Вчерашний разговор с зятем до сих пор звенел в ушах.
«Твоя дочка совсем от рук отбилась», - кричал Виктор, размахивая какими-то бумагами. «Я больше не намерен терпеть ее выходки! Пусть она убирается из моего дома, а ты забирай свою драгоценную Машку к себе!»
Но дома Нины Александровны больше не было. Коммуналку продали три месяца назад, а новую квартиру племянник обещал купить, да все откладывал. Пришлось временно поселиться у подруги, но та теперь сама собиралась к сыну переезжать.
Дойдя до нужной двери, Нина Александровна нащупала в сумочке запасные ключи от дочкиной квартиры. Машенька давала их еще год назад, когда уезжала с Виктором на юг. «На всякий случай», - говорила тогда. Теперь этот случай наступил.
Ключ повернулся легко, и Нина Александровна шагнула в прихожую. Сразу же бросились в глаза два больших чемодана у стены. Дорогие, кожаные, явно недешевые. На одном красовалась золотистая бирка с инициалами «С.В.П.». Сердце матери екнуло - таких чемоданов у Маши точно не было.
— Машенька! — позвала она, ставя свою потрепанную сумку рядом с элегантными чемоданами. — Доченька, ты дома?
Из спальни донеслись торопливые шаги, затем дверь распахнулась, и появилась Маша. Волосы растрепаны, лицо раскрасневшееся, на ней легкий шелковый халатик, который мать никогда раньше не видела.
— Мама! — в голосе дочери слышались удивление и... испуг? — Ты как здесь оказалась?
— Да вот, навестить решила, — Нина Александровна внимательно изучила лицо дочери. — А что, не вовремя?
Маша нервно поправила волосы и плотнее запахнула халат.
— Нет, конечно, просто... неожиданно. Ты же обычно предупреждаешь.
— Обычно у меня дом был, а теперь, может, и у тебя погощу, — с горечью произнесла Нина Александровна. — Если, конечно, место найдется.
Она кивнула на чемоданы.
— А это что за багаж? Собираешься куда-то?
Маша замялась, переминаясь с ноги на ногу.
— Это... это временно. Знакомая попросила подержать.
— Знакомая? — переспросила мать, наклоняясь к бирке. — С.В.П. - это как расшифровывается?
— Мама, давай лучше на кухню пройдем, чай попьем, — торопливо предложила дочь. — Расскажешь, что у тебя случилось.
Но Нина Александровна уже двигалась дальше по коридору. В гостиной на диване лежала мужская рубашка, на журнальном столике - пепельница с окурками, хотя Маша никогда не курила. А возле телевизора стояли мужские туфли - дорогие, итальянские.
— Машенька, — голос матери стал серьезным, — кто здесь живет?
Дочь опустила глаза.
— Мам, это сложно объяснить...
— Попробуй. У меня времени достаточно.
В этот момент в прихожей послышался звук открывающейся двери, затем мужские шаги.
— Машуля, я вернулся! — раздался незнакомый голос. — Купил торт, который ты любишь, и шампанское!
В дверях гостиной появился мужчина лет пятидесяти, высокий, седеющий, в дорогом костюме. Увидев Нину Александровну, он замер с пакетами в руках.
— Ой, — растерянно произнес он. — А я не знал, что у вас гости.
— Сергей Валентинович, познакомься, — тихо сказала Маша. — Это моя мама - Нина Александровна.
Мужчина поставил пакеты на пол и протянул руку.
— Очень приятно. Сергей Валентинович Петров. Маша много о вас рассказывала.
— Странно, — холодно ответила Нина Александровна, не подавая руки. — А мне о вас не рассказывала ничего.
Повисла неловкая пауза. Сергей Валентинович неуверенно улыбнулся.
— Наверное, хотела сделать сюрприз.
— Сюрприз? — Нина Александровна села в кресло. — Машенька, а где твой муж? Где Виктор?
Дочь побледнела.
— Мы... мы расстались, мама.
— Расстались? Когда?
— Полгода назад.
— Полгода назад! — Нина Александровна вскочила с места. — И ты мне ничего не сказала? Я же вчера с ним разговаривала!
Маша растерянно посмотрела на Сергея Валентиновича.
— Вчера? О чем вы разговаривали?
— Он сказал, что ты от рук отбилась, что больше не хочет с тобой жить, и чтобы я тебя к себе забрала!
Сергей Валентинович кашлянул.
— Может, я лучше в другой раз приду? Вижу, у вас семейный разговор.
— Нет, останьтесь, — жестко сказала Нина Александровна. — Раз уж вы здесь живете, то и участвуйте в обсуждении.
— Мама, не надо так, — взмолилась Маша.
— Как не надо? Дочь скрывает от матери развод, живет с незнакомым мужчиной, а бывший муж разыгрывает спектакли! Что здесь происходит?
Нина Александровна подошла к окну и обернулась к дочери.
— Машенька, объясни мне, пожалуйста. Если вы с Виктором развелись полгода назад, то зачем он мне вчера звонил и устраивал сцены?
Маша опустилась на диван и закрыла лицо руками.
— Потому что мы не развелись официально. Просто разъехались.
— Как это не развелись? — Нина Александровна почувствовала, как земля уходит из-под ног. — Значит, ты замужняя женщина живешь с посторонним мужчиной?
— Мам, ты не понимаешь...
— Тогда объясни! Объясни мне, как это понимать!
Сергей Валентинович сделал шаг вперед.
— Нина Александровна, позвольте я объясню. Маша попала в сложную ситуацию. Виктор не дает согласия на развод, требует половину квартиры, хотя она была куплена до брака на деньги Машиных родителей.
— На мои деньги, — поправила Нина Александровна. — Это я продала дачу, чтобы помочь дочери с квартирой.
— Вот именно. Виктор это прекрасно знает, но все равно требует свою долю. А пока идут судебные разбирательства, он не выпускает Машу из брака.
— И поэтому она живет с вами?
— Мы любим друг друга, — тихо сказал Сергей Валентинович.
— Любите? — Нина Александровна посмотрела на него внимательно. — А вы женаты?
Мужчина замялся.
— Разведен.
— Недавно?
— Год назад.
— А дети у вас есть?
— Двое. Сын и дочь.
— И сколько им лет?
— Сыну двадцать два, дочери девятнадцать.
Нина Александровна кивнула и села обратно в кресло.
— Понятно. Значит, взрослые уже. А что они думают о ваших отношениях с моей дочерью?
Сергей Валентинович поежился.
— Они... они пока не знают о Маше.
— Не знают? — переспросила Нина Александровна. — А почему?
— Развод прошел тяжело. Я не хочу пока их расстраивать новыми отношениями.
— Понятно, — снова кивнула мать. — То есть ваши дети не знают, что вы с кем-то встречаетесь, моя дочь не может развестись с мужем, а я до сегодняшнего дня вообще не подозревала о вашем существовании. Интересная получается ситуация.
Маша подняла заплаканные глаза.
— Мамочка, я не хотела тебя расстраивать. У тебя и так проблем хватает.
— Какие у меня проблемы?
— Ну... племянник обещал квартиру купить, но все откладывает, ты по углам скитаешься...
— Откуда ты это знаешь? Я же тебе ничего не рассказывала.
Маша смутилась.
— Виктор сказал.
— Виктор? — удивилась Нина Александровна. — А откуда он знает?
— Он... он иногда звонит, интересуется, как дела.
Мать встала и начала ходить по комнате.
— Так, давайте разбираться по порядку. Маша, ты живешь с Сергеем Валентиновичем, но официально замужем за Виктором. Виктор знает о твоих отношениях и даже знает о моих проблемах с жильем. При этом вчера он устраивает мне сцену и требует, чтобы я тебя к себе забрала. Что за спектакль такой?
Дочь и Сергей Валентинович переглянулись.
— Мам, это действительно сложно объяснить...
— Попробуйте. Я же не дура какая-то.
Сергей Валентинович подошел к окну и долго молчал. Потом обернулся.
— Нина Александровна, Виктор требует не только половину квартиры. Он еще и алименты хочет получать.
— Какие алименты? У вас же детей нет!
— Он говорит, что привык к определенному уровню жизни, что Маша его содержала, и теперь он имеет право на компенсацию.
Нина Александровна присела от неожиданности.
— Такого не может быть! Такого закона нет!
— Есть статья о содержании нуждающегося супруга, — тихо сказала Маша. — Виктор нигде не работает уже два года, говорит, что болеет. А я хорошо зарабатываю в банке.
— И судья может обязать тебя его содержать после развода?
— Может. На определенный срок.
Нина Александровна почувствовала, как кружится голова.
— И что же он хочет?
— Чтобы я выкупила его долю в квартире и еще год выплачивала ему по тридцать тысяч рублей ежемесячно.
— Сколько?!
— Тридцать тысяч, мама.
— Да у тебя же зарплата пятьдесят!
— Вот именно. Поэтому я и не могу пока подать на развод.
Нина Александровна опустилась в кресло и долго молчала. Потом посмотрела на Сергея Валентиновича.
— А вчерашний звонок Виктора зачем был нужен?
Мужчина неловко пожал плечами.
— Он узнал, что вы остались без жилья. Решил попугать, мол, если Маша не согласится на его условия, то и вас к себе не пустит.
— Как он узнал о моих проблемах?
— Следит за Машей. Знает, с кем она общается, что делает.
— Следит? Каким образом?
Маша виновато опустила глаза.
— У него остались ключи от квартиры. Иногда приходит, когда меня нет дома.
— Что?! — Нина Александровна вскочила. — То есть он может прийти сюда в любой момент?
— Может.
— И что тогда будет с Сергеем Валентиновичем?
— Он прячется в ванной или уходит на балкон, — едва слышно признался дочь.
Мать схватилась за сердце.
— Машенька, да что же ты делаешь? Ты живешь как на вулкане!
— Мам, я не знаю, что делать! — разрыдалась дочь. — Виктор меня шантажирует, денег на выкуп его доли нет, а Сергей Валентинович не может мне помочь, потому что все средства уходят на алименты детям.
Нина Александровна посмотрела на мужчину.
— А вы что, тоже платите алименты?
— Плачу. По решению суда. Бывшая жена не работает, воспитывает детей.
— Но им же уже за двадцать!
— Дочка учится в институте, сын пока не нашел работу.
— И сколько вы платите?
— Половину зарплаты.
Нина Александровна покачала головой.
— Получается, что вы содержите бывшую семью, моя дочь боится развестись, чтобы не содержать бывшего мужа, а я скитаюсь по углам. Красота!
В прихожей снова раздался звук ключей. Маша побледнела.
— Виктор! — прошептала она. — Сережа, быстро на балкон!
Но Нина Александровна встала и решительно направилась к двери.
— Никто никуда не пойдет. Хватит этого цирка!
Она распахнула дверь, и на пороге появился Виктор - высокий, худой, с неприятной усмешкой на лице.
— О, свекровушка уже здесь! — ухмыльнулся он. — Быстро Машка вас вызвала. Значит, поняла, что шутки кончились.
— Зачем ты пришел? — дрожащим голосом спросила Маша.
— Да так, проведать жену. Посмотреть, как она тут живет, — Виктор прошел в гостиную и замер, увидев Сергея Валентиновича. — А, любовничек здесь! Ну-ну, как дела, соперничек?
Сергей Валентинович сделал шаг вперед.
— Виктор, давайте решим все по-человечески.
— По-человечески? — расхохотался тот. — А что человеческого в том, что моя жена с тобой спит?
— Хватит! — резко сказала Нина Александровна. — Виктор, объясни мне, что ты хочешь!
— А чего тут объяснять, свекровь? Я хочу свою долю в квартире и компенсацию за моральный ущерб. Ваша дочурка меня бросила, теперь пусть платит.
— Какую долю? Квартира куплена на мои деньги!
— На ваши, но оформлена на Машку. А Машка - моя жена. Значит, половина квартиры моя.
— Ты не вложил в эту квартиру ни копейки!
— Зато вложил три года жизни в брак с вашей дочерью.
Нина Александровна почувствовала, как в ней закипает злость.
— Три года, в течение которых ты не работал, а Маша тебя содержала!
— Ну и что? Я же муж! Муж имеет право на содержание.
— Какой же ты муж, если позволяешь жене встречаться с другим мужчиной?
— А я и не позволяю, — усмехнулся Виктор. — Я против. Но что поделаешь, если жена такая распутная.
Сергей Валентинович не выдержал.
— Ты совсем обнаглел! Сам от нее ушел!
— Ушел? — удивился Виктор. — Кто тебе такое сказал? Это она меня выгнала! И теперь пусть отвечает по полной программе.
Нина Александровна посмотрела на дочь.
— Машенька, как все было на самом деле?
Дочь заплакала.
— Он прав, мама. Я его выгнала. Надоело содержать тунеядца.
— Вот видишь! — торжествующе воскликнул Виктор. — Жена выгнала мужа из дома! Теперь суд обязательно встанет на мою сторону.
— И что ты предлагаешь? — устало спросила Нина Александровна.
— Полтора миллиона за мою долю плюс тридцать тысяч в месяц алиментов. Или живем все вместе - я, Машка и ее любовничек. Пусть выбирает.
— Ты сошел с ума, — прошептала Маша.
— Это ты сошла с ума, когда связалась с женатиком, — злобно ответил Виктор. — Кстати, а он тебе рассказал, что до сих пор жену содержит? Что развелись они только на бумаге, а по факту он ей половину зарплаты отдает?
Маша удивленно посмотрела на Сергея Валентиновича.
— Это правда?
Тот смутился.
— Маша, я тебе объяснял... дети еще не встали на ноги...
— Дети! — захохотал Виктор. — Им по двадцать лет! Они давно должны сами себя содержать! А он все няньчится с бывшей женой!
Нина Александровна почувствовала, как у нее раскалывается голова. Дочь живет с мужчиной, который содержит бывшую семью, а сама не может развестись с тунеядцем-мужем. И посреди всего этого безобразия она, пожилая женщина без собственного угла.
— Знаете что, — сказала она, — хватит. Все расходимся по домам. Виктор, убирайся отсюда и ключи оставляй.
— Еще чего! Это дом моей жены, а значит, и мой дом.
— Это дом, купленный на мои деньги, — твердо сказала Нина Александровна. — И я требую, чтобы ты ушел.
— А не пойдет! — нагло ответил Виктор. — Пока развода нет, буду приходить когда захочу.
Тогда Нина Александровна достала телефон и набрала номер.
— Алло, полиция? Да, у меня тут мужчина в квартиру ломится, угрожает...
Виктор резко изменился в лице.
— Ты что творишь, старая?
— То, что давно надо было сделать. Либо ты сейчас же уходишь и оставляешь ключи, либо объясняешься с участковым.
Виктор злобно посмотрел на всех, бросил ключи на пол и направился к двери.
— Это еще не конец! — крикнул он напоследок. — В суде увидимся!
Когда дверь за ним закрылась, в квартире повисла тишина.
— Мам, — тихо сказала Маша, — что теперь будет?
Нина Александровна села в кресло и задумалась.
— А теперь, доченька, будем жить своим умом. Завтра идешь к юристу, выясняешь, как правильно подать на развод. Я продам свои золотые украшения, добавлю к твоим сбережениям - авось хватит на то, чтобы выкупить Викторову долю.
— Но алименты...
— А алименты он пусть через суд требует. Может, и не даст суд. Мужик здоровый, работать может.
Сергей Валентинович неловко кашлянул.
— Нина Александровна, может, мне действительно лучше уйти? Не хочу создавать вам проблемы.
Мать посмотрела на него внимательно.
— А вы готовы жениться на моей дочери, как только она разведется?
— Готов, — не раздумывая ответил он.
— Тогда оставайтесь. Но при одном условии - никаких тайн. Завтра же рассказываете своим детям о Маше. А то получается, что все кругом что-то скрывают, обманывают, прячутся.
— Хорошо, — кивнул Сергей Валентинович.
— И еще. Пока идет развод, никаких совместных трат. Каждый живет на свои деньги. Чтобы потом не было претензий.
— Мам, — удивилась Маша, — ты что, разрешаешь нам жить вместе?
— Разрешаю. Но по-честному. И я остаюсь здесь, пока не решу свой жилищный вопрос.
Дочь бросилась к матери и обняла ее.
— Спасибо, мамочка! Я так боялась тебе все рассказать!
— Глупая ты, — погладила ее по голове Нина Александровна. — Мать для того и существует, чтобы в трудную минуту помочь. А трудности у нас у всех есть. Главное - не прятаться от них, а решать.
За окном темнело. Но в квартире стало как-то светлее и спокойнее. Впервые за много месяцев все тайны были раскрыты, и можно было начинать жить по-настоящему.