Утро начиналось тихо и буднично, как тысячи предыдущих дней. Но именно эта обычность казалась фальшивой, словно мир замер в ожидании какого-то важного события. Легкая пелена полусна мягко держала тело, позволяя ещё немного насладиться уютом теплых простыней. Однако вскоре это приятное состояние растаяло, уступив место бесплотному чувству беспокойства, гложущему изнутри.
— Ещё рано... — прошептал он, стараясь уснуть обратно, но сон ушёл окончательно.
Антон Куликов открыл глаза осторожно, боясь встретиться лицом к лицу с очередным унылым днем. Окружающий мир выглядел таким обыденным, настолько знакомым, что хотелось оттянуть момент полного возвращения в реальность. Всё вокруг казалось неизменным, статичным, лишённым признаков жизни: приглушённый свет, струящийся сквозь пожелтевшие гардины, неровный рисунок обоев, трещины на потолке, внимательно следящие за каждым его вздохом.
Потолок висел низко, из-за чего пространство казалось узким, замкнутым, создавая впечатление давящей коробки. Интерьер поражал своей скромностью: невысокий диван-кровать, купленный на распродаже в мебельном магазине за два квартала от метро, шаткий журнальный столик с чашкой остывшего кофе, разбросанные повсюду бумаги и старенький ноутбук.
Снаружи стояла мерзкая осенняя погода: капли дождя барабанили по стеклу, рождая заунывный ритм, напоминающий детский плач. Сквозь щели балконной двери тянуло промозглой свежестью, запахами мокрого асфальта и пыли, что вкупе с остаточным дымом отопления, источаемым старыми чугунными батареями, расположенными вдоль стен комнаты, создавало своеобразный букет ароматов.
Первый глубокий вдох принес запах лежалой ткани и несвежего белья, ибо одежда лежала в хаотичной куче прямо на стареньком кресле, прижавшись к потёртому шкафчику с облупившейся краской. Солнечные лучи, просочившиеся сквозь грязное окно, оставили жёлтое пятно на краешке старого письменного стола, резко выделяющегося на фоне мрачной окраски стены, создавая неприятный визуальный диссонанс.
Квартира, в которой жил Антон, располагалась на третьем этаже панельной пятиэтажки, построенной ещё в советское время. Хоть она и была просторной относительно современных стандартов квартир-студий, отсутствие ремонта, изношенные обои и незастеленный пол придавали ей вид нежилого помещения.
Антон тяжело поднялся с постели, опираясь руками о твердый матрас, точно желая убедиться, что сила земного притяжения все еще действует. Расслабленное тело сопротивлялось движению, суставы негромко хрустнули, сообщая о первых признаках старения организма. Головокружение ненадолго охватило его, подобно легкому волнению моря, накатившему на берег, но скоро отпустило, позволив сосредоточиться на дальнейших действиях.
Выпрямляясь, он машинально взглянул на телефон, лежащий возле подушки: семь утра. Обычно Антон вставал позже, наслаждаясь редкими минутами утреннего покоя, но сегодня что-то беспокоило его больше обычного. Быстро надев мятую футболку и потертые джинсы, он прошёл в крошечную кухню. Свет лампочки замигал и погас, заставив его вспомнить про просроченные счета за электричество.
Голова вновь слегка загудела, будто что-то сдавливало ее изнутри, в ушах зазвучал слабый звон. Моргнув пару раз, Антон подумал, что за последнее время подобные симптомы испытывал не впервые.
Может, это переутомление? Или стресс от постоянных переработок? Так много обязательств, ожиданий...
Пока чайник закипал, выпуская струйки пара, взгляд сам собой остановился на ноутбуке, небрежно раскрытом на краю кухонного стола. Монитор мерцал мягким светом, привлекая внимание красной точкой индикатора уведомлений, пульсирующей в верхнем правом углу экрана. Он смотрел на этот красный свет, чувствуя лёгкое раздражение и любопытство одновременно.
Антон машинально поднял руку и слегка прикоснулся кончиками пальцев к клавишам клавиатуры. Однако едва пальцы коснулись поверхности, как дисплей ноутбука внезапно вспыхнул ярким светом, мягко заливая пространство кухни ровным сиянием.
На мониторе отразилось лаконичное сообщение: «Обнаружены активные подключения». Оно застыло посреди экрана, чётко обозначенное чёрными буквами на белом фоне. Сообщение звучало настораживающе, особенно учитывая тот факт, что никаких процессов он недавно не запускал. Затем последовал отчёт, молниеносно сменивший сотни страниц текста, описывающего процессы передачи данных.
Недоумевая, Антон попытался закрыть сообщение, но то продолжило воспроизводить тексты само по себе, отображая поток бессмысленных символов, чисел и терминов вроде «нейронные интерфейсы», «психология восприятия» и «социальная адаптация».
«Что происходит?».
Мысль прервалась резким звуком извне: мобильный телефон издал короткий виброзвонок, вынуждая Антона бросить ноутбук и поспешить к столу, чтобы взглянуть на дисплей устройства. Смартфон моргнул и показал уведомление от мессенджера. Взволнованно нажимая пальцем на сенсор экрана, Антон почувствовал лёгкую дрожь пальцев. Экран телефона озарился надписью: «Ты нужен нам срочно!».
Сообщение поступило от старого приятеля детства Миши Коноплёва. Несколько секунд он пристально смотрел на дисплей, пытаясь осмыслить смысл короткого послания.
Пару мгновений спустя Антон ответил: «Привет. Что случилось?». Ответ пришёл почти сразу: «Приходи скорее, обсудим лично. Место встречи — бар "Старшина", через двадцать минут».
«Да чтоб тебя», - подумал Антон, прижимая руки к затылку, пытаясь справиться с пульсирующей болью в висках, возникшей внезапно.
Антон бросился в ванную комнату, хватаясь рукой за край раковины. Включив холодную воду, он наклонился и плеснул её на лицо, стараясь взбодрить себя и избавиться от неприятных ощущений. Прохладная жидкость приятно освежила кожу, временно снимая головную боль и стресс.
Без долгих колебаний он развернулся и поспешил обратно в комнату. Натянув куртку поверх рубашки, и, сняв чайник с плиты, парень вышел из квартиры, закрыв дверь.