Я нашла фотографию.
Он обнимает другую.
У моря.
Смеётся.
Дата — 8 марта. А я в этот день
лежала с температурой 39,
не могла встать с постели,
а он сказал:
"Поехал с друзьями. Отдохнуть." А на фото — не друзья.
Она.
Молодая.
В его объятиях.
С той лёгкостью, с которой он давно не прикасался ко мне. Не сразу.
Не с криком.
Я просто включила его ноутбук — чтобы распечатать документ.
А увидела папку с названием: "Туры".
Открыла.
Там — две поездки.
Одна — с семьёй.
Вторая — с ней.
Та самая, о которой он сказал: "Поехал с друзьями." Я не ревновала к телу.
Я ревновала к этому:
к лжи,
к спланированному обману,
к тому, что он мог быть живым — только с кем-то другим. Не потому что слабая.
Не потому что боюсь.
А потому что
**я наконец увидела: проблема — не в нём.
Проблема — в нас.
В том, как мы перестали быть парой —
не из-за другой женщины,
а потому что я давно перестала быть собой. Он не ответил на мой вопрос: "Зачем?"
Он сказал:
— "Я не знаю.
Просто… с ней я не должен был "держаться".
Я мог быт