Я всегда предпочитаю купе плацкарту. Да, дороже, но зато — тишина, спокойствие, нет бесконечных разговоров и сквозняков. В этот раз компания подобралась вполне неплохая: я, женщина средних лет с вязанием и молодой парень-студент. Сидели, улыбались друг другу, успели порадоваться: дорога обещала быть лёгкой и даже уютной.
Но радость длилась недолго — буквально за пять минут до отправления в купе ворвалась женщина с двумя детьми.
— Ну, здрасьте! — бодро бросила она, протискиваясь в проход с чемоданом и двумя огромными пакетами. — Мы к вам!
Мы переглянулись. Мест по билетам — два. Пассажиров — трое.
— Простите, у вас ведь только два места? — осторожно уточнила женщина с вязанием.
— Ну и что? — без тени смущения ответила та. — Я мать-одиночка! Мне с двумя детьми надо ехать. Неужели трудно потерпеть?
Старший, лет десяти, тут же развалился на нижней полке:
— Это моя!
Младший, лет четырёх, моментально полез на мою койку. Я попытался вежливо остановить:
— Эй, дружок, это моё место.
— А я просто посижу! — радостно заявил малыш и с интересом начал стучать по моему чемодану: — У дяди машинки!
Мать мило улыбнулась, будто это само собой разумеется:
— Ну пусть поиграет, вам что, жалко?
Поезд ещё даже не тронулся, а я уже понял: поездка обещает стать сущим адом.
Первая ночь
Часов в одиннадцать мы все попытались лечь спать. Но старший сын достал планшет и включил на всю громкость какой-то мультфильм про динозавров.
— Сынок, потише, — осторожно попросила соседка с вязанием.
— Он не может без мультика уснуть, — немедленно объяснила мать. — Это у него такая особенность психики!
Я попробовал предложить компромисс:
— Может, хотя бы в наушниках?
— У нас нет наушников, — отрезала дама. — А вы взрослые люди, потерпите.
Младший же устроил целое шоу: прыгал по полкам, визжал, падал, снова карабкался. В три часа ночи, разбудив всех, он заорал:
— МАМА! ХОЧУ СОСИСКУ!
Мы подпрыгнули, как по команде.
— Потерпите, — спокойно произнесла мать. — Дети — это святое.
Конфликт
К утру мы все напоминали зомби. Студент с серым лицом и красными глазами первым не выдержал:
— Простите, но это невозможно. Мы не спим. У вас по билетам два места, а нас четверо взрослых. Может, наведёте хоть какой-то порядок?
Женщина вспыхнула:
— А вы что, против детей? Я одна всё тяну! Вы обязаны входить в положение!
— Обязаны? — не выдержала соседка с вязанием. — Нет, обязаны — вы. Следить за своими детьми.
В этот момент младший, словно в подтверждение её слов, засунул руку в мой пакет и вытащил шоколадный батончик.
— О! Шоколадка! — радостно объявил он на весь вагон.
— Эй, это мои вещи! — возмутился я.
— Ну подумаешь, — равнодушно махнула рукой мать. — Не обеднеете. Они дети, им всё можно.
Финиш
Оставшиеся часы мы просто выживали. Кто-то делал вид, что спит, кто-то прятал еду поглубже в сумки, лишь бы не вступать в новую перепалку. Планшет продолжал реветь, дети продолжали бегать и кричать, а мать повторяла мантру:
— Потерпите, вы же взрослые!
Когда наконец поезд остановился и мы выбрались на перрон, студент посмотрел на нас тяжёлым взглядом и произнёс:
— Вот что значит, когда пятый в купе лишний.
И мы все единогласно вздохнули — так, как будто сбросили с плеч целый вагон.
Читайте также:
Фото: gorodkirov.ru