ДОМ СЕСТРЫ. (49 ЧАСТЬ).
Позвонила Сонька. "Ирка, прочитала твою книгу на одном дыхании. Чуть ребёнка не забыла забрать из секции. Данька меня ждал, ждал и заревел. Он ещё маленький, от меня не отлипает. Тренер привёл за руку в фойе спорткомплекса, а я в уголочке за гардеробом сижу, читаю. Данька потом весь вечер не меня дулся и муж кстати тоже. Хахаха. Он ко мне с ласками, только с рейса, а я "уйди противный" мне дочитать надо. Обиделся благоверный. Я потом гуляшом и беляшами вину заглаживала. Ой, умора! Ирка, а ещё у тебя есть что-нибудь? Нет? Обидно. Подруга ,напиши ещё чего-нибудь, умоляю. Я редко читаю, но тут прям залипла. Мало того, дала соседке почитать, она в восторге. Выпросила книжку для сестры. Та тоже жаждет новых рассказов от тебя. Ирка, прям сейчас садись и пиши. Слышишь? Непременно! "–восторженно тарахтела Сонька.
Писать ещё? Ирка не знала о чём. Выдумывать она не умела, а ничего примечательного с ней не происходило, чтоб прям книгу настрочить.
На мамин день рождения Ирка приехала к ней в пекарню с цветами и подарком. Дину Георгиевну проще было застать именно там, чем дома. Мама вздыхала, что запустила дом. "Ой, дочь, пыль по полу катается, стиранное огромной стопкой лежит, в холодильнике только кефир, творог и банка с солеными огурцами. Некогда, некогда. Завтракаем с Леней на скорую руку и сюда. Обедаем здесь, в столовой и в судочки на ужин берём. Я слышала, что Женя запускает сеть таких столовых как наша" –говорила мать и тут же ставила опару на следующую партию пирогов. Одно другому не мешает. Ирка смотрела на мать и видела как она счастлива. Да устаёт, да дома бардак, да без отпуска и практически без выходных, но она счастлива. "Мама занимается своим любимым делом"–подумала Ирка–"Я тоже хочу. Хочу писать. Но о чём?"
Дине Георгиевне Ирка тоже дарила свою книгу, но мать даже не открыла её. Оно и понятно, некогда. Ирка не обиделась на маму, но всё-таки очень ждала от неё рецензию её творчества. Ей это было важно. Уж мама не станет лукавить и скажет всё как есть.
Жека тоже не читал её рассказ. Он в последнее время работал как вол. Запускал новый ресторан на место "Северного ветра". Нанял бригаду, сделали ремонт. Мотался , выбирал мебель, барную стойку, оборудование. Иногда отлучался на день-два, чтоб лично отобрать лучшее из предложенного. Запускал сеть столовых по городу. Одна из "Столовок" планировалась открыться на месте бывшего кафе возле её тоже бывшей работы. Ирония судьбы. Её подруги, которые уже не подруги, а так же их начальница, смогут вкусно и недорого обедать в заведении принадлежащее её мужу.
Без дела сидела только Ирка.
Идея книги пришла к ней при просмотре фильма снятого американцами по её рассказу. Копию прислали с киностудии, черновой вариант. Ирка не всегда улавливала о чём говорят герои, но и так было понятно, что её историю значительно изменили. Алю превратили в какую-то суперменшу. Она бегала, стреляла, гоняла на машине как заправский гонщик. Действие из России перенесли в Штаты. Мальчик Саша превратился в девочку Саманту, а научная станция на скалистом берегу холодного моря превратилась в ранчо штата Техас. Ушла вся драма, остался боевик какой-то. Ирка плюнула, не стала досматривать до конца. Иностранцам никогда не понять русскую душу. Ирка решила написать истории простых, русских женщин. То, что она слышала от них. Она позвонила Изольде Павловне и взяла с неё разрешение написать о ней, естественно изменив имена и фамилии. Изольда Павловна была польщена. Она предложила Ирке пробить её первую книгу в московских издания. У неё были связи. Ирка дала добро и выслала ей экземпляр "На краю мира".
Изольда Павловна позвонила через две недели. Она конечно не восторгалась как Сонька, но в общем и целом дала положительную рецензию.
Ирка выпросила у Татьяны Геннадьевны и у Янины их истории, а так же вспомнила дурынду горничную Полинку и плюсом мамину судьбу. Всё это она изложила в своей новой книге, немного приукрасив (совсем чуть-чуть), изменив имена и в случае с Полинкой немного домыслила, кое-что убрала, кое-что добавила, чтоб если глупая, нагловатая бывшая горничная вдруг решит прочитать её книгу, не смогла подать на неё в суд . Конечно один шанс из ста, что Полина откроет хоть какую-нибудь книжку после букваря, но подстраховаться стоит.
Ей не хватало материала и она договорившись с экономкой стала уезжать на день–полтора. Ирка покупала билет на поезд, обязательно в плацкарте, садилась , находила разговорчивую женщину и легонько расспрашивала ту о её жизни. В основном женщины охотно рассказывали ей о себе, не надо долго упрашивать. Срабатывал синдром попутчика. Незнакомому человеку, с которым ты ни когда больше не увидишься легче рассказать самое сокровенное, то что близким не скажешь. Ирка запоминала истории, корректировала их, записывала от руки в блокнот ключевые моменты, сидя на вокзале с билетом обратно. Она называла это командировкой. За Еву она была спокойна. Ни кто лучше экономки не позаботится о её девочке. Татьяна Геннадьевна любила Евушку как родную дочь.
Изольда Павловна позвонила Ирке и сказала, что её "На краю мира" взялись печатать, более того она договорилась о том, что её следующую книгу тоже возьмут в печать. Ирка прыгала до потолка." Ура! Ура! Мою книгу будут читать тысячи и тысячи людей! "–ликовала она.
Агент из издательства позвонил Ирке обсудить её гонорар и сроки написания следующей книги. Ирка была согласна на любые условия, но Жека присутствующий при разговоре, прошептал ей, что нужно взять паузу и подумать. Агент согласился скинуть контракт на электронку Ирке. Жека подкорректировал некоторые пункты и переслал обратно. Агент поломался немного, но согласился на её условия.
После восьми месяцев сбора материала, изложения историй на лист, правок, вырисовалась книга из пятнадцати глав. Каждая глава одна история одной женщины.
Ирка долго не могла придумать название для новой книги. Женщины? Нет, не подходит. Слишком созвучно с старым, советским фильмом. Про женщин? Тоже нет. Ирка мучилась, мучилась и тут позвонила бывшая горничная Маша. Она радостно сообщила, что приняла постриг, чему несказанно рада. Спросила о Еве и Жеке, вспомнила Татьяну Геннадьевну. Ирка попросила её рассказать о жизни в монастыре. Маша спокойно рассказывала об укладе жизни монастыря, работе в воскресной школе, о том, что при монастыре варят мыло на отваре лечебных трав и так далее. Маша всё время повторяла мы с сёстрами то, мы с сёстрами это и тут Ирку осенило. Книгу надо назвать "Сёстры". По сути все люди братья и сёстры. Она пишет о женщинах, значит опускаем братьев и оставляем сестёр.
Через год Ирка сидела за столом в крупном торговом центре Москвы. Рядом стенд с её новой книгой "Сестры". Народ пробегал мимо, не обращая внимания на неё. Ирка скисла, отложила ручку, которой собиралась давать автографы. Рядом топтался агент и Изольда Павловна. "Это провал. Навоображала себе черт знает что. Ага, сейчас, ломанулись все покупать мои книжонки. Бедные Изольда и агент, стоят, улыбаются зазывно" –подумала она.
Изольда Павловна отошла в сторону, изобразила покупательницу. "О, что это? Новая книга Ирины Молдавской? Ой, так вот же она сама! Какое счастье! Живая Молдавская! Вы подпишите мне книгу?" –возбуждённо закричала она, потрясая книгой в воздухе. Её трюк сработал. Стали подходить любопытные. Спрашивали у Изольды Павловны кто такая Молдавская, что пишет, интересно ли. Изольда восторженно прикладывая руки к груди с зажатой в них книгой, нахваливала "Сестер" и автора. Люди подходили к стенду, покупали книгу и выстраивались в очередь за автографом. Кто то повелся на "живую" писательницу, кто-то прочитав пару страниц заинтересовался и с нетерпением ждал своей очереди за автографом, чтоб погрузиться в чтение дома под тёплым пледом на диване. Изольда Павловна незаметно подмигнула Ирке. Ирка просияла. Её книги будут читать...