Амаяк Акопян — имя, которое в 80-е и 90-е звучало повсюду. Иллюзионист, актёр, телеведущий, он покорял сердца миллионов своими фокусами, ролями в кино и неподражаемым образом Рахата Лукумыча в «Спокойной ночи, малыши!». Но вот уже два десятилетия Амаяк Арутюнович живёт вдали от софитов, предпочитая тишину и уединение. В редком интервью в 2023 году на шоу «МАЛАХОВ» он рассказал, почему исчез с экранов, как борется с проблемами со здоровьем и что думает о современных ролях. История о взлётах, потерях и тихой жизни легендарного артиста — в нашем материале.
От сцены до экрана: звезда Амаяка Акопяна
Амаяк Акопян родился в 1956 году в Москве, в семье легендарного иллюзиониста Арутюна Акопяна и оперной певицы Лии. Сын пошёл по стопам отца, с пяти лет выступая на сцене с фокусами. Его ловкость рук и харизма сделали его звездой ещё в юности. В 80-е годы Амаяк собирал полные залы в СССР и за границей, выступая в Японии, Финляндии, Швеции и даже перед Майклом Джексоном в Лас-Вегасе. Его номер «Танцующий иллюзионист» в 1985 году получил приз за пластику и хореографию в Чехословакии — награда, которой он гордится до сих пор.
На телевидении Амаяк стал любимцем миллионов. В программах «Будильник», «Утренняя почта» и «Вокруг смеха» он завораживал зрителей магией и юмором. Но настоящий пик популярности пришёл с ролью Рахата Лукумыча в «Спокойной ночи, малыши!» в 1996–2001 годах. Дети обожали его «Сим-салабим, ахалай-махалай», а взрослые умилялись добродушному волшебнику, который учил ребят чудесам. «Однажды парень показал мне татуировку с Рахатом Лукумычем, Хрюшей и Каркушей. Это ли не любовь?» — вспоминал Акопян с улыбкой.
В кино Амаяк тоже оставил след. Его роли в фильмах «Воры в законе», «Мастер и Маргарита» и «Фантазия на тему любви» запомнились благодаря яркой внешности и харизме. Он сыграл 35 ролей, но мог бы и больше трёхсот, если бы не отдавал предпочтение гастролям. «Меня засыпали сценариями. Все хотели, чтобы романтичная внешность Амаяка Акопяна украсила их фильмы», — рассказывал он, вспоминая, как его мама пыталась подсчитать несбывшиеся роли.
Тень потерь: почему Акопян ушёл в тень
Жизнь Амаяка изменилась после тяжёлых личных утрат. В 2005 году ушёл из жизни его отец, Арутюн Акопян, чьё мастерство вдохновляло сына всю карьеру. «Папа был моим кумиром. Он мог уехать за границу ещё в 1955-м, но остался ради семьи», — делился Амаяк. Спустя годы умерла и его мама, бывшая балерина Большого театра. «Она была моим моральным камертоном. После её ухода я стал грустным клоуном», — признался он в 2020 году на страницах «Собеседника».
Эти потери подкосили артиста. Он начал избегать публичности, отказываться от интервью и съёмок. «Грусть, тоска и печаль останавливают меня. Нет куража, а без него на сцену не выйдешь», — объяснял Акопян. К этому добавились проблемы со здоровьем. Межпозвоночная грыжа и хронические боли заставили его зависеть от медикаментов. «Я не могу активно двигаться, как раньше. Трюки требуют энергии, а её уже не хватает», — говорил он в 2023 году на шоу «МАЛАХОВ».
Амаяк сознательно выбрал затворничество. Он живёт в Москве с женой Еленой, которая на 25 лет младше него и занимается организацией паломнических туров. «Я никому не мешаю — это мой способ общения с миром», — шутит артист. Но даже в уединении его узнают на улицах. «Женщины с детьми подходят, говорят: «Вы — наше детство!» Один парень показал тату с моим лицом. Я был в шоке», — рассказывал он, смеясь.
Отказ от ролей: «Сниматься в плохом кино — как нагадить в вечность»
Амаяк Акопян получает предложения сниматься, но неизменно отказывается. «Сценарии слабые, роли скучные. Мне предлагают играть каких-то бывших артистов цирка, пенсионеров советской эстрады. Это не моё», — заявляет он, цитируя Фаину Раневскую: «Сняться в плохом кино — всё равно что нагадить в вечность». В 90-е он мечтал сыграть молодого Гоголя и шулера Михея Блювштейна, мужа Соньки Золотой Ручки, но оба проекта провалились из-за нехватки финансирования. «Я был похож на Гоголя. Ждал, но денег на съёмки не нашли», — вспоминает он с сожалением.
Его последняя крупная роль была в 1994 году — Жорж Бенгальский в «Мастере и Маргарите» Юрия Кары. После этого Амаяк решил, что не хочет играть проходных персонажей. «Я поливалентный актёр. Когда был молод, мог сыграть всё — от романтика до злодея. А сейчас мне предлагают шаблоны. Это позор», — говорит он. Вместо съёмок он сосредоточился на благотворительности, выступая бесплатно для детей в больницах и организуя фестиваль «Наука фокусов», где юные артисты показывают свои трюки.
Жизнь за границей: гастроли и несбывшиеся мечты
В советские годы гастроли Амаяка были настоящей легендой. Он выступал в 60 странах, от социалистической Чехословакии до экзотической Японии. В 1988 году в Лас-Вегасе его фокусы поразили Майкла Джексона, а в Париже он блистал на сцене кабаре «Лидо» перед Жаном Маре. Один из самых ярких эпизодов связан с арабским шейхом, который после выступления предложил Акопяну одну из жён своего гарема. «Я заглянул под паранджу — лицо неземной красоты. Но отказаться пришлось», — вспоминал он, улыбаясь.
Эти поездки принесли ему не только славу, но и богатство. Амаяк обзавёлся квартирами, машинами и дачей — роскошью, доступной немногим в СССР. Но здоровье пострадало: бесконечные перелёты и нагрузки подорвали его психофизику. «Талант сильнее инстинкта самосохранения. Я выкладывался на 200%», — признаётся он. Теперь он живёт скромнее, на пенсию в 21 тысячу рублей, и отказывается от предложений сына, живущего в США, переехать за границу ради лечения. «Я патриот. Жил и буду жить в России», — твёрдо заявляет Акопян.
Личная жизнь: любовь, которая спасает
Личная жизнь Амаяка всегда была под завесой тайны. У него было три неудачных брака, о которых он говорит как об «эпизодах». «Настоящая любовь — это моя Елена», — признаётся он. Его четвёртая жена, Елена, стала для него опорой. Она помогает ему справляться с болью и депрессией, поддерживает его благотворительные проекты. «Она моложе меня, но это не мешает. Мы вместе, и это главное», — делится артист.
Елена не только спутница, но и партнёр по жизни. Она занимается организацией паломнических туров, а Амаяк иногда помогает ей советами, вспоминая свои гастрольные годы. «Мы живём тихо, но счастливо. Роскошь и слава — это не моё. Главное — душевный покой», — говорит он. Их дом в Москве стал убежищем, где Амаяк рисует карикатуры, пересматривает старые записи своих выступлений и хранит воспоминания о яркой молодости.
Молчание как искусство
Амаяк Акопян называет своё затворничество «художественной формой общения». Он избегает журналистов, боясь, что его слова исказят. «Скажешь одно, а напишут другое. Лучше молчать», — объясняет он. Но это молчание не означает, что он сдался. Артист верит, что лучшие роли ещё впереди. «Я не старею, я становлюсь винтажнее», — шутит он, намекая, что может вернуться на сцену, если найдётся достойный проект.
Пока же он радуется встречам с поклонниками. «Иду по улице, а ко мне подбегают: «Рахат Лукумыч, вы наше детство!» Это греет душу», — признаётся Амаяк. Он продолжает заниматься творчеством: рисует, придумывает новые фокусы и мечтает о театре чудес, который так и не удалось открыть в Москве. «Я режиссёр, иллюзионист, художник. Моя жизнь — это кинолента, полная ярких кадров», — говорит он.
Наследие волшебника
Амаяк Акопян остаётся легендой, даже если не появляется на экранах. Его фокусы, роли и телепередачи — это часть детства миллионов. Он сотрудничал с Юрием Никулиным, Андреем Мироновым, Муслимом Магомаевым, а его заклинания «Сим-салабим» до сих пор помнят дети 90-х. Несмотря на боль и утраты, он не теряет оптимизма. «Жизнь диктует свои сюжеты, но я всё тот же Амаяк», — говорит он.