Измените свои планы, – свекровь дает обещания за моего мужа, а его ставит перед фактом

Меня всегда выводило из себя одно свойство характера моей свекрови, Ирины Петровны. У неё была манера раздавать чужие жизни направо и налево. Она обожала обещать за моего мужа, а потом просто ставила нас перед свершившимся фактом. Её нисколько не интересовали наши планы или желания.

В ту субботу мы с Алексеем и нашим сыном Мишей собрались в планетарий. Билеты я купила заранее. И вот раздался звонок.

— Алёш, ты сможешь сегодня подъехать?

— Мам, мы сегодня… у нас запланировано.

— Какие могут быть планы? Мне нужна твоя помощь.

— Мы в планетарий идём, всей семьёй.

— Перенесите. Это важно.

Ирина Петровна тяжело вздохнула в трубку.

— Я уже сказала дяде Косте, что ты поможешь. У него ремонт, надо мебель передвинуть.

Лицо Алексея вытянулось. Он беспомощно посмотрел на меня.

— Мам, я хочу провести день с сыном.

— Сын никуда от тебя не денется. Жду в три.

— Опять? — спросила я, уже зная ответ.

— Да. Ее брату надо помочь.

— И почему это всегда ложится на тебя? Ты её личный разнорабочий?

— Вероник, она же одна. Кому ещё звонить?

— Так пусть звонит, когда надо помогать ей, а не всем её родственникам и знакомым! Она вообще не видит в этом ничего зазорного?

Алексей лишь развёл руками. Его мать жила в своей системе координат, где её слово было законом для всех, особенно для сына.

В планетарий мы пошли вдвоём с Мишей. Он молча смотрел на звёзды, а я видела, как он расстроен. Даже шарики мороженого не развеселили его.

Алексей вернулся глубоким вечером, весь в поту и строительной пыли.

— Хоть заплатили тебе? — спросила я, подавая ему воду.

— О чём ты? — он покачал головой. — Это же родня. Разве можно брать деньги с родных?

Его мать считала, что помощь должна быть безвозмездной, даже если это стоило нам нашего общего выходного, а ему — сил и здоровья.

Спустя несколько недель история повторилась. На этот раз надо было везти её с подругой по магазинам. Не в один, а в несколько, разумеется.

— Неужели нельзя заказать всё через интернет? — пыталась я образумить. — Я могу всё оформить за полчаса.

— Говорил. Она не доверяет. Боится, что продукты будут несвежими.

Она была из тех, кто предпочитал всё усложнять, лишь бы не менять устоявшихся привычек.

После этого я настояла, чтобы он сменил номер и выдавал его только для работы. Неделю был покой. Пока звонок не раздался у меня.

— Вероника, где Алексей? Его телефон не отвечает.

— Он дома. В чём дело?

— Пусть подойдёт. Надо помочь соседке с книжным шкафом.

Я посмотрела на мужа, который наконец-то отдыхал, играя с сыном в конструктор.

— Нет. Не дам я ему трубку.

— Как это понять?

— А так и понять. Хватит распоряжаться его временем. У него есть своя семья.

— Да как ты смеешь? Он мой сын!

— Именно что сын, а не таксист и не мастер на все руки. Вы дали слово — вы сами и помогайте. Отвечайте за свои обещания.

Я положила трубку, не дожидаясь ответа. Приготовилась к скандалу с мужем, но он подошёл ко мне и обнял.

— Спасибо, — тихо сказал он. — Я бы так и не смог ей этого сказать.

Ирина Петровна перестала звонить с приказами. А я готова была повторить сказанное снова, чтобы защитить покой своей семьи.