На самой территории усадьбы гостей встречают фотобаннеры, подвешенные «невидимой» нитью

На самой территории усадьбы гостей встречают фотобаннеры, подвешенные «невидимой» нитью. Создаётся впечатление, будто фотографии парят в воздухе. Крупноформатные изображения «джазовых» улиц шепчут что-то своё, и невольно хочется прислушаться.

Дальше — ярмарка художественных произведений и декоративно-прикладного искусства. Именно здесь начинается первое торможение на тропинках фестиваля. У каждой из картин хочется задержаться хотя бы на минуту. Так считаю не только я. И взрослых, и маленьких гостей интересует искусство. Может быть, не каждый день, но здесь, на свежем воздухе с атмосферой праздника — обязательно.

Поразглядывать произведение с умным видом, удивиться его ценнику, улыбнуться или нахмуриться очень и очень хотелось.

Вредная корова и искренность творчества

Фестиваль едва начал свою работу, а уже доносятся мелодии со сцены откуда-то далеко. Под неё, раскачиваясь и будто слегка подтанцовывая, раскладывает свои художественные произведения миловидная девушка по имени Елена Соколова. С ней решаю задержаться подольше — одна из её картин привлекла мое внимание и даже «кольнула» в грудину. Елена работает преимущественно в жанре пейзажа и пасторали. В искусство она пришла сравнительно поздно, около семи лет назад, оставив прежнюю работу и найдя в живописи своё призвание. Формального художественного образования у неё нет, однако её почерк узнаваем и наполнен искренностью. Как и признаётся сама творец, последнее — главный принцип её работы.

— Живопись с натуры, или пленэр — это почти всегда про скорость. Если не успел поймать состояние, дальше приходится додумывать. А это уже неправда, и меня она мучает. Но самое удивительное — зритель это тоже чувствует. Он может не знать, каким был свет или цвет на самом деле, но искренние картины находят отклик сразу, тогда как придуманные долго остаются невостребованными, — поделилась своим секретом художница.

Тверская область — это родина и основное место творческой деятельности Елены. На даче под Тургиново она проводит большую часть времени, работая над этюдами и живописными пленэрными работами. Помимо этого, художница активно путешествует по северным регионам России, включая Архангельскую область, Мурманск, Териберку и даже Балтийский берег. А та самая работа, которая «кольнула» меня и оказалась любимой в коллекции художницы. Называется она «Закатная нега». Елена вспоминает, что писала её буквально за полтора часа на закате.

— Корова позировала мне минут десять, потом встала и пошла к палитре — стала есть краски, — смеётся Елена, —  Это невозможно забыть. Мне нужно было успеть поймать свет — как он ложился по краю, где уходил в тень. Поэтому работала очень быстро. Я не помню, к сожалению, как звали корову, но она была очень вредной.

Серебро, стекло и время

Иду дальше. Людей становится всё больше. Меня привлёк аккуратно одетый семейный квартет у музейной брички: мама и папа в фасонах XIX века, дочь и сын — неподвижные и сосредоточенные.

Сцена обрела завершённость, когда из-под накидок старинной фотоаппаратуры показался руководитель процессии — сотрудник проекта «Фотолаборатория XIX века». Нет, он не путешественник во времени, он прибыл из Твери вместе с напарницей, и как позже стало известно, вдохновительницей идеи Ириной Расиньоль.

Фотолаборатория XIX века — проект редкий и чинный: здесь возрождают и сохраняют старинные фототехнологии, в частности амбротипию, открытую в середине XIX столетия. Ирина рассказывает о своей задумке с большим упоением.

— Амбротип — это светопись, где серебро и стекло превращают снимок в уникальный артефакт. Даже при повторной съёмке условий получить идентичный кадр невозможно: меняются свет, химия, настроение. Поэтому каждый амбротип — не просто фотография, а единственный в своём роде портрет времени, — делится Ирина.

Мне повезло проследить весь процесс: от подготовки одежды (лаборатория предоставляет исторические костюмы) до момента, когда изображение начинает появляться на стекле. Это театральный, но деликатный ритуал — накладка пластин, точные выдержки, сказочная, почти алхимическая работа с эмульсией.