Стиль Самсонова — это динамичный, живой рассказ с элементами научной фантастики, юмора, лёгкой иронии и духом детского приключения. Здесь будет и загадочный гриб, и странные человечки, и необычные открытия — всё с характерным для Самсонова ритмом, диалогами и атмосферой удивительного, но вполне возможного чуда.
Гриб, в котором жили десять человечков и один Вовка.
Вот что произошло однажды с мальчиком по имени Вовка. Не самый выдающийся ученик, не герой из учебника, а самый обычный — с курносым носом, шнурками, которые постоянно развязываются, и с мыслью, что где-то за лесом обязательно должно быть что-то интересное.
И вот однажды он пошёл за лес. Не потому что знал, куда идёт, а потому что надо было идти. Идти — и всё.
Шёл он, шёл, споткнулся о корень, упал, встал, отряхнулся — и вдруг видит: перед ним стоит - сооружение. Белое, гладкое, как будто слепленное из мыла, и такое огромное, что верхушка теряется в облаках.
— Ну и дела, — сказал Вовка. — Это что — дом? Башня? Или, может, космический корабль, который упал с Марса?
Он подошёл поближе. Хотел постучать, но рука не дотянулась — стена была горячей, как батарея в школе зимой.
— Эй! — крикнул Вовка. — Есть кто живой?
Из стены тут же высунулась голова. Маленькая, круглая, с усами, как у актёра Вицина. Глаза — как пуговки, брови — как запятые.
— Ты чего ковыряешь? — спросил голова. — Иди с другой стороны, тут занято!
— А что вы делаете? — спросил Вовка.
— Живём, — ответил голова. — А ты думал — грибом дышим?
— А это и есть гриб? — удивился Вовка.
— Ну да. А ты думал — избушка на курьих ножках?
Вовка оглянулся. Да, похоже на гриб. Только гигантский. Шляпка — как облачко, ножка — толще дуба, и всё это слегка светится изнутри, как будто внутри горит лампочка.
— Заходи, — сказал человечек. — Только не трогай стену — она живая.
Вовка зашёл. И оказался внутри. А внутри было — не просто пусто, а полно Полно комнат, переходов, дверей, тоннелей, лестниц и даже лифта, который работал на грибной слизи.
— Это не просто гриб, — объяснил человечек, — это общежитие.
— А тебя как зовут? — спросил Вовка.
— Тортик. Хотя родители назвали Васей. Но Тортик — звучит веселее.
— А жена?
— Кити. Как у Алисы. Только не кот, а кошка.
И правда, из соседней комнаты выглянула женщина с большими глазами и хвостом — нет, хвоста не было, просто коса болталась, как у кота.
— Здравствуй, — сказала Кити. — У нас сегодня день тоски. Не шуми.
— А что это значит — день тоски? — спросил Вовка.
— А ты сейчас увидишь.
Он прошёл по коридору. В одной комнате сидел человечек и смотрел в стену. Глаза — как у карася, губы — как у троллейбуса.
— Это он что, заболел? — спросил Вовка.
— Нет, — сказал Тортик, — это у него день гнева. Он гневается на всё подряд. На стену, на пол, на соседа, на гриб. Особенно на гриб.
— А почему?
— Потому что гриб сегодня не тот. Вчера был светлее.
— Ага, — сказал Вовка. — Я понял. Вы тут все разные каждый день.
— Точно, — кивнул Тортик. — Гриб нас перенастраивает. Утром — страхи, днём — радости, вечером — размышления. А ночью — сны. И это нормально. Такой у нас уклад.
— А сколько вас?
— Десять. Десять человечков. А ты — одиннадцатый. Лишний. Как запятая в середине предложения.
— А если бы я привёл девочку?
— Тогда было бы двенадцать. И гриб стал бы расти быстрее.
Вовка огляделся. Действительно, по стенам тянулись стрелки, переходы, двери с надписями: «Страх , Радость, Гнев, Тоска, Мечта.
— А если я зайду в комнату радости, я тоже стану радостным? — спросил Вовка.
— Конечно, — сказал Тортик. — Только не задерживайся. А то потом не выйдешь — будешь смеяться до упаду.
— А если зайду в комнату страха?
— Тогда будешь прятаться от всех. Даже от себя.
Вовка понял: гриб — не просто дом. Это машина для настроений. Как будто кто-то написал программу: «Жить по дням».
А потом случилось неожиданное.
На горизонте показалась лодка. Маленькая шхуна с парусом, как у пиратов. В лодке сидел моряк. Курил трубку. Напевал:
Эй, моряк, ты слишком долго плавал,
Я тебя успела позабыть!
— Осторожно! закричал Тортик. — Он нас увидит!
— Как? — удивился Вовка. — Это же гриб! Он огромный!
— Именно, — сказал человечек, который играл роль гнева — Поэтому гриб выпускает белый пар. И издалека кажется — просто облако.
— Круто, — сказал Вовка. — Значит, он сам защищается?
— Ну да. Как кальмар — выпускает чернила. Только мы — пар.
Моряк посмотрел в бинокль. Повертел головой. Потом пожал плечами и поплыл дальше.
— Уф, — выдохнули все. — Повезло.
А вечером сварили суп. Из грибных перепонок. С картошкой, которую выращивали на грибной грядке. Удобрение — то же, что и стены: грибной сок.
— Вкусно, — сказал Вовка. — Как в сказке.
— Это и есть сказка, — сказал Тортик. — Только научная.
А потом Вовка заметил странность.
Каждое утро он клал на землю стрелку из веточек. Чтобы найти гриб. А утром — стрелка указывала в другую сторону.
— Почему? — спросил он.
— Потому что гриб растёт, — объяснил Тортик. — И вместе с ним меняется всё. Даже направления.
— А почему он растёт?
— Потому что мы живём. Каждый день, каждый вздох — и он становится больше. Мы — его топливо. А он — наш дом.
— А если бы мы все ушли?
— Тогда он бы перестал расти. И, может, исчез бы. Как мечта, которую забыли.
Вовка задумался. Он вспомнил свою Олесю. Девочку, которая жила за рекой. И подумал: «А что, если привести её сюда?»
— А если я приведу Олесю? — спросил он.
— Тогда будет двенадцать, — сказал Тортик. — И гриб станет цветным.
— Цветным?
— Ну да. Сейчас он белый. А с двенадцатью — покраснеет. Как от смущения.
— А если придут взрослые?
— Тогда, — серьёзно сказал Тортик, — гриб испарится. Так что молчи.
И Вовка молчал.
Но однажды он умылся в ручье. А вода в ручье была не простая. Она была грибная.
И вдруг он увидел: деревья улыбаются. Трава перешёптывается. Муравьи маршируют под музыку, которую слышат только они.
— Это что? — спросил Вовка.
— Это мир природы, — сказал Тортик, стукнув его по лбу лебедой. — Будь осторожен. Не разрушай.
— А почему я вдруг всё вижу?
— Потому что гриб тебя настроил.
— А если я научусь управлять своими мыслями?
— Тогда, — сказал Тортик, — ты сможешь летать.
— Серьёзно?
— Ну, не совсем. Но внутри гриба — да.
---
Так Вовка остался. Не потому что не хотел домой. А потому что понял: настоящее приключение — это когда ты становишься другим.
А гриб рос.
И каждый день приносил новое настроение. И, может быть, когда-нибудь он станет таким большим, что его увидят с Луны.
И тогда все скажут: — Смотри! Это не облако. Это — гриб, в котором живут люди.
(Или начало. Как повезёт.)