Просматривая свои старые статьи, еще двухлетней давности, наткнулась вот на такой комментарий:
Эта точка зрения мне показалась интересной и довольно актуальной. Она показывает, какое недопонимание возникает у людей из-за недостаточного знания, из-за отсутствия информации о каких-то, казалось бы, крошечных деталях, незначительных событиях...
В той статье речь шла о том, что, по словам участников тех событий, вскоре после распада СССР, в момент раздела вооруженных сил между бывшими советскими республиками, советских летчиков, которые служили тогда в Крыму, при подписании контракта украинское руководство спрашивало, готовы ли они воевать с Россией.
Напомню, это был 1991 год. Россия никакой "агрессии" не проявляла. Только что все еще жили рядом в одной стране и служили одному и тому же государству. То есть, были согражданами. Да и соплеменниками. Многие из тех летчиков были этническими русскими. Многие из них прибыли служить на Украину после окончания учебы в училищах, расположенных в самых разных уголках огромной страны СССР.
И оказывается, что их уже настраивали на войну с Россией! Иными словами, готовили к мысли, что им придется воевать с нами... То есть, фактически, со своими же, с такими же русскими. Готовили к гражданской войне... И проверяли их на лояльность режиму, который изначально формировался как враждебный России... И выяснилось, что многие этот тест на русскость не прошли. И не только на русскость, а просто на человечность. Они были готовы убивать, причем убивать не ради защиты своей земли, своего дома и близких от вражеской агрессии, а просто потому, что военное начальство им уже ставило перед ними на будущее задачу убивать людей, которые еще вчера были их согражданами, их братьями и никак и ничем им не угрожали.
Не было еще "россиянской агрессии" против незалЭжной, еще не выступила на поверхность идеологическая подоплека раскола единого народа, - которую только еще формировали лидеры и идеологи нового украинского режима, - апологетика чудовищных деяний тех, кто десятилетия назад зверски убивал людей разных национальностей и профессий, под знаменем "батьки Бандеры", тех, кто устроил "волынскую резню", кто заживо жег людей в Хатыни и других белорусских сёлах.
Не было ни идеологической, ни исторической основы для вражды, которая могла бы в будущем подвигнуть людей военной профессии и людей гражданских на взаимное убийство. Тем не менее, часть военнослужащих подписали контракт при том, что условием для этого была готовность воевать со своими братьями, убивать их.
Да, конечно, если перемены застают специалистов там, где они родились или прожили долгие годы, то вполне логично, что они остаются на этой территории, живут там и дальше своей прежней жизнью, работают или служат по своей профессии. Особенно если нет оснований отказываться от такого варианта.
А оснований вроде бы и не было. Более того, на первый взгляд, случившиеся после Беловежья перемены носили позитивный характер для Украины и ее населения. Республика обрела статус суверенного государства, имела прекрасные шансы для успешного экономического и социального развития. Не было оснований для вражды с бывшими «братскими народами». На словах они оставались «братскими». Ведь бывшие советские республики разошлись по своим национальным «квартирам» совершенно мирно, бесконфликтно и без каких-либо территориальных претензий друг к другу.
Более того, президент тогдашней РСФСР Б.Н.Ельцин был настолько великодушен и щедр, что при подписании Беловежских соглашений не поставил вопрос о принадлежности ни Крыма, ни Донбасса и Новороссии, ни Южной Осетии и т.д., даже не заикнулся. Видимо, не до того ему было, так он рвался к вожделенной власти. Ему было не до судеб простых людей, не до драматической перспективы разделения народов, которые жили до тех пор единой жизнью, срослись между собой всеми кровеносными сосудами и теперь были вынуждены разойтись.
С одной стороны, его можно понять: ведь в самом кошмарном сне невозможно было представить, что Россия и Украина будут настолько враждовать, что между ними возникнет вооруженный конфликт, который выльется в полноценную войну, что на Украине будут запрещать говорить на русском языке, обзывая его «собачьей мовой», и будут громить православные храмы. Это на русскоговорящей-то Украине, где люди веками говорили и думали на "великорусском наречии".
Благодушный Борис Николаевич, по всей видимости, предполагал: будем жить в разных домах, но сотрудничать и дальше в экономике, культуре и т.д., одним словом, "дружить семьями". Какая наивность, очень, кстати, свойственная сильным, грубым русским мужикам что называется от сохи!..
Да вроде так и шло в первое десятилетие-два после «развода». Внешне всё казалось спокойным, мирным и дружественным. Однако «доверчивый» Ельцин не видел и не хотел видеть тревожную изнанку таких, на первый взгляд, безоблачных отношений. Он будто не замечал той русофобской работы, которая велась среди «братского народа» практически с первых дней незалЭжности. Игнорировал постепенное превращение Украины в «анти-Россию». Хотя были очевидные признаки антироссийского процесса, которые трудно было не заметить.
И наверняка службы внешней разведки России все эти признаки замечали и, скорее всего, информировали о них и военное, и политическое руководство России. Но, видимо, наверху надеялись, что всё как-нибудь обойдется, само собой "рассосётся". Ну, подурят младшие братья, побузят, и перестанут, одумаются, возьмутся за ум.
Такой благодушной политике российско-украинской дружбы соответствовали и послы, которых назначали на Украину, наивно полагая, что Украина - это свои люди и сильные, высокопрофессиональные послы там не нужны. Ярким воплощением такой политики был благодушный Виктор Степанович. Добряк, остряк, весельчак. Душа любой компании...
Затем процесс превращения в "анти-Россию" был концептуализирован в книге Кучмы «Украина - не Россия». По словам самого Кучмы, работу над большой статьёй под названием „Украина — не Россия“ он начал ещё в первый свой президентский срок. Мол, это "не название-вызов", это "название-констатация". Книга была впервые издана в 2003 году издательством «Время" в Москве, на русском языке тиражом 10 тысяч экземпляров. Затем ее перевели на украинский и польский языки. В книге изложены взгляды на историю Украины, на события XX века и начала XXI, говорится различиях в украинском и русском национальных характерах, о разных взглядах на культурно-историческое прошлое и взаимных претензиях.
Многие эксперты выражают сомнение, что Кучма сам написал 550-страничную книгу. Как он сам писал, в написании книги участвовали «специалисты»: «Большинство исторических, литературных и иных справок выполнено помогавшими мне специалистами, за что им огромное спасибо, я считаю их своими полноправными соавторами. Но, понятное дело, всю ответственность за книгу несу сам».
Всё это заставляет делать вывод, что книга "Украина — не Россия" это явно не послание одинокого президента Кучмы, но послание украинского правящего класса, украинской элиты, сформировавшейся на основе дележа советской собственности, российскому руководству.
Да, разумеется, Украина – не Россия, во многих отношениях. Но зачем было провозглашать это в «манифесте незалЭжности», которым стала книга Кучмы? Не для того ли, чтобы превратить словесные слоганы в практические действия по сооружению «забора» между нЭнькой и Россией?
Понятно, почему так старался Кучма. По той же причине, по которой разваливали великую страну Союз Советских Социалистических Республик Горбачев и Ельцин. Хотелось власти, превосходства и хотелось очень больших денег, собственности... Их наследники хорошо обеспечены до конца дней своих и благоденствуют за границами России. Не бедствуют и сородичи Кучмы. Его зять Виктор Пинчук еще при президентстве тестя получил огромную собственность и сейчас является одним из богатейших и при этом абсолютно непотопляемых украинских олигархов. В настоящее время щедро спонсирует ВСУ, активно сотрудничает с западными кураторами и хозяевами киевского режима.
И всё это получено за то, чтобы Украина окончательно разошлась с Россией, а русские на Украине перестали быть русскими...
Внешне отношения между Россией и Украиной оставались дружественными, можно сказать, «братскими». По-прежнему были тесно переплетены экономические, производственные, торговые связи. Шло активное сотрудничество между российским и украинским бизнесом. В торговле между Россией и Украиной не было никаких барьеров, никаких пошлинных преград. Это было, фактически, единое экономическое пространство. Прилавки украинских магазинов были завалены российскими продуктами, и наоборот. Россия была крупнейшим партнером Украины в экспортно-импортных связях.
Помню, моя подруга и ее муж получали пенсию в "ПриватБанке", который, как после выяснилось, принадлежал одиознейшему украинскому олигарху И.Коломойскому, у которого, кстати, еще долгое время оставалась элитная недвижимость в российской столице, и возможно, до сих пор остаётся...
Украинский шоу-биз буквально пасся в России, собирая щедрые гонорары на российских концертных площадках. Они и недурственные квартирки себе в Москве приобрели.
В общем, бывшие советские республики Россия и Украина вели себя так, как ведут себя интеллигентные супруги после развода: они развелись, но развелись мирно, без скандалов, не имеют друг к другу имущественных претензий, продолжают дружить, совместно воспитывать детей и время от времени ездить друг к другу в гости.
Но внутри украинского общества, населения незалЭжной шла некая подпольная работа, призванная возбудить вражду и ненависть к «москалям». И эта работа увенчалась успехом. На площадях украинских городов, еще до майдана 2014 года, уже скакала свидомая молодежь, скандируя: «Москаляку на гиляку!» Это не было случайным недоразумением, нисколько, а готовилось в течение всего периода незалЭжности, над этим работали умелые пропагандисты и социальные психологи. И работа эта обошлась Штатам в 5 миллиардов долларов, в чем призналась один из режиссеров майдана и всего, что к нему вело, высокопоставленная чиновница американского Госдепа Виктория Нуланд.
Что ж, надо признать, они проделали хорошую работу, успешную работу. Good work! Well done!
Только благодушные российские послы не замечали происходящего. Незабвенный Виктор Степанович, как всегда, шутил, видимо, в дружеской компании с украинскими олигархами за чаркой горилки… Ему было не до скакунов и крикунов на площадях страны, в которой он представлял интересы своей Родины, России. Видно, не до того было…Слишком хороша была компания, дружеская беседа, крепкая горилка и копченое сало…
Хороший был мужик Виктор Степанович. Умный и дружелюбный, миролюбивый. Думал, вероятно, что и его украинские визави так же относились и к нему, и ко всем русским. Ох уж эта русская доверчивость! Простота, как гласит пословица, хуже воровства. Как будто не знал, что для истинного «х…хла» жизнь прошла даром, если не удалось обвести вокруг пальца глупого «москаля». В глаза говорилось одно, за глаза делалось другое. Крепла дружба щирых и свидомых с Западом: США и Европой. Всё больше натовских инструкторов и генералов сидело в киевских кабинетах. Всё больше укреплялась среди украинского населения убежденность в том, что «Украина це Европа», а на востоке от «европейской Украины» находятся дикие степи «Московии», «страны орков», и что украинцы окончательно станут европейцами, если смогут освободиться от «гнета» веками их «притеснявших» «москалей».
Вероятно, одними из первых советских людей, кто столкнулся с этой изнанкой отношений между вроде как «братскими народами», были военные. Когда после 91-го года происходил раздел советских вооруженных сил на российские и украинские, при подписании контракта с теми, кто выражал намерение остаться в украинской армии, их спрашивали, готовы ли они воевать с Россией. Уже в 91-м году, почти за четверть века до трагического майдана! Уже тогда они собирались воевать с русскими!
Те русские люди, которые не отказались от своей идентичности, не стали подписывать контракт на таких условиях. Одни стали безработными, поменяли род занятий, кое-как сводили концы с концами. Другие уезжали в Россию. Летчики обосновались на севере, в неустроенных бытовых условиях. При этом часть из них были вынуждены расстаться со своими семьями: не все жены захотели оставить свои недавно полученные квартиры и уехать в неизвестность.
Это была личная трагедия тысяч советских военнослужащих, которых 91-ый год застал на Украине. Но настоящие русские люди остались русскими и не согласились служить в армии, которая собиралась воевать с русскими, с Россией, в которой многие из них родились, провели свое детство и в которой у многих жили родственники.
Одни из крымских летчиков после 2014 года вернулись в Крым, другие так и остались на российском Севере: прежняя, крымская, жизнь уже была разрушена, с ней уже мало что связывало, пришлось доживать на новой родине. Но они не предали Россию, не предали своих русских собратьев.
В этой «небольшой детали» и заключается разница. В России бывшим советским военным не пришлось подписывать контракт, условием подписания которого была готовность воевать с братским народом: украинским или любым другим из "братских народов" СССР.
А на Украине многим бывшим советским гражданам пришлось пройти через такой циничный тест. И кто-то предпочел устроенную жизнь, квартиры, зарплаты, даже если ради этого материального благополучия пришлось бы в недалеком будущем убивать своих братьев. Вот такие и их сыновья и, возможно, уже и внуки сейчас и воюют в ВСУ, даже не задаваясь вопросом, нужна ли им эта война, за чьи интересы они проливают и свою русскую кровь, и кровь других русских, с которыми их намеренно столкнули силы, враждебные и русским, и украинцам…
И если сейчас гибнут в боях с "российскими агрессорами" те, кто когда-то, из корыстных побуждений, выразил свою готовность воевать с Россией, или гибнут их сыновья или внуки, то что ж, как ни горько констатировать эту трагическую истину, они сами сделали свой выбор...