«Вечерний Санкт-Петербург» — о последствиях моды на необычные имена
«Хоть горшком назови, только в печь не ставь», — гласит известная пословица. Но вопреки ей — к выбору имён отношение у людей особое, причём весьма переменчивое. Согласно данным, опубликованным на информационном аналитическом портале городского ЗАГСа, самыми необычными именами для новорождённых в 2024 году в Петербурге стали Агура, Лерия, Сантино и Айнагуль. В Ленобласти родители оказались ещё креативнее. Там, по данным пресс-службы администрации региона, среди нестандартных имён встречались: Сила, Обида, Луна и старославянские Ратибор и Забава.
Подобная статистика навела депутатов ГосДумы на мысль дать детям право сменить имя до получения паспорта, если они столкнутся с буллингом в школе. Но с одной ремаркой — имя должно быть обязательно русским.
«В таком случае новое имя ребёнку смогут присвоить только из перечня традиционных распространённых в России имён. Такой механизм обеспечит баланс между защитой интересов ребёнка и необходимостью предотвратить импульсивные или необоснованные смены имени», — сказал автор инициативы, депутат Вячеслав Даванков.
Он напомнил, что в 2023 году только в Москве более чем 7 тыс. новорождённым дали необычные имена, такие как Донателла, Люцифер, Европа, Сахар и Кит.
Школьная дилемма
Впрочем, травля в школе — тема глубокая, и, по оценке психологов, далеко не всегда именно имя ребёнка, становится её источником.
«Поводом для травли может быть всё что угодно — как в положительном, так и в отрицательном ключе: внешность, умственные способности, социальный статус и прочее. Может стать и имя ребёнка. Особенно, если родители старались максимально “скреативить” или вложить в это имя особое значение. В таких отдельных случаях данная инициатива может быть полезной. Важно понимать, что буллинг — это сложное социальное явление, корни которого часто лежат глубже, чем просто имя. Дети, склонные к агрессии, могут найти и другие поводы для травли. Необходимы системные меры: работа психологов в школе, вовлечение педагогов и родителей в профилактику травли», — комментирует детский психолог Елена Синельникова.
В пользе смены имени ребёнком для прекращении травли в его сторону сомневается психолог Lahta Clinic Юрий Ильев.
«Человек сменил имя, но он ведь остался тем же — в том же классе, в той же школе, в той семье и в том же окружении. Проблему буллинга точно нужно решать в конкретном месте. Буллинг — это проблема агрессора, а не жертвы. И как тогда смена имени “жертвы” должна что-то изменить?» — задаётся вопросом эксперт.
Аналогичное мнение выразила депутат ЗакСа Вера Сергеева: «Буллинг зачастую связан с более глубокими причинами, такими как стремление к доминированию, социальное неравенство или проблемы в семье агрессора. Смена имени может временно помочь жертве, но не устранит в целом причины агрессивного поведения».
Выделяться делами
Беспокоит специалистов и тот факт, что дети могут начать менять имена в знак протеста против родителей или в случае обиды, полученной в подростковом возрасте.
«Я считаю, прежде чем давать ребёнку разрешение на смену имени и фамилии, ему необходимо пройти психологическое освидетельствование и получить заключение от профессионального подросткового клинического психолога о том, делает ли это ребёнок из протеста и понимает ли меру ответственности. Ну и, разумеется, необходимо установить лимит на количество процедур по смене имени и фамилии», — говорит клинический психолог «Медси» Наталья Винниченко.
Впрочем, подвергнуть сомнению выбор родителей в отношении своего имени дети смогут далеко не сразу. По мнению детского психолога Марии Гофман, в возрасте до 5 лет для ребёнка родители — главный авторитет, и он не ставит под сомнение их благие намерения. «Сначала имя ребёнка позиционируют родители, в более старшем возрасте он это делает сам, где и могут начаться проблемы. Если у ребёнка низкая самооценка, то подача себя и своего имени вызовет насмешки среди сверстников. Если самооценка достаточная, то критика со стороны будет им восприниматься спокойно, что в перспективе перейдёт в уважительное отношение», — считает эксперт.
С коллегой по цеху согласна и нейропсихолог Мария Прокопова. По её словам, нестандартное имя может привлечь внимание — как хорошее, так и не очень.
«Представьте ребёнка с именем Звездолёт: он либо станет звездой класса, либо услышит много шуток про космос. Но в конце концов, всё сводится к тому, какой характер у ребёнка и как он реагирует на эти шутки. Идентичность формируется не только именем, но и тем, как человек живёт свою жизнь». Специалист добавляет: «Ребёнок растёт там, где его любят, поддерживают и дают возможность развиваться. Имя здесь вторично. Именно через свои действия, решения и ошибки человек становится тем, кто он есть. Важно не то, как тебя зовут, а то, как ты себя чувствуешь. Если ребёнок уверен в себе, никакое имя не сможет его сломать».
Огласите список
Это не первый случай, когда власти пытаются ограничить возможности родительского воображения на выбор имени своему чаду. Так, с 2017 года в законодательстве появилась поправка, которая запретила родителям называть детей именем, состоящим из буквенно-цифровых обозначений — например, R2D2, числительных — Людовик XIV, символов и их комбинаций или бранных слов. Не зарегистрирует ЗАГС и имена, указывающие на ранги, должности, титулы. То есть сделать из своего ребёнка Князя Владимира или Капитана Чукотка с тех пор не выходит.
Помимо инициативы в разрешении детям менять собственное имя, обсуждаются и более радикальные меры. Так, уполномоченный по правам ребёнка в Республике Татарстан Ирина Волынец предложила создать «реестр разрешённых имён», а право определять «верность» имени отдать органам ЗАГСа.
«С моей точки зрения, традиционные имена — это замечательно, ведь они несут в себе историческую и культурную значимость, а также нашу связь с прошлым. Однако важно понимать, что выбор имени — это личное дело каждой семьи, и он отражает их ценности, вкусы и взгляды на жизнь», — заключает депутат ЗакСа Вера Сергеева.