– У него же ничего нет – ни перспектив, ни состояния, – говорила мама о моем женихе, но вскоре ей пришлось изменить свое мнение

Я нажала звонок у двери маминой квартиры. Рядом стоял Артем, сжимая в руках роскошные лилии.

— Не бойся, — прошептал он. — Твои родные не опаснее моего научного руководителя на защите диссертации.

Я лишь горько усмехнулась про себя.

Дверь открылась, и на пороге возникла строгая фигура моей матери, Светланы Петровны.

— Наконец-то соизволили, — произнесла она вместо приветствия. — Мы уже начали волноваться.

Отец улыбнулся искренне и тепло потряс руку Артема.

— Очень рад тебя видеть. Катя много рассказывала.

— Мне тоже очень приятно, — Артем протянул цветы моей маме. — Это вам, от всего сердца.

Она взяла букет, критически его оглядывая.

— Лилии? Как неожиданно. Спасибо. Проходите, ужин ждет.

За столом мама устроила допрос. Ее вопросы летели один за другим: о карьере, образовании, жизненных целях. Артем держался уверенно.

— А ваши родные где проживают? — поинтересовалась мама.

— Под Псковом, — лаконично ответил Артем. — У нас там дом.

— Дом? Скромное семейное гнездышко?

— Мама, пожалуйста! — воскликнула я.

— Я что-то не то сказала? — удивилась она. — Я лишь интересуюсь. Мы должны понимать, в какие руки попадает наша дочь.

Как только дверь закрылась за Артемом, на меня обрушился шквал.

— Ты в своем уме? Этот безродный? У него же ничего нет! Ни перспектив, ни состояния! Одно лишь полуразрушенное поместье где-то в глуши!

— Хватит! — я вскочила. — Прекрати сейчас же!

— А что? — мать надвинулась на меня. — Думаешь, я не понимаю? Сначала брак, потом дети, а жить вам негде! В развалюхе? Чтобы моя дочь ютилась в коммуналке?

— Да хоть в землянке! — выкрикнула я. — Это мой выбор!

Я резко повернулась и вылетела из квартиры.

***

Музыка тихо лилась по банкетному залу, а официанты расставляли изысканные блюда. После той ссоры прошло три месяца, но мама не сдавала позиций.

— Все наладится, — тихо сказал Артем, касаясь моей руки.

— О чем ты? — удивилась я.

Но он лишь таинственно улыбнулся, встал и громко сказал:

— Дорогие друзья, уделите нам минутку!

Зал затих.

— Я хочу поделиться прекрасной новостью, — продолжил он. — Мои родители смогли приехать.

В зал вошли двое: статный мужчина и элегантная женщина.

— Простите за задержку, — сказала она, направляясь к нам. — Конференция затянулась.

Она поцеловала Артема, а затем обратилась ко мне:

— Вот она, наша красавица! Артем не уставал говорить о тебе. Я Ольга Дмитриевна, а это мой супруг, Владимир Николаевич.

Мужчина вежливо поклонился:

— Мы так рады наконец встретить девушку, покорившую сердце нашего сына.

В зале затихли.

— Позвольте представить моих родителей, — громко сказал Артем. — Владелец архитектурного бюро и декан исторического факультета...

Мама застыла, будто ее ударили током.

Ольга Дмитриевна, изящно присев рядом с ней, мягко сказала:

— Вы, должно быть, мама Кати? Я так рада знакомству. Мы с мужем очень переживали, но, увидев вашу дочь, поняли — она прекрасна. И абсолютно неважно, что ее семья не из академической среды.

Мама закашлялась.

— Кстати, о жилье, — продолжила Ольга Дмитриевна. — Артем говорил, вы беспокоились? Не стоит. У нас прекрасная усадьба под Псковом, места хватит всем.

— Усадьба? — пролепетала мама.

— О да, — включился в разговор Владимир Николаевич. — Памятник архитектуры, три этажа. Мои предки ее строили.

Мама поднялась и, выпрямив спину, направилась к выходу. Я нашла ее в фойе, у большого зеркала.

— Мама, — тихо позвала я, — с тобой все хорошо?

Она обернулась.

— Прости меня, родная, — прошептала она.

Я обняла ее за плечи. — Все в порядке, мам. Ты просто за меня переживала.

— Переживала! — она горько усмехнулась. — Я вела себя ужасно! Наговорила гадостей, оскорбила твоего Артема...

— Забудем, — твердо сказала я. — Главное — ты все поняла. Возвращаемся? Все волнуются.

Мама вытерла слезы.

— Возвращаемся. Но... Мне нужно извиниться перед Артемом. И перед его семьей.

— Успеешь, — подмигнула я. — У нас впереди целая жизнь. Хватит времени и на извинения, и на дружбу.

Мы вернулись в зал. А за столом нас ждали любящий муж, понимающий отец и новые родственники, готовые принять в свой круг еще одну своенравную, но бесконечно любящую мать.